Часть 1

      Обстановка была напряжённой, а на нервы действовали громко тикающие старинные часы. Время бежало слишком быстро.       — Нет, Джим, нет и ещё раз нет! Я всё сказал. Тем более мне нужно быть с Зоуи… — Дэвид сложил руки на груди и уставился в окно.       Джэймс уже двадцать минут пытался уговорить Боуи лететь с ним на концерт, но Дэвид, хоть до этого и был согласен, сейчас упирался и категорически отказывался, приводя странные доводы. Игги вскочил с дивана и повернул к себе за плечи недовольного друга, которому не понравился такой грубый жест.       — Чёрт, Дэвид, не неси хрень! Ты можешь оставить своего чилдрёныша с Коко, как и всегда до этого. Что ты выдумываешь?       Боуи, не с первой попытки, но всё же удалось вырваться из крепкой хватки Остерберга и отойти в сторону, снова повернувшись к другу спиной.       — Дэвид, мать твою, ты был согласен! У нас вылет через три часа, — уже кричал Джим, которому порядком надоело поведение Боуи.       — Джэймс, ты же прекрасно всё понимаешь! Тебе нравится издеваться? — в ответ повысил голос Дэвид, что случалось очень редко, поэтому Игги пришёл в некое замешательство и оцепенел.       Боуи сел на диван, врезавшись острыми локтями в свои колени и сложив у губ пальцы в замок. Джим смотрел с досадой. Он не думал, что эта дурацкая боязнь полётов сейчас будет так не вовремя. Игги аккуратно присел рядом с другом, положив руку на его спину.       — Если бы нужно было ехать на поезде, на машине, да хоть на лошадях, я бы сорвался в любую минуту и отправился с тобой. Просто когда ты ночью сказал, что концерт перенесли и мы бы не успели на машине и на поезде, я согласился, а сейчас… Не могу.       Боуи рывком вскочил и направился быстрым шагом в ванную, захлопнув дверь перед самым лицом догонявшего его Джеймса.       — Дэвид! — Игги стукнул кулаком в хлипкую деревянную дверь, — ну как я без тебя? Где я ещё найду такого пианиста? Ну ты же типа мой ангел-хранитель теперь. Эй, Дэвид! Can you hear me, блин? Ты мне нужен.       Последние слова Джима прозвучали эхом в голове Дэвида, он до боли зажмурил глаза и прошептал: «Сейчас или никогда…» ***       Боуи поправлял волосы и постукивал ногой, расположившись на неудобном сиденье и ожидая посадки на самолёт. Вдруг с него резким движением сдёрнули тёмные очки, он не знал, куда спрятать нервно бегающие глаза, и лишь криво улыбнулся сидящему рядом Игги.       — Братан, ты, конечно, всегда бледный, но сейчас ты с белоснежной стеной сливаешься. Ты как вообще? — с недоверием сказал Джим, рассматривая забирающего дрожащими руками свои очки обратно Дэвида.       — Всё в порядке, — протараторил Боуи.       Увидев, что Дэвид не с первого раза смог зацепить дужку очков за ухо, Игги почувствовал себя очень виноватым. Если друг уже сейчас еле живой, то что с ним будет, когда взлетит самолёт…       — Слушай, ну не всегда же бывает эта тубра… турбо… бурбу… короче, болтанка эта, — Джим глянул через стекло на блестящие на солнце самолёты, — тем более погода хорошая. Птички-хренички поют и все дела.       — Птички?.. А если птица?..       — Дэвид! — перебил Игги, — Если что у самолёта есть ещё один двигатель.       — А если и во второй?       — Ты думаешь, найдётся две такие обдолбанные птицы, которые летают около самолёта где-то, блин, сверху облаков?       Боуи был не готов воспринимать шутки и лишь задумчиво уставился на свои ботинки.       Когда из динамиков раздался неприятный звук, и монотонный женский голос обьявил посадку на рейс, то Дэвид вздрогнул так, будто его ударило током, а затем лицо в чемпионате по бледности победило стоящую рядом стену. ***       Пристегнувшись чуть ли не сразу после того, как сел в кресло, Боуи вцепился руками в оба подлокотника, мысленно говоря «спасибо» Коко за то, что выкупила три места в самолёте.       Он был рад, что никто, кроме сидящего около окошка Игги Попа, не узнает, как дрожит от страха великий Дэвид Боуи, Зигги Стардаст, Майор Том и вся компания…       — Обожаю смотреть, как уменьшается всё, когда взлетаешь! — как ребёнок радостно говорил Джим, всматриваясь в иллюминатор.       Дэвид постарался не думать вообще о том, что они поднимутся над землёй, проще верить, что они едут. Как будто на обычном автобусе. Боуи осмотрелся: салон был полупустой, рядом с ним практически никого не было.        «Если упадём, нас даже искать никто не будет…» — пронеслось в голове, но Дэвид постарался сразу уничтожить эту мысль.       Когда самолёт тронулся с места, Боуи ещё сильнее впился пальцами в подлокотник, а точнее, как он понял после того, как они набрали высоту, в руку Игги. — Чёрт, Дэвид, ну отпусти ты уже! Больно же, — прошипел Джим, толкнув друга в плечо.       — Прости, я думал, это подлокотник, — Боуи тут же разжал тонкие пальцы.       — Ну да, моя рука же очень похожа на кусок пластмассы! — выпалил Игги, схватившись за болевшее запястье.       Полёт проходил на удивление прекрасно. Дэвид после взлёта заметно успокоился, даже пару раз засматривался в иллюминатор, успел позаигрывать с симпатичной стюардессой и посмеяться с Джима, который чихал, когда на него попадали лучи солнца. Всё шло хорошо, пока за бортом не начали сгущаться не понятно откуда взявшиеся тучи. Дэвид снова начал нервно постукивать ногой и хмурить брови. В центр салона вышла девушка в синей униформе и сообщила, что самолёт входит в зону турбулентности. За окном были уже почти чёрные тучи.       — Господи, я знал, что не может быть всё так гладко, — чуть ли не плача, протянул Дэвид, — кто же позаботится о моём маленьком Зоуи?..       За окошком сверкнула молния, и Боуи зажмурил глаза настолько, насколько это возможно было сделать. *** Июль 1972       Летние каникулы на Кипре подошли к концу, хоть этого никто и не хотел. Дэвид и его Паучки на славу отдохнули и пришло время возвращаться, оставляя в памяти хорошие и не очень воспоминания. Компания шумных парней в странной одежде надоела всем ещё в аэропорте, а затем они отличились уже в самолёте, успев поболтать со всеми стюардессами. Тревор сидел через проход от группы и очень скучал по Вудманси, поэтому через час полёта уснул с книгой в руках. Вуди же постоянно пихал в бок Ронсона, когда они с Боуи начинали увлечённо ворковать, со словами: «Ну хотя бы не здесь!» А они лишь смеялись с реакции на них всех пассажиров. Дэвид даже успел побороться с Миком за маленький вентилятор на потолке, который можно было направить только на одного человека, правда, борьба закончилась тем, что Боуи умолял прекратить щипать его и даже пообещал махать на Ронсона журналом весь оставшийся полёт.       — Кошмар, парни, смотрите, — сказал Вуди, указывая на бурю за иллюминатором, — я такого ещё не видел.       Самолёт трясло, всё вокруг дребезжало, как будто он вот-вот развалится. Где-то в салоне плакал маленький ребёнок, а Дэвид с ужасом смотрел в овальное окошко огромными глазами.       — Нет, ну, пожалуйста, только не сейчас. Всё же так хорошо, — прошептал Боуи.       — Мам, мы разобьёмся? — спросил мальчик, сидящий позади Дэвида.       — Нет, конечно, ты что? — ответил женский голос.       Яркая вспышка белого света озарила небо, и в крыло самолёта ударила молния, а электрические паутинки расползлись по железу.       — Разобьёмся, — вслух сказал Боуи, а затем почувствовал как кровь отхлынула от головы и в глазах потемнело.       Ронсон пытался звать Дэвида, но тот не отвечал, Мик бил по его впалым щекам, врезаясь ладонями в острые скулы, но Боуи никак не приходил в сознание. Очнулся он только через пять минут, успев напугать всех Пауков с марса и некоторых пассажиров, кроме тех, кто был рад, что он наконец замолчал.       — Если выживем, я больше никогда не сяду в самолёт, — пообещал Боуи, вытирая с виска холодный пот. ***       — Дэвид! Чтоб тебя… Дэвид! — уже в сотый раз звал Джим, тормоша друга за худое плечо.       Боуи наконец открыл глаза и посмотрел на испуганного Игги, который чуть ли не оторвал ему рукав рубашки.       — Ну наконец-то! Что с тобой? Я чуть не обоссался, когда ты не реагировал.       — Да так… Задумался, — сглотнув, ответил Дэвид. Не хотелось посвящать друга в подробности своих кошмаров.       — Ни хрена себе задумался! Я уже не знал, что с тобой делать.       Дэвид боязливо глянул в иллюминатор, но вместо ужасного природного апокалипсиса увидел тёплое солнце и непроизвольно улыбнулся.       — А что всё уже закончилось? — острожно спросил он Джэймса, который никак не мог перестать обнимать очнувшегося друга, как будто тот вышел из комы.       — Да! И мы не разбились, представляешь, — засмеялся Игги, усилив объятия.       — Оу, Джимми, ну не так сильно, — ворчал Боуи, но обнял Игги в ответ, — ты же мне рёбра сломаешь, дурак.       За бортом светило ясное солнышко, а вся буря прошла как страшный сон. И самолёт не вышел из строя, и все живы. Дэвид улыбнулся и посмотрел на прижавшегося Джима. Ну и кто тут кого спасает?       «Господи, Джимми, если бы ты только знал, что нужен мне не меньше, чем я тебе…» — про себя сказал Боуи.       — Джэймс, — тихо позвал Дэвид, и Игги поднял взгляд вверх на друга, — Спасибо.