Глава 14. Неожиданное Пробуждение и Зов Судьбы

Поцелуй. Он был подобен вспышке молнии в грозу — ослепительный, шокирующий, и оставивший после себя шлейф бушующей энергии. Когда Снейп отстранился, его глаза были прикрыты, дыхание прерывистым. Гермиона чувствовала, как ее собственные губы горят, а тело трепещет от совершенно неожиданного, но невероятно сильного эмоционального и физического отклика. Между ними повисла тишина, тяжелая и полная невысказанных вопросов, которые кружили в ее голове, требуя ответов. Но долго наслаждаться или анализировать этот момент им не дали. Едва Снейп открыл глаза, в них вспыхнула прежняя решимость, вытесняя шок. Он поспешно отступил на шаг, его лицо вновь приняло привычное, непроницаемое выражение. Словно того поцелуя и не было, словно это был лишь мираж, рожденный адреналином и магическим напряжением. "Грейнджер," — его голос был низким, контролируемым, но Гермиона уловила в нем легкую хрипотцу. — "Нам нужно немедленно заняться защитой поместья. То, что мы сделали с подвалом, — это лишь временная мера. И они вернутся." Гермиона кивнула, хотя ее разум все еще боролся с противоречиями. Она понимала, что он прав, но ее сердце отказывалось принять его отстраненность. Однако сейчас было не время для личных драм. Опасность была реальной и неминуемой. "Что будем делать?" — спросила она, стараясь говорить ровно. "Мы наложим серию мощных, неразрушимых чар на все периметры поместья. Барьеры, отводящие проклятия, чары сигнализации, иллюзии, отпугивающие маглов," — Снейп уже был в своей стихии, его голос звучал как на лекции, но с отчетливой ноткой тревоги. — "Затем, мы должны связаться с Министерством. И рассказать им все, что мы выяснили. Они должны знать, с чем имеют дело." "Министерство?" — Гермиона нахмурилась. — "Но они никогда не поверят нам. Особенно про 'Архитектора Тьмы' и Зеркало Душ. А уж тем более про... Астрид." "Они должны поверить, Грейнджер," — твердо ответил Снейп. — "Слишком многое поставлено на карту. Мы предоставим им доказательства. Книгу. Мои отчеты о культе. И, если понадобится, вы сами расскажете о том, что видели в зеркале." Они потратили оставшееся утро и весь день на укрепление поместья. Снейп руководил процессом, его магия была быстрой и точной. Он накладывал сложнейшие чары, которые Гермиона видела только в древних учебниках, его движения были энергичными, несмотря на усталость. Гермиона, работая с ним бок о бок, чувствовала, как их магия гармонично переплетается, усиливая друг друга. Каждый раз, когда их руки случайно соприкасались, или их взгляды встречались, между ними проскакивала искра, напоминающая о произошедшем в подвале. Снейп старался избегать этих моментов, но Гермиона замечала, как напрягались его плечи, как он резко отводил взгляд. Боль от его отстраненности смешивалась с растущим осознанием того, что этот человек не так прост, как она думала. Он был сломан, изранен, но в то же время невероятно силен и предан. К вечеру, когда поместье было надежно защищено, они вернулись в дом, измученные, но с чувством выполненного долга. Винки, обеспокоенная их долгим отсутствием, встретила их с горячим ужином и тревожным видом. "Мисс Гермиона, Мастер Снейп," — пискнула она, складывая лапки. — "Винки очень беспокоилась! Снаружи были очень страшные звуки!" "Все в порядке, Винки," — Гермиона постаралась улыбнуться. — "Мы разобрались. Пока что." После ужина, когда Снейп сидел у камина, углубившись в очередной древний том, Гермиона решила, что пришло время. Она взяла Liber Sanguinis et Spiritus и подошла к нему. "Профессор," — начала она, ее голос был тихим. — "Мы должны поговорить. Обо всем. Не только о культе." Снейп медленно поднял на нее взгляд, его глаза были темными и нечитаемыми. "О чем именно, Грейнджер?" "О том, что произошло в подвале," — твердо ответила она. — "О поцелуе. И о том, что вы сказали после. Я не идиотка, Профессор. Я знаю, что то, что произошло, не было 'моментом слабости'. И вы это тоже знаете. Я чувствую это. И я чувствую, что вы отталкиваете меня, потому что боитесь." Снейп закрыл книгу, его тонкие губы сжались в тонкую линию. "Я уже объяснил, Грейнджер. Моя жизнь – это грязь. Вы не должны пачкать себя об меня." "Это не вам решать!" — голос Гермионы зазвенел. — "Вы не можете отталкивать меня, потому что вы думаете, что защищаете меня! Я способна сама делать выбор! И если вы так беспокоитесь о моей безопасности, может быть, вы перестанете лгать себе и мне?" Снейп медленно встал, его фигура нависла над ней. "Что вы хотите от меня, Грейнджер? Признания? Исповеди? Я — не тот, кто вам нужен. Я — бывший Пожиратель Смерти, который предал всех, кому когда-либо доверял. Мое прошлое – это болото, которое поглотит любого, кто к нему приблизится. Вы хотите, чтобы я это повторил?" "Я хочу правды!" — Гермиона сделала шаг к нему, сокращая расстояние. — "Я хочу понять, почему вы так боитесь собственных чувств! Почему вы так боитесь быть человеком! Вы видели, что произошло в подвале! Эта связь, эта сила между нами... это не просто магия. Это что-то большее. И это пугает вас до смерти!" Снейп резко вдохнул, его глаза вспыхнули. "Да, Грейнджер, это пугает меня до смерти! Потому что я знаю, чем заканчиваются такие 'связи' в моем мире! Они заканчиваются смертью, болью и разрушением! Я видел это! Я пережил это! И я не позволю этому повториться!" Его голос сорвался на крик, и в его глазах Гермиона увидела не только гнев, но и глубокую, невыносимую боль, которая, казалось, исходила из самых глубин его души. В этот момент она поняла, что он говорит не только о себе, но и о Лили. О прошлом, которое он не смог пережить. Гермиона протянула руку и осторожно коснулась его предплечья. "Северус," — она произнесла его имя, и в ее голосе прозвучало столько сочувствия, что Снейп вздрогнул. — "Я знаю, что вы пережили. Я знаю, что вы потеряли. Но вы не Лили. А я не... не она. И я не собираюсь умирать, пытаясь вас спасти. Я здесь, потому что хочу быть здесь. И потому что... я чувствую что-то к вам." Эти слова, произнесенные так искренне, заставили Снейпа замереть. Он посмотрел на ее руку на своем предплечье, затем на ее лицо, и в его глазах читалась смесь шока и неверия. Он словно не мог поверить, что кто-то может говорить с ним так, без осуждения, без страха. "Вы... вы не понимаете," — прошептал он, его голос был почти неслышимым. — "Я не могу..." "Можете," — твердо сказала Гермиона, сжимая его предплечье. — "Вы можете. И вы будете. Потому что мы в этом вместе, Северус. До самого конца." В этот момент в комнату внезапно ворвался Винки, его глаза были широко раскрыты от ужаса. "Мисс Гермиона! Мастер Снейп! В дом кто-то идет! Винки чувствует! Это не они! Это... другие!" Слова Винки заставили их мгновенно забыть о своих личных драмах. Они обменялись встревоженными взглядами. "Другие?" Это были не "Дети Абаддона", запечатанные в подвале. Кто же тогда? Едва Винки закончил говорить, как раздался громкий, уверенный стук в парадную дверь. Он был не агрессивным, как у культистов, а скорее... настойчивым. Снейп и Гермиона обменялись быстрым взглядом. Защитные чары на поместье были активированы. Кто бы это ни был, он либо был достаточно силен, чтобы их обойти, либо был приглашен. "Оставайтесь здесь," — прошептал Снейп, доставая палочку. — "Я проверю." Но прежде чем он успел сделать шаг, дверь в гостиную распахнулась. На пороге стоял Гарри Поттер. Его зеленоватые глаза были широко раскрыты, а на лице читалось потрясение. За его спиной Гермиона увидела еще несколько знакомых фигур: Рон Уизли, его лицо было напряжено, и Аврора Мэнор, одна из ведущих Авроров Министерства Магии. "Гермиона! Профессор Снейп!" — Гарри выглядел шокированным их присутствием, особенно присутствием Снейпа в доме Гермионы, но его голос был наполнен беспокойством. — "Мы получили тревожный сигнал! Магические возмущения здесь были просто... невообразимыми! Что, ради Мерлина, здесь происходит?" Снейп и Гермиона обменялись тяжелыми взглядами. Их секрет был раскрыт. И теперь им придется объяснить все.