Ошибка человечества

Является ли желание родить именно мальчика или девочку чем-то правильным? Этот вопрос всегда будет появляться при чей-либо беременности, и даже не совсем обязательно, чтобы это относилось к тому, кто спросит. К сожалению, жизнь человека слишком коротка, чтобы понять каждую точку зрения, однако есть одна, о которой нужно рассказать сейчас. Райдэн Эи. Эта женщина всегда стремилась к вечности. Хоть в этом фанфике она является человеком, однако все равно правит Инадзумой, а правление передается по наследству. Прошло много веков, и мир сказок, которые, вероятно, в этом пути развития не были настоящим, исчез, уступая технологиям. При таком раскладе к вечности стремиться невозможно, однако некоторые вещи оставались теми же: традиции, неторопливый уклад жизни и то, что страной правила женщина. Во времена технологий больше шансов родить и вырастить ребенка, но это не всегда играет решающую роль. Появление первого ребенка оказалось трудным. И спустя столько стараний, страданий на свет выходит... мальчик. Объявление пола ребенка было задержано, но скоро по всему региону затрубили: родилась девочка, наследница престола. Это вмешалась Эи, поставив свое решение выше более жестокой идеи Яэ Мико, верной подруги, жрицы и главного редактора издательского дома Яэ. Она предлагала просто дождаться второго ребенка, а парнишку оставить с няньками или сдать в храм на служение рядом с Гудзи. По мере того как парень рос его было не отличить от девушки: феминные лицо с телом, длинные волосы, манеры, поведение, одежда и немного макияжа делали свое дело. Насколько это было стереотипно, настолько это работало. Имя ему дали Куникудзуси с помощью шутки Мико, которую Эи приняла за идею. Сейчас мало, кто изучает языки, кроме универсального языка Тейвата, понятного всем регионам, так что многие не поймут, какое тайное значение имеет имя наследника. Но наследником он назывался не так долго, пока на свет в семье Райдэн через шесть лет после первенца не родился еще один ребенок. Это была девочка, которую назвали в честь титула Сегун, и все резко поменялось. Как только в младшей сестре Куникудзуси увидели способности к правлению, тот был брошен в женскую академию с проживанием там. Легко можно было придумать отговорку почему, однако тяжело было пройти все вероятности раскрытия личности Куникудзуси. Его принимал только список личных доверенных врачей, от некоторых активностей он мог отказаться, однако поселить его совсем одного не вышло — пришлось согласиться на одну соседку по комнате, которую тщательно выбирали. Кандидатов было много, однако эту гонку выиграла Фарузан. Девушка с двумя хвостиками согласилась, но главную тайну ей не рассказали. Хотя, сам Куникудзуси уже не был уверен в том, кто он и насколько оправданно его личность скрывают. Это так странно – быть всю жизнь тем, к кому не относишься. Так смешно и так глупо. А ведь из-за этого у него не было друзей, а если и были, то они резко сбегали, будто уже все поняли и ненавидели его. Так считал парень, вспоминая опыт из прошлого. И теперь он в академии, где все также их будет волновать то, что он девушка. Вроде надзор станет слабее, а все равно на деле будет одно и то же. Какая же жестокая шутка.

***

Сумеру всегда являлся городом знаний. Это был центр Акаши, и все ее данные были собраны здесь. Надо отдать должное Фонтейну, который помог сделать эту технологию доступной для многих: всего лишь надо надеть элемент, напоминающий наушник, и вся информация оказывалась на блюдечке. Хоть мир и был довольно продвинутым, на привычный нам он не смахивал, больше напоминая сказку. Разумом всегда оставался зеленый регион, когда креативными руками Сумеру оставался водный. Исследовательские институты, академии и другие учебные заведения были очень популярны, однако в Фонтейне их было меньше. Но не сказать, что кто-то соревновался: оба региона построили совместные академии. И в одной из таких будет учиться Куникудзуси. Поездка на акабусе была немного затянутой, но все же достойной. Мелюзина, рассказывающая о Фонтейне, пару раз запинывалась, видя перед собой действующую правительницу Инадзумы, ее подругу Яэ Мико и, как она знала, дочь Райдэн. Сегун же не поехала и осталась в резиденции семьи. — А сейчас мы приезжаем на станцию Маркот... академия будет в шаговой доступности от оперного театра "Эпиклез". Удачного пути! — помахала при выходе мелюзина, пытаясь не выглядеть так, словно это ее волновала компания. Шагая по дорожкам, троица прошла через фонтан Люсин и свернула налево от театра. Им быстро давали пройти, и вскоре появилась и академия. Она была круглой формы, со своим внутренним закрытым двором и территорией вокруг. Само здание было не очень высоким: в нем насчитывалось пять этажей, а в ширину было достаточно большим, чтобы там могли свободно учиться самые выдающиеся или необычные девушки, отличивишиеся в чем-либо. На деле их не было много: всего было пять классов образования по пяти направлениям, в каждом из которых обычно было не больше пятнадцати человек. Из направлений Куникудзуси был отдан на историческое, где был большой упор на древние механизмы и старинные тексты. Сам курс содержал некоторые основы с направлений искусства, астрономии, технического и философского, как и остальные заимствовали некоторые темы для развития кругозора. Как только все утвердилось, Куникудзуси чуть ли не за ручку повела со всеми его вещами в его новую комнату на ближайшие пять лет сама директриса Арлекино, получающая доволнительно финансирование от Снежной. Здесь учатся и ее воспитанницы. Одной из таких являлась Линетт. — Если что-то будет беспокоить, попрошу обратиться ко мне. Лучше не задерживаться перед линейкой, ведь она будет недолгой, — холодно, однако с отдаленной ноткой заботы сказала директриса, закрыв дверь, как только Куникудзуси вошел в комнату. На деле это было больше, чем комната: была своя ванная с туалетом, кровати отделялись перегородкой и шторкой. Из базовых вещей были шкафы, тумбочки и два стола. Все было в светло-голубых тонах, золотистых узорах — всего, чего ожидаешь увидеть в Фонтейне. Ступив на ковер, Куникудзуси заметил девушку с двумя хвостиками бирюзового оттенка и схожего цвета глазами. На руках были браслеты, а сама она была одета в белое платье с бантиками и цветными вставками, напоминающими мозаику. Также стоит сказать о ее туфлях с заостреным кончиком, смотрящим вверх. Эта ученица явно была из Сумеру. Однако приветствие немного не задалось. — Добрый день! Я вижу, что ты моя соседка по комнате. Меня зовут мадам Фарузан. Ты, как я понимаю, новенькая? — спросила девушка в своей манере с слегка приподнятым носом, будто желая стать выше или выглядеть умнее. Второй вариант даже более возможен. — Если знаешь всю академию, то несложно догадаться, — ответил парень, держа рядом с собой чемодан, даже не разглядывая собеседника: одного взгляда ему хватило. — Да и когда можно было указывать дочери правителя Инадзумы? Или ты найдешь мне причины называть тебя "мадам"? — Чего-чего? Говори четче, а то я не слышу "мадам Фарузан" от тебя, — шутка явно разозлила соседку, и слова не были приняты всерьез. — Мадам Фарузан, я предлагаю вам придумать что-то более оригинальное, чтобы я развлеклась. — Да что ты за нахальная девочка! Смотри за своим тоном! Значит, ты ее второй ребенок? Обычно наследников не сдают в академии, — спросила озадаченно Фарузан, но все же даже неожиданно для себя перешла на более уважительное обращение. — Тогда вы точно меня младше. Тогда вас звать Сегун? — ей очень нравилось быть старшей среди своего окружения, ведь она всегда была достаточно умной, и возраст давал больше статуса. Однако мечты скоро были разрушены. — Куникудзуси. — И на это ты потратила мое время, продолжая шутить? Я не поверю, что и второго ребенка назвали! У нее же имя Сегун! — Как я вижу, ты будто лет шесть спала точно. Или в Сумеру, в самом просвященном регионе, применяется практика "ничего не слышу, ничего не вижу"? — послышались едкие шутки. Казалось, что Кунидзуси вот-вот засмеется. — Хватит!... Тут резко дверь распахнулась, и в дверном проеме показалась яркая и взрывная блодинка с волосами в небрежном хвосте, с татуровками и в яркой одежде с несколькими частями в бинтах. — Что такое? К чему весь сыр-бор? — спросила та, смотря на учениц. — Ничего такого... Фарузан вновь перебили. — Не думала, что встречу саму Куникудзуси здесь! Я Еимия! Быть может, ты слышала о "Фейерверках Наганохары"! Я дочь владельца магазина! — и та энергично помахала дочери Эи. Бирюзоволосая могла сделать вывод, что это был не обман. — Будто бы у нас есть другие поставщики фейерверков на праздники, — послышался ответ с долей стеба, но с каким-то одобрением. — Не думала тебя встретить здесь. — Я тут по особой программе из-за фейерверков! Я буду писать работу по ним ради патента, чтобы получать заказы без проблем по всему миру, а также для изучения и, возможно, улучшения качества или их яркости! И в этом мне поможет Лайла! Она из лучших учениц! — взрывную болтушку нельзя было остановить, и из-за спины, словно товар, появилась девушка с длинными ушами и большими синяками под глазами. Украшение на шее было схожим по атмосфере с Фарузан. Сомнений точно не было: это была очередная ученица из Сумеру. — Я не настолько хороша, чтобы обо мне так говорили. Мои работы же посредственны! — отнекивалась синеволоска, что заставило Куникудзуси хмыкнуть от глупости этой картины. — О, Лайла! А где приветствие для меня? — заметила ту Фарузан. — Да, мадам Фарузан, здраствуйте, — девушка потупила взгляд и хотела скрыться, будто бы ожидая осуждения. Хоть они обе одногодки в академии, до этого учились вместе, но встретились вновь только через шесть лет, и этот момент произошел сейчас. Лайле эта мадам запомнилась строгостью и манерами, которые заставляли ее выглядеть старше. И, по ощущениям, это стало только сильнее видно. — Здраствуй! Ожидаемо тебя встретить здесь с твоим-то умом! И не надо так смотреть. Неужели в последний раз, когда мы встретились, ты пакость совершила, что так прячешься? В то время ты активнее была. — А? Это... — сонливой явно было неудобно говорить, поэтому в разговор втянулась Еимия. — Думаю, ее просто в сон клонит. Она уже в первый день начала работать и обо всем спрашивала так, что у меня у самой начал кипеть мозг! Я еле-еле договорилась на отдых и прогулку по академии! А я вижу, что вы только заселились, да? — спросила блодинка, смотря, как Куникудзуси подошел к шкафу, выделенному для него. — Да ты у нас так легко все разгадываешь, — саркастично подметил тот. — Правда? Меня похвалила сама Куникудзуси! Значит, так и есть, — гордо заявила Еимия, гордая новым званием под недоуменные лица Лайлы и Фарузан, понявших сарказм. Также все поняла и проходящая мимо Линетт, которая сразу стала замеченной. — О, привет! А тебя как зовут? — Привет. Линетт. Рада познакомиться, — и, не дав даже сказать слова ей в ответ, девушка с кошачьими ушами пропала из виду. — Какая шустрая! Ладно, пока, не буду мешать с обустройством! — Еимия вновь энергично помохала и ушла вместе с Лайлой. После ухода Наганохары стало тихо. Куникудзуси не интересовало общение с соседкой по комнате, а той однако было интересно, что тут забыла дочь самой правительницы Инадзумы. Та начала нагло смотреть практически на все действия новой соседки, будто бы пытаясь получить какую-то информацию, пока девочка молча распределяла вещи. — Как я вижу, так называемой мадам Фарузан даже не рассказали, как себя вести, — послышалось едкое, однако неплохое высказывание, описывающее ситуацию. — Я? Знаешь, от тебя разговора нормального не дождешься. Когда так вообще учили разговаривать? Вот Еимия тоже с Инадзумы, но ведет она себя культурнее! — Видимо, мои слова слишком сильно задевают тебя, — подметил тот достаточно спокойно, смотря на Фарузан с ухмылкой. — А значит я говорю правду, не так ли? — Нахалка! Можно было промолчать. И вообще, ты что тут делать будешь в академии? Я только это хотела от тебя узнать, но ты такая неразговорчивая! — А если это окажется тайной, на которой держится Инадзума? И почему бы вопросы не придержать в себе? — немного помолчав, тот продолжил. — А так я первый год тут, направление — историческое. — О, как совпало! Я тоже. Ради этого выучила два языка, а в итоге в тесте, чтобы пройти сюда, вопросов не было. Тебе попался вариант с ними? — приободрилась Фарузан, найдя тему для разговора. Быть может, несмотря на первое впечатление, они могут иметь общие интересы. — Как я вижу, ты спала не только при новостях про новых наследников. Требования, конечно, были не элементарными, но про другие языки там не было и слова. Даже удивительно, что ты вообще нашла академию, — подшутил Куникудзуси, садясь на стул. — Или в Сумеру слишком большая конкуренция, что у них другие задачи при поступлении? — Как не было?! Я же отлично помню! — Зато, если мы их будем здесь учить, то радуйся: будет превосходство хотя бы в чем-то. — Теперь понятно, почему тебя решили оставить здесь! У меня-то мозгов уж явно будет больше, чем у тебя, — гордо сказала Фарузан, скрещивая руки вместе, будто это покажет всю ее важность и весь ее ум. — Ты даже ничего не знаешь, а уже что-то решаешь, — ехидный и беззаботный голос слегка дал трещину в виде легкой обиды. Видимо, это была тема, в которой можно задеть. Однако все вернулось на свои места. — В любом случае посмотрим, кто будет умнее. — Не только ты можешь обижать, — добавила та, самодовольно садясь за стол, будто игнорируя соседку по комнате. — Плохо стараешься, если для тебя легкое изменение в настроении уже говорит обо всем, когда я тебе испортила его на пару часов точно. — Да ты!.. Да ты!.. Да как у тебя так получается! — аргументы и идеи у мадам Фарузан кончились.

***

Примерно час или более того была тишина. Часы тихо тикали в уголке. Куникудзуси разложил вещи по полочкам в шкафу, подготовил место. На деле их не так много: большую часть предоставляет академия, в том числе и форму. Это комплект из длинных синих юбок, белой рубашки и булавки с эмблемой школы золотистого цвета, изображенной в виде шестеронок, выходящих из книги. А если бы эта академия находилась на территории Сумеру, то с большей вероятностью из книги бы росло дерево, если в Монде — мельница, в Ли Юэ — мора или еще больше книг, в Инадзуме — Сакура, а в Снежной бы оставили символ Фатуи, ведь они были достаточно влиятельны, чтобы так сделать. Можно обрадоваться или огорчиться, что вариантом здесь были шестеренки. Помимо рубашки, булавки и юбки, выдавался комплект брюк на крайний случай, а также жилетки и накидки, если будут похолодания. Достаточно неплохо. Осталось дождаться их получения. Обычно это происходит до линейки, где будут объявления и будут находиться все ученицы и ученик. Хоть и Куникудзуси поселили с простолюдинкой, однако лично для его безопасности выделились жандармы, чтобы все в академии было мирно и без проблем. Но, как окажется, в этом году здесь было достаточно поводов, чтобы приставить охрану получше. Дело было к вечеру. В дверь постучались. Это был персонал академии, держащий два комплекта формы. Эта стопка была достаточно большой, ведь там должно хватить на недельную носку и есть дополнительная одежда, если все окажется в стирке. В комфорте тут не занимать. На стук открыл Куникудзуси, чуть-чуть опередивший Фарузан. — Ты куда влез? — недовольно пробурчала Фарузан, пытаясь встать перед соседом по комнате. — Здраствуйте, вы пришли выдать одежду? — спросил парень таким спокойным и мягким голосом, будто он был самой миролюбивой девушкой на свете. А, быть может, это только потому, чтобы оставить бирюзоволосую без слов. — Здраствуйте, да. Это комплект для вас, а это для мадам Фарузан. До свидания, — казалось, что вещи оказались в руках из воздуха, но на деле это была скорость обслуживания. Дверь была закрыта, а работники продолжили ездить с тележкой комплектов. — И где твой режим доброты все время пропадал? — с претензиями вернулась ученица, как только послышался щелчок закрытия ручки. — Уморительно видеть, что на любое изменение в поведении можно получить такую бурную реакцию. Я просто ускорила передачу вещей. Ты даже не представляешь, сколько времени тебе будет скучно без этой взбучки, — Куникудзуси все также был таким же. Для него сейчас никто не казался тем, кто мог бы стать другом. Все равно предадут, забудут. Лучше быть злодеем. О большей искренности с других сторон в другом случае можно только мечтать. — Хамка! Я тебе еще припомню! — в такие моменты казалось, что Фарузан превратится в бабку, но пока этого не произошло. — Как скажешь, — и Куникудзуси с комплектом одежды ушел за ширму у кровати, чтобы переодеться. Платье практически до пят, больше напоминающее одеяние жриц, было снято, а на нем самом появилась форма академии с булавкой на синей жилетке. Юбка была ниже колен, а волосы длиной до лопаток были собраны в высокий хвост, только челка и две небольшие пряди впереди остались на месте. Можно было сказать, что все готово. Надо было только подкрасить стрелки, и идеальная девушка была бы готова. Фарузан же переоделась схоже, однако жилетки на ней не оказалось. Закончив со всеми делами, осталось ждать линейки. До начала оставалось минут пятнадцать, и можно было уже выходить. На деле это событие было достаточно поздним, но это объясняется просто: до академии в течение трех дней должны были доехать все ученицы своими путями и, если это было очень необходимо, получить в долг моры от академии. Знания здесь ценились больше благополучности. Лучшие из лучших учеников и учителей были здесь. Короче, тут много удивительных людей. И не только умных, но и с невероятными идеями. Относился ли Куникудзуси к ним? Безусловно. Он был обучен многому: этикету, военным стратегиям, арифметике, математике, кузнечному делу, немного древним языкам. И это даже не все перечислено. Парня готовили к престолу, выдавая за девочку, но бросили, как мусор, когда родилась настоящая, да и еще имела те качества, которых у бывшего наследника тогда не было: четкость, нужная безжалостность и бесприкословное сохранение интересов страны, которые видит Райдэн Эи. И все же больший приоритет был на том, что Сегун была девушкой. Только несколько человек во всем мире знали эту причину. И Куникудзуси был одним из них. Было бы страннее, если бы тот не подозревал. Но настоящее не изменить, и пора идти на линейку. Событие просходило на внутреннем дворе. За оговоренное время пришло достаточно народу, чтобы сказать, что пришли все. Некоторые лица оказались уже знакомыми Куникудзуси. Это были недавно встреченные Лайла, Фарузан, Еимия и Аяка в форме академии, которая не совсем подходила под описание троих девушек. Видимо, тут учится много влиятельных или важных личностей. Жандармов в действительности было много. Сразу видна забота об учащихся. Ну, или об отдельных личностях. Хотя, директриса еще не была достаточно знакома, чтобы об этом судить. Однако можно было сказать одно, смотря на ее лицо: оно холодное и жестокое, но в нем было что-то еще. Сама она стояла на сцене, немного возвышающаясь перед всеми. За ней стояло несколько человек, видимо, учителей. И один из них Куникудзуси показался очень знакомым, но ему не удалось его разглядеть. — Здраствуйте, ученицы нашей академии, — начала Арлекино речь. Она говорила без вспомогательных предметов достаточно громко, но при этом с таким же холодом и спокойствием. Все замолкли. — С завтрашнего дня учеба возобновится, а также и наблюдения за нарушениями. Надеюсь, что все будут следовать правилам, и мы поладим. Если же нет, то любая девушка, совершившая нарушения, получит соответствующее наказание. Список правил есть в каждой комнате. Попрошу ознакомиться. Незнание их приведет к большей отвественности. В этом году наполнение направлений осталось то же, а также пришло рекордное количество первокурсников в количестве пятидесяти человек. Прошу поприветствовать их аплодисментами, — директриса начала бесшумно хлопать чисто ради примера, а ученицы во дворе подхватили. Аплодисменты длились недолго, и речь продолжилась. — Чтобы помочь им освоится, каждому курсу будет предложена экскурсия по кабинетам, где они будут заниматься, и расписание. Сейчас попрошу историческому курсу подойти к сцене. Вас поведет Сянь Юнь. Она будет у вас преподавать механику и предмет о древних механизмах. Около десяти человек подошло к сцене, и вскоре они удалились. Дальше Арлекино приглашала других учениц, а Куникудзуси пытался разглядеть знакомое лицо, однако ничего не вышло. Неужели он или она ушли во время линейки? Мысли не пошли дальше, как только Куникудзуси начали трогать по плечу, а затем чуть ли не трясти. Обернувшись, тот понял: это была Фарузан. — Ты чего? Не переживаешь отстать? — слегка грубо спросила соседка по комнате. — Неужели без меня мир схлопнется? — язвительно ответил тот, но пошел за группой, которая уже скрылась за дверьми. — Не ценит молодежь помощь, как я вижу. Тебе будто хочется вляпаться в неприятности. Они начали догонять своих одноклассников, следующих за Сянь Юнь. Это было легко: буквально пару секунд на выполнение. — Я не вижу проблемы в том, чтобы отвлечься на пять секунд. Все равно я бы догнала, — настаивал на своем Куникудзуси. — Так какое дело у тебя было там, чтобы отвлекаться? — Я просто проверяла кое-какую гипотезу, — тот слегка увернулся от ответа. Даже при всем желании он бы не смог точно объяснить ситуацию. — Помолчите вы уже, — еле слышно произнесла девушка, стоящая перед ними. Это была Линетт. Обычно та была тихой и слушала всю информацию. Но, видимо, даже таким неслышным персонам иногда приходится делать замечания. И оно сработало. Диалог между Фарузан и Куникудзуси сошел на нет к счастью для второго. Экскурсия не была затянутой, хотя было видно желание проводящей рассказать больше, чем нужно. Сянь Юнь показала кабинеты, а также раздала расписание каждому. После этого все были проведены к библиотеке чтобы забрать учебники, заранее положенные в тканевые сумки для удобства. Дальше все пошли в свои комнаты разбирать вещи и привыкать к месту. Если брать такое описание для того, что происходило у Фарузан с Куникудзуси, то это частично работало. — Так что это была за гипотеза? — спросила надоедливо в очередной раз девушка с двумя хвостиками. — Будто тебя это касается. И когда простые смертные могли допрашивать детей из знатного рода? — все также язвительно слышались ответы. — И не уходи от вопроса! — произнесла Фарузан, смотря на Куникудзуси, но понимая, что это бесполезно, мысленно сдавшись. — И это сейчас... — Тогда предлагаю твоим прекрасным глазкам закрыться, как и рту в первую очередь, и наконец-то лечь спать, — несмотря на лестное прилагательное, это казалось насмешкой. — Даже не прикидывайся, что ты такая вежливая! Грубиянка! Еще и затыкаешь! — воскликнула Фарузан, гордо отвернувшись. Иногда кажется, что в этой комнате обычные дети, а не ученицы академии. — Какая жалость. А я так хотела тебе что-то хорошее пожелать, — фыркнул тот. После обмена любезностями те молчали. Было время подготовки к учебе, а поэтому их занятием было чтение. И, несмотря на схожесть их рода деятельности, на этом все заканчивалось. Фарузан сидела как примерная ученица, досконально изучая книгу. Казалось, что после каждого слова та искала ему кучу значений в предложении, будто разгадывая шифр. Куникудзуси не выглядел заинтересованным в том, что у него в руках. Несмотря на это ощущение, сам бывший наследник с усердием готовится. Это были просто иголки, чтобы не казаться слабаком. Но и безграмотность не ценится за силу. А она нужна, чтобы быть выше над людьми, которые так жалки и ужасны, что не заслужили быть на том же уровне, что и он. Они не могут быть умнее. По крайней мере, так считал сам парень, не заметив, как вместо чтения погрузился в мысли, крепче сжимая книгу. И заметил это только потому, что стало темнеть. Фарузан уже спала, а тот остался на месте. Закрыв книжку, парень встал со стула. Так было даже лучше, не надо придумывать странные сцены. Все же, несмотря на женственность, есть вещи, которые докажут обратное в нем. Не должно быть ошибок ради своей же безопасности. Только несколько человек знают правду, и он обязан проследить, чтобы об этом не было распространений. Влияние его матери, несмотря на отвращение к ней, неоспоримо. Сняв юбку с рубашкой, парень переоделся в ночнушку, что больше напоминала платье, нежно-фиолетового цвета с инадзумскими мотивами. Из света ничего не было: естественный свет уже был на покое, а в комнате все было потушено давно. Кровать была мягкой, а подушка такой большой, что хотелось выбить несколько перьев. Хоть и происхождение у Куникудзуси было благородное, такой заботы, если так можно это назвать, не было давно, как только его младшая сестра была рождена. Эи даже практически игнорировала его существование. Но комфорта почему-то это не дало, даже большее отвращение. Видимо, это не было тем, что ему было нужно. Но от сна никому не убежать, а проснуться утром придется всем героям. Куникудзуси тоже заснул.