Глава 6

      Василий замер, ошеломленный неожиданностью. Мир вокруг перестал существовать, остались только еë губы, горячие и требовательные. В голове пульсировала одна мысль: она здесь, она рядом, так близко от него. Женя отстранилась, тяжело дыша. В еë глазах плескалась целая буря эмоций: страх, отчаяние и, самое главное, любовь. Она провела пальцем по его щеке, оставляя на коже кровавый след.       — Не уходи, — прошептала она, и этот шепот был громче любой команды.       Василий коснулся еë руки, его пальцы дрожали. Он не знал, что сказать, что сделать. Слова казались пустыми и бессмысленными перед лицом этой внезапной близости. Он просто смотрел в еë глаза, пытаясь понять, что произошло и что изменилось.       Парень взял девушку на руки и отнëс в спальню. Что Ионов делал, он совсем не понимал, но, оказавшись в спальне еë квартиры, Василий бережно положил Женю на мягкую кровать, почти совсем не чувствуя боль своих рук, и принялся своими губами целовать еë такие желанные для него сейчас губы, пропитанные кровью и еë слезами.       Жене казалось, что она тонет в океане нежности, вины и необъяснимого облегчения. Его губы, сначала робкие и неуверенные, становились все требовательнее, вытесняя остатки страха и обиды. Она ответила на поцелуй, вкладывая в него всю свою благодарность за то, что он был рядом, за то, что спас еë от самой себя.       Василий оторвался от еë губ, переводя дыхание. Он смотрел в еë заплаканные глаза, полные боли и надежды.       — Женя, — прошептал он, касаясь пальцами еë щеки, — я здесь. Я не позволю тебе больше страдать.       Он снова поцеловал ее, на этот раз нежно и успокаивающе, как будто пытаясь залечить все еë раны одним прикосновением. Ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно, чтобы она могла забыть обо всем, что произошло, и просто наслаждаться его присутствием.       — Всë будет хорошо, — прошептал он, словно читая еë мысли. — Я обещаю.       И Женя поверила ему. Вася спустился ниже и принялся губами ласкать еë нежную шею, девушка же просто закрыла глаза, вцепившись своими тонкими пальцами в его шевелюру. Жар разлился по телу, растекаясь от шеи к самым кончикам пальцев. Она чувствовала, как сердце начинает биться чаще, в унисон с его дыханием, опаляющим еë кожу. Открыв глаза, Женя увидела перед собой знакомые любимые глаза, в которых тонула всякий раз, когда смотрела в них. Вася оторвался от еë шеи и взглянул на нее.       — Все будет хорошо, я обещаю, просто доверься мне и расслабься, — вновь повторил он, сняв с неë одежду. Увидев еë обнажëнную грудь, парень впился своими губами в соски и принялся их ласкать, время от времени покусывая их.       Она зажмурилась, чувствуя, как по телу разливается тепло. Его прикосновения были одновременно нежными и настойчивыми. Она не могла устоять перед ними. Легкий стон вырвался из еë губ, когда он перешел к животу, оставляя за собой дорожку мурашек. Вася осторожно провел руками по еë бедрам, ощущая гладкость кожи. Она почувствовала его руку между ног и вздрогнула. Это было слишком, слишком быстро.       — Вася, не надо, я не хочу, — вскрикнула Женя, вцепившись в его руку и убрав еë. Парень заметил еë реакцию и отстранился.       — Прости, — прошептал он, глядя ей в глаза. — Мы можем остановиться, если хочешь. Я не буду ничего делать, чего ты не хочешь, — успокоил он еë.       Ионов принялся гладить еë обнажённое тело своими руками, дожидаясь, когда девушка успокоится и расслабится. Дождавшись нужного ему состояния девушки, Вася аккуратно раздвинул еë ноги, сопровождая свои действия поцелуями еë нагого тела, чтобы девушка лежала с закрытыми глазами, и бесцеремонно впился своими губами в еë промежность между ног. Еë тело вздрогнуло от неожиданности, но она не оттолкнула его. Наоборот, пальцы вцепились в простыню, сминая ткань. Лёгкий стон вырвался из еë груди.       — Кто или что является причиной твоих суицидальных мыслей? — спросила она прямо, подгадав момент.       — Отец, но я не хочу сейчас с тобой об этом говорить, — сказал как отрезал Ионов.       — А что ты сейчас хочешь? — спросила Женя.       — Сейчас я хочу только одного: знать причину твоего расставания с Андреем, — сказал он, продолжая интенсивно с напором губами ласкать еë киску и клитор.       — Когда-то в прошлом я была девочкой по вызову и сейчас я не могу иметь детей, — выпалила она всю правду о себе, как на духу, чувствуя, как стыд обжигает каждую клеточку еë тела. Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь еë прерывистым дыханием и приглушенными звуками с улицы. Вася замер, не отрываясь от своего занятия, словно пытаясь осмыслить услышанное.       — Ты не девственница? — спросил он — Нет-нет, это не то, что ты подумал. Да, раньше я работала в экскорт-услугах, но я только сопровождала клиентов в рестораны на деловые встречи, на этом моя работа заканчивалась, я не спала со своими клиентами, — заверила она Васю.       — Хорошо, а почему ты тогда не можешь иметь детей? — спросил Вася.       — Я не знаю. Скажи, тебе важно, чтобы я была девственницей, почему тебе это так необходимо? Девственница я или нет, разве это что-то меняет? — спросила Женя.       — Это… Это не меняет ничего, — наконец прошептал он, поднимая на нее взгляд, полный нежности и понимания. — Ничего абсолютно.       Он снова склонился к ней, продолжая интенсивные ласки еë промежности, но теперь в них чувствовалась какая-то особенная осторожность и трепет. Женя закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этих ощущениях, забыть о прошлом, о страхах, обо всëм, что терзало еë душу. Его прикосновения были словно исцелением еë больной души, словно обещанием новой жизни, где нет места боли и одиночеству, а еë прикосновения для него были словно исцелением его больного и израненого тела.       Вскоре Женя почувствовала в своей промежности какой-то инородный предмет, похожий то ли на бусы, то ли на пальцы или всю руку Ионова, проникшую на максимальную глубину в еë плоть, то ли на что-то ещë… Ей стало как-то не по себе. Не то чтобы ей не нравилось, вовсе нет, просто это было так… неожиданно. Как будто кто-то внезапно включил яркий свет в тёмной комнате или, скорее, как будто кто-то залез под одеяло холодными руками. Она попыталась расслабиться, но напряжение только усиливалось. Она не знала, как реагировать: то ли оттолкнуть его, то ли притвориться, что ничего не происходит, то ли… принять это как должное, но ни один из вариантов не показался ей правильным. Её мысли метались, как испуганные птицы в клетке. Она пыталась ухватиться за что-то конкретное, за что-то, что помогло бы ей прийти в себя, но все попытки были тщетны. Её тело жило своей собственной жизнью, не подчиняясь разуму.       Она почувствовала, как Ионов двинулся. Его прикосновения стали более уверенными, более настойчивыми. Ей стало жарко. Дыхание участилось. Она закрыла глаза и попыталась представить себе что-то приятное, что-то, что помогло бы ей отвлечься, но в голове была только эта странная, неловкая смесь возбуждения и страха.       В конце концов, она просто сдалась. Мурашова перестала сопротивляться и позволила телу делать то, что оно хотело. И в этот момент что-то изменилось. Напряжение начало спадать, а неловкость уступила место чему-то другому, чему-то более глубокому и интенсивному. Она почувствовала, как внутри неё что-то распускается, как цветок под лучами солнца. И в этот момент она поняла, что мужчина давно вытащил из еë промежности инородный предмет, заменив его на своë мужское достоинство, которое вогнал в еë плоть со всей силы на максимальную глубину. Почувствовав его мужское достоинство в своëм влагалище, Женя поняла, что это, возможно, и есть то, чего она так хотела.       Вволю насладившись еë страстными криками и стонами, парень перевернул девушку на живот и впился своими губами в еë ягодицы и промежность между ними. Кожа девушки горела под его прикосновениями, каждый поцелуй отзывался дрожью в каждой клетке её тела. Она судорожно вцепилась в простыню, пытаясь удержать себя на грани, но волна наслаждения накрывала её с головой, не давая сопротивляться. Он чувствовал её трепет, её податливую нежность, и это лишь разжигало его собственный пыл. Он медленно поднимался вверх по её спине, оставляя за собой дорожку влажных поцелуев, пока не достиг шеи. Нежно прикусив её за мочку уха, он прошептал что-то неразборчивое, отчего она вздрогнула и издала тихий стон. Её волосы рассыпались по подушке, словно темный шелк, обрамляя её лицо, полное страсти и желания. Затем он снова вернулся к её ягодицам, лаская их своими руками, чувствуя, как они напрягаются и расслабляются в такт её дыханию. Его пальцы скользили по её коже, вызывая мурашки, и она не могла сдержать тихие всхлипы наслаждения. Каждое его прикосновение было словно обещание чего-то большего, чего-то неземного.       Он знал, что она готова, что она жаждет сейчас его так же, как и он её. И он не собирался больше медлить. Он поднялся над ней, глядя в её глаза, полные страсти и мольбы. В этом взгляде было всё: и любовь, и желание, и полное доверие. Он наклонился и нежно поцеловал её в губы, прежде чем войти в неё. Её тело вздрогнуло от его прикосновения, приняв его дружка в себя, как долгожданного гостя. Мир вокруг перестал существовать, остались только они двое, слившиеся в единое целое. Движения его в еë анусе были плавными и уверенными, каждое прикосновение вызывало волну наслаждения, пробегающую по её телу. Она отвечала ему криками, стонами и тихими словами любви, утопая в океане чувств. Их дыхание участилось, сердца бились в унисон, словно отсчитывая ритм их любви. Он чувствовал её тепло, и видел в её глазах отражение своей собственной страсти и любви. И это делало его еще более смелым, еще более нежным. Он хотел подарить ей весь мир, всю свою любовь, страсть и нежность. Они двигались в унисон, отдаваясь друг другу без остатка. В каждом прикосновении, в каждом взгляде, и каждом их стоне звучала любовь, звучала страсть, звучала нежность.       Наступило долгожданное утро.       Василий ещë спал после бурно проведëнный ночи, а Женя стояла перед большим зеркалом и любовалась своим обнажённым телом, отражавшимся в зеркале.       — Доброе утро, — сказал Вася, открыв глаза, повернувшись на бок в сторону Жени и любуясь еë нагим телом. — Вчера ты мне так и не сказала о том, могу ли я пожить какое-то время у тебя? — спросил он.       — Доброе утро. Можно, но с одним условием, — ответила Женя.       — Каким? — спросил Вася с любопытством.       — Вечером узнаешь, — ответила Евгения, улыбнувшись Васе.       — Иди ко мне, — сказал Вася, сев на кровать. Когда Женя подошла к нему, парень развернул девушку к себе спиной и наклонил вперëд. Он нежно провел ладонями по еë бедрам, изучая следы, оставленные его ночными страстными шлепками ремнëм, ощущая тепло и гладкость кожи. Женя слегка вздрогнула от его прикосновений. Вася широко развëл еë аппетитные и так манящие его ягодицы и, склонившись, жадно вдохнул аромат её возбуждëнного тела. Он чувствовал, как волна желания накрывает его с головой, заставляя сердце биться быстрее. Лёгкие поцелуи начали скользить по внутренней стороне бедра.       Женя застонала, почувствовав его губы в своей ягодичной промежности, она закрыла глаза и запрокинула голову. Его пальцы, нежно исследуя еë самые чувствительные места, вызывали новый взрыв удовольствия. Она извивалась под его прикосновениями, словно в танце, отдаваясь во власть его опытных рук. Каждый его жест, каждое прикосновение были пропитаны нежностью и страстью, создавая идеальный баланс между болью и наслаждением. Он знал, как доставить ей максимум удовольствия, как заставить еë потерять голову от страсти. Он играл с ней, дразнил, мучил, доводя до грани, а затем дарил долгожданное облегчение. Он слышал еë тихие стоны, видел еë горящие глаза и чувствовал, как её тело дрожит от возбуждения. Он вошел в неë плавно, но уверенно, заполняя собой все её естество. Женя вскрикнула от восторга. Легкий утренний ветерок проникал сквозь открытое окно, лаская их тела и наполняя комнату свежестью. Женя тихо продолжала стонать, подаваясь вперед еще больше, позволяя ему полностью завладеть ее вниманием. Она чувствовала, как его дыхание обжигает ее кожу, и каждая клеточка ее тела отзывалась на его ласки. Они двигались в унисон, словно одно целое, наслаждаясь каждым мгновением близости.       — Мы так опоздаем в университет, — сказала она. — если задержимся ещë хоть на минуту.       Вася поднялся и посмотрел на Женю. Её волосы были растрëпаны, губы приоткрыты, а глаза полны желания. Вася поцеловал Женю в губы и вышел из спальни.       — Увидимся в университете, — кинул он и закрыл дверь, оставив Мурашову одну в спальне.