11.2 Отчёт

«Четыре неоправданных, шесть оправданных. В целом, не больше и не меньше, чем обычно. Чем именно эти четыре девушки заслужили наказание? Не столько своими личными качествами, сколько страхом надзирателя. Страх — плохой помощник в твоём деле, Эс. Ты уже отошла от своего плана «судить их мечты», начала злоупотреблять властью. Мне ли, глупому кролику, тебя осуждать? Естественно, нет. Но я думаю, в осуждении нет необходимости. Ты сама в итоге поймёшь свои ошибки и пожалеешь о своём выборе. Только раненых, погибших, морально сломавшихся твоё раскаяние не спасёт. Ты ведь можешь, Эс… Ты не такая, как остальные. Просто направь их… Та же Хаку — ты отнеслась к ней с таким теплом! Почему… В итоге…» Крохотные лапки размеренно топтали по коридору. Крольчиха вскочила на высокий стул и уставилась в затуманенное стекло. — Ваше Величество, первый этап окончен. Эс спит. За стеклом появилась человеческая фигура. Сквозь матовую заслонку можно было разглядеть медно-рыжие волосы и белую одежду, но более ничего. Судя по росту и фигуре, это могла быть либо молодая девушка, либо чересчур женственный юноша. — Молодец, ты хорошо поработала. — произнёс мелодичный женский голос. — Расскажешь, как там дела? Миза грустно вздохнула и хладнокровно начала отчёт. — Оправданы шестеро — два, четыре, пять, шесть, восемь и девять. Не оправданы четверо — один, три, семь и десять. Психическое состояние надзирателя относительно стабильно, но увеличивать нагрузку не следует. Она всё также пытается найти свои воспоминания. Имя уже расшифровала, хотя пока что продолжает использовать «Эс». Я знаю, что не в праве вам указывать, но мне кажется, стоило бы всё-таки быть осторожнее с её душой. — Не беспокойся, я обеспечу ей моральную поддержку. — ответила «её величество». — Заключённые ведут себя сравнительно хорошо, активного рецидивизма не проявляют. — продолжала Миза. — Обстановка спокойная. Пока что. — Спасибо, Миза. — кивнула фигура. — Ты свободна, можешь идти. Миза поклонилась ей и спрыгнула со стула. «Когда же всё это закончится…» Она упрыгала в свою комнату и заперла дверь. Там она свернулась калачиком на кровати и утёрла лапкой глаза. — Так и должно быть. — прошептала она себе под нос. — В итоге всё будет хорошо. Спустя около получаса из паноптикума донеслись первые отчаянные крики тех, кто уже начинал понимать, что случилось.