Глава 11: Гиперфагия.

— Пицца приехала!       Рей и Роуз, кутанные вместе под пледом на зелёном тканевом диване, радостно взвизгнули хором, когда Финн вошёл в комнату, держа в руках большую коробку и пакет с разными сладостями. — Ох, горячая, — сказал он, аккуратно ставя коробку на стол.       Рей сбросила плед в ту же секунду, как коробка коснулась стола, и тут же потянулась к пицце. Тёплая, тянущаяся сырная пицца с пышным тестом, в придачу к ней — крепкая кола и чесночный соус. О, это было блаженство. Она даже не стала ждать остальных, сразу выхватила два куска себе. — О да, — пробормотала она с полным ртом, прикрывая глаза и смакуя вкус. — Вот это то, что нужно.       Но едва она собралась вернуться на место, как Финн перехватил её, ухитрился забрать себе пару кусков и сел рядом с Роуз.       Рей сузила глаза, но оба выглядели совершенно невинными. Пожав плечами, она схватила банку колы и контейнер с соусом и устроилась в другом углу дивана. В конце концов, ничего страшного. Пледа тут не было, но от пиццы и так шёл жар — должно хватить.       Она вытянула ноги, шевеля пальцами в мягких тапочках. Ладно, зато у неё теперь было достаточно места. И этот диван был куда мягче, чем у неё дома. Да и больше — как раз рассчитан на четверых соседей по квартире. Там и Казуда дежурили сегодня, так что троица могла вволю наслаждаться вечером.       Финн кашлянул, открыл банку и сделал глоток: — Ну, и как тебе хирургия? Правда так мерзко, как казалось?       Рей покачала головой, прожёвывая большой кусок:        — На самом деле не так уж страшно. Там, конечно, кровь и кишки, но ты так увлекаешься в моменте, что даже не думаешь об этом, пока всё не заканчивается. — А запахи? — спросила Роуз. — Говорят, бывает реально ужасно.       Рей кивнула, указывая на неё пальцем: — Запахи… да, к ним надо привыкнуть. Я пока не привыкла.       Роуз понимающе кивнула: — Кто-нибудь уже падал в обморок? Пейдж говорила, что всегда кто-то валится в первый же день.       Рей моргнула, прикусила губу и быстро пробормотала: — Нет. — Голос у неё слегка подскочил. — Мне не известно. — Хм, — только и сказала Роуз, но посмотрела как-то уж слишком прищуренно. — Ладно. Просто страшно быть первой, кто свалится, понимаешь? У меня вчера резидентка заставила брать кровь у девочки, ей лет двенадцать… Я три раза промахнулась. Руки дрожали, голова закружилась, а в конце мне казалось, что она уже сама хочет меня проткнуть. — Резидентка? — уточнила Рей. — Нет, девочка.       Финн рассмеялся, откусив кусок: — А у меня медсестра в итоге сама ставила катетер, потому что я не смог попасть в вену пацана. Она попробовала обе руки, а потом пошла через стопу. Наверное, больно было жуть как.       Рей невольно передёрнулась, ощутив покалывание на тыльной стороне ладони.       Она откусила ещё кусок: — Я ещё ни разу не брала кровь, — тихо сказала она. — Фазма сказала, что можно потренироваться у флеботомистов по средам перед обходом. Думаю, на следующей неделе схожу. — Хорошая мысль, — сказала Роуз. — А нас возьмут с собой? — Наверное, — пожала плечами Рей. — Я спрошу в понедельник. — Отлично! — обрадовалась Роуз.       Рей вернулась к еде, одним глазом поглядывая на подругу, которая достала телефон и принялась кому-то писать. Послышался звук уведомления, и Роуз, широко улыбнувшись, быстро напечатала ответ.       Финн тут же наклонился, чтобы разглядеть экран. — Эй! — воскликнула Роуз и прижала телефон к груди. — Дай девушке немного личного пространства!       Он закатил глаза так преувеличенно, что Рей едва не рассмеялась: — Ты сегодня утром пользовалась моим единственным нормальным полотенцем, так что права на личную жизнь у тебя больше нет.       Рей улыбнулась, с трудом прожевав большой кусок пиццы: — Кому пишешь? — спросила она, но из-за еды в её голосе прозвучал глухой смешок.       Роуз скользнула взглядом между ними, потом лукаво улыбнулась Финну и слегка ударила его телефоном по плечу: — У меня на этой неделе кое-кто в гости придёт.       Финн моргнул, немного ошарашенный: — Кто? — Старшекурсник, — ответила она, уткнувшись обратно в экран. — Ты его не знаешь. — Пропела напевно. — А может, знаю, — возразил Финн с вызовом. — Как зовут? — Хью, — небрежно бросила Роуз, отправив ещё одно сообщение. Потом, довольная, убрала телефон. — Он настоящий джентльмен. Дал свой номер в клубе, а ещё позвал сначала в кино. — О, — пробормотал Финн, прочищая горло. — Ну… тогда… повеселитесь. — О, ещё как! — оскалилась Роуз и быстро подмигнула Рей.       Рей улыбнулась и сделала глоток колы, с интересом наблюдая за ними. — Только не слишком шумите, ладно? — пробормотал Финн, отводя взгляд и устраиваясь поудобнее. — Стены тут картонные, а мне нужен мой бьюти-сон.       Роуз театрально фыркнула: — Замолчи, ты и так спишь по пять часов и встаёшь в зал до обхода. Просто завидуешь, что я пересплю со старшекурсником раньше тебя.       Финн скрестил руки: — Я не… — он скривился и замотал головой. — Я не завидую. Я рад за тебя.       Неловкая пауза длилась меньше секунды, но даже Рей почувствовала, как воздух потяжелел. Она щёлкнула языком, обмакнула корочку в соус и подняла контейнер. — Ну, я предлагаю тост. За конец засухи!       Роуз засмеялась и чокнулась с ней банкой: — О да!       Финн кивнул, но радости на его лице почти не было видно.       Рей опустила контейнер, обмакнула снова… и тут заметила белое пятно на краю дивана. Она тут же напряглась, достала салфетку и быстро вытерла соус, но осталась длинная белая полоса. Затаив дыхание, она показала на неё пальцем: — Я только что запачкала ваш диван. Это проблема?       Финн и Роуз отрицательно покачали головами. — Этот диван с первого дня в пятнах, — невозмутимо сказал Финн, откидываясь на спинку и раскидывая руки. — Я до сих пор уверен, что прошлый хозяин купил его на Киджиджи у серийного убийцы.       Роуз слегка пожала плечами, даже не вздрогнув, когда его рука оказалась у неё за головой. Она замерла на мгновение, потом взглянула на Рей и едва заметно кивнула в сторону Финна: — Ага, и пахнет тут уже как от трупа. Чесночный соус, может, хоть немного поможет.       Финн хохотнул и похлопал рукой по подушке: — Труп и сперма. Даже знать не хочу, сколько людей на нём трахалось.       Роуз фыркнула. Финн, словно восприняв это как знак, похлопал её по плечу: — И сколько из них застукали прямо в процессе! — Он тут же состроил дурацкую рожу, явно намекая на какую-то их общую шутку.       Роуз повернулась к нему и прыснула со смеху: — До сих пор не понимаю, ну какие идиоты могут додуматься до такого?!       Финн откинул голову и громко рассмеялся: — Да, там же люди днём спят!       Рей моргнула: — Подождите… о чём вы?       Роуз едва не задыхаясь от смеха: — Ты не слышала? О боже, Рей, это жесть. Один из резидентов застукал двоих студентов в комнате для дежурств вчера.       В животе у Рей начало холодеть. Господи. Они уже знают.       Финн усмехнулся и посмотрел на Роуз: — Говорят, они были прямо в кровати, средь бела дня, без штанов и всё такое.       Отмена. Срочно отмена. — Говорят, он уже успел войти в неё. — Это неправда! — слова вырвались у Рей прежде, чем она успела прикусить язык.       Финн удивлённо посмотрел на неё: — В смысле? Ты их видела?       Рей, поняв, что проговорилась, попыталась выкрутиться: — Нет! Я… то есть… откуда вообще… кто это был? Кого поймали?       Роуз подняла бровь, глядя на неё с лёгкой подозрительностью: — В дежурке у педиатров, — проговорила она медленно. — Четвёртый курс. — А, — глупо выдохнула Рей, отводя взгляд. — Ну это… жесть, конечно.       Когда она снова посмотрела на Роуз, та уже скрестила руки на груди: — А ты что сделала?       Рей почувствовала, как щеки заливает жар. — Ничего, — и машинально начала крутить выбившуюся прядь у уха.       Роуз радостно захлопала в ладоши: — Что-то всё-таки было! Давай колись! Что там у вас за драма в хирургии? Кто-то переспал с резидентом? Или поругались с ассистентом? Давай, рассказывай!       У Рей бешено заколотилось сердце. Она посмотрела сначала на Роуз, потом на Финна. Оба уставились на неё с нетерпеливым блеском в глазах — два заядлых любителя сплетен, готовые вытянуть из неё всё, даже если придётся сидеть до утра и подключить вино. А если она начнёт отнекиваться, разговор только затянется — и тайна всё равно раскроется. — Я… — её взгляд упал в пол. Назад пути не было. — Я… возможно… целовалась с… Беном Соло. Пару раз.       Финн, который как раз сделал глоток колы, едва не захлебнулся: — Ты ЧТО сделала?!       Роуз подалась ближе, глаза округлились: — И сколько раз?       Рей сглотнула и едва слышно прошептала: — Дважды. Голос предательски сорвался на писк. — В первый раз — в баре в четверг… — О, Джесс рассказывала, что вы тогда рано ушли! — Роуз захлопала в ладоши, сияя от восторга. — И как? Ты к нему поехала? — Да нет, это был не настоящий поцелуй. Так… фигня. Мы никуда не пошли, мне просто не хотелось оставаться, — пробормотала Рей, убирая прядь волос за ухо. Всего лишь порыв, но тело до сих пор помнило этот ток по коже. — А второй раз? — спросил Финн.       Рей неловко почесала затылок: — Мы… ну… немного поцеловались вчера. В дежурке хирургии. — Она подняла взгляд и увидела, как их лица вытянулись от шока. — Он сам меня поцеловал. Больше ничего не было, но… ааа… — она знала, что лучше бы молчала, но это ведь её лучшие друзья. Рей вздохнула, вскинула руки и откинулась на спинку дивана, мечтая провалиться между подушек.       В комнате повисла тишина. Несколько долгих секунд, которые тянулись для неё как вечность.       Наконец Роуз моргнула, повернулась к Финну и абсолютно спокойно сказала: — Ты мне должен десятку. — ЧТО?!       Финн посмотрел на Рей, неловко усмехнулся и ткнул пальцем в Роуз: — Она шутит.       Рей злобно уставилась на Роуз, та в ответ выдержала взгляд… но через мгновение не выдержала и расхохоталась.       Рей швырнула в неё подушку: — Это не смешно! — Ай! — Роуз взвизгнула, когда подушка ударила её в плечо. — По-моему, очень даже смешно! — не моргнув глазом, она тут же перекинула подушку обратно, и Рей поймала её, прижав к груди.       Рей метнула укоризненный взгляд на Финна.       Он пожал плечами: — Ну, отчасти смешно, да. — Потом серьёзно посмотрел на неё. — Но я немного не понимаю: как так получилось? Вы же терпеть друг друга не могли.       Рей застонала, откинулась головой на спинку и уставилась в потолок: — Нас поставили вместе на общую хирургию. И пару дней всё… вроде… стало налаживаться? — перед глазами всплыл операционный зал, как он её подхватил, как остался рядом… как заботился. Она вздохнула, бросила руки вверх. — А потом я всё испортила. — Подожди, но ведь между «ненавидели» и «целуемся» огромная пропасть. Что изменилось? — настаивал Финн.       Рей уже открыла рот, но Роуз с драматическим вздохом перебила: — Финн, Финн, ну очевидно же! В прошлой жизни они были возлюбленными. А теперь, с первого взгляда, у них кипели страсти, которые прятались под маской ненависти. Их просто свела судьба, и вот, оказавшись рядом на практике, они наконец-то признались друг другу в чувствах и предались любви.       Рей простонала и уткнулась лицом в подушку: — Пожалуйста, заткнись. — Ага! Значит, признаёшь, что он тебе нравится! — воскликнул Финн.       Она резко оторвала подушку от лица: — Ладно, он красивый, не спорю. Но мне он не нравится ТАК.       Роуз вздохнула, почти разочарованно: — Ну, вы же два года ссорились и крутились друг вокруг друга, и вот наконец прорыв. — Рей почувствовала, как Роуз ногой слегка толкнула её в бок. — Бывает, Рей. Не грызи себя.       Рей убрала подушку, посмотрела на друзей: — Ладно, и что теперь делать?       Роуз пожала плечами, подползла ближе к Финну, сделала глоток колы и уронила голову ему на плечо: — Просто поговори с ним. Я так понимаю, ты его хоть немного хочешь… как и половина девочек на курсе. Скажи, что это были гормоны, и ты не хочешь повторять. — Но он тоже меня поцеловал. — Ты симпатичная, Рей, — сказал Финн. — Можно с уверенностью сказать, что большинство людей захотели бы тебя поцеловать.       Роуз взглянула на него с прищуром: — «Большинство людей?» А ты сам хотел бы с ней переспать?       Он перевёл взгляд с одной на другую, потом обречённо вздохнул: — Малышка, я тебя люблю, но я пробовал твою стряпню. Так что — твёрдое нет. — После этого он обернулся к Роуз. — А ты бы хотела переспать с Беном?       Роуз посмотрела на него, как на сумасшедшего: — Абсолютно нет. — Да ладно тебе! Ты сама говорила, что он привлекательный. Даже я слышал слухи.       Рей моргнула. Сердце колотилось так, что гул стоял в ушах. — Слухи? — Ну, что у Бена Соло пресс из восьми кубиков. Что он прямо раз-ру-блен. — последние слова Финн сопроводил красноречивым поднятием бровей в сторону Роуз. — Так что, ты бы дала ему шанс?       Роуз едва не захлебнулась напитком и энергично махнула рукой в сторону Рей: — Ни за что! Я и так слишком много времени с ними провела. Они реально чокнутые. Я тебе рассказывала, как он постоянно спрашивал, как у тебя дела, но у меня ещё куча историй. — Каких? — Рей подалась вперёд, словно слишком увлечённая студентка.       Роуз хищно улыбнулась: — О, полно! Например, он дикий непо-бейби, а это даже по меркам меда — уровень. По словам По, он всю бакалавриат таскался по детской онкологии на Корусанте, и даже сейчас там все его по именам знают. По-моему, у него там родственник был заведующим… — Нет, он говорил, что его отец был военным пилотом, — поспешно вставила Рей. — Он упомянул об этом какому-то пациенту. — Точно! — Роуз щёлкнула пальцами. — Значит, это точно был дядя. Говорят, много лет возглавлял детскую онкологию, а Бен у него подрабатывал каким-то научным ассистентом. — Тут она моргнула и уставилась на Рей. — Подожди, а дядя был там, когда ты…       Рей почувствовала, как кровь отхлынула от лица: — Не помню, — каким-то чудом выдавила она. — Ну и, короче, Бен сначала собирался идти в мед в UofT сразу после бакалавриата, но вдруг сорвался и укатил в Штаты в науку. Годами не появлялся, а потом вернулся и подался в Чандрилу. Никому не сказал почему и про семью не заикается. Уверена, там что-то дикое случилось. Ну а как иначе объяснить, что он отказался от UofT ради Америки?       В голове у Рей бешено вертелась только одна мысль: дядя — это же доктор Скайуокер. Завотделением детской онкологии. Бен там работал. Его племянник. Его, чёрт возьми, племянник.       Она открыла рот, потом закрыла. Заморгала. — Круто, — только и смогла выдавить. — Это… вау. Ладно.       Финн хмыкнул: — Это всё? У половины наших родственники в медицине. У Ка́за отец — заведующий нейрохирургией в UBC.       Роуз закатила глаза: — О, у меня есть и покруче! Как-то я видела, как Бен в одних серых боксерах и худи McGill сожрал целую курицу-гриль прямо передо мной. По-моему, он реально псих.       Рей слегка наклонила голову, но половина её мыслей уже крутилась только вокруг Скайуокера. Его дядя. Его дядя!       Роуз пожала плечами с самой невинной миной: — Но если ты решишь, что хочешь с ним переспать — я тебя полностью поддерживаю. Только… — она неопределённо махнула рукой, — презерватив там возьми или ещё чего. Мало ли где он был.       И вдруг подскочила, словно её ударило током: — Кстати! — достала телефон и начала лихорадочно что-то набирать.       Рей выпрямилась: — Хью пишешь? — Нет, По, — пробормотала Роуз, тарабаня по экрану. — Я же реально поспорила с ним перед балом. — На что спор? — подозрительно спросила Рей.       Роуз победно улыбнулась: — Я поставила на то, что ты и Бен замутите. — Широкая ухмылка. — Так что, похоже, я всё-таки получу свои десять баксов.       Она протянула руку для пятюни. Рей посмотрела ей прямо в глаза, абсолютно без эмоций, и с размаху кинула подушку обратно в лицо.

***

      В воскресенье Рей едва ли не весь день ломала голову, написать ли ему и как именно начать этот разговор.       Проблема была в том, что она никак не могла выбрать, что будет уместнее. Что-то вроде: «Привет, одна птичка нашептала мне, что ты Скайуокер». Или: «Давай сделаем вид, что горячий тайский тейк-аут не случался, и продолжим жить в сладком отрицании». А может, что-нибудь пожёстче: «Ты меня по-прежнему бесишь, но я почему-то хочу, чтобы ты переставил мне внутренности, и моя подруга дала мне добро, так что, может, договоримся?»       Но в итоге она так ничего и не отправила.       Впрочем, казалось, это и не имело значения. Он сам даже не попытался выйти с ней на связь за все выходные. Может, ему было всё равно. А может, он предпочитал разбираться с таким вживую.       Вторая теория подтвердилась в понедельник утром, когда Рей была одна в ординаторской, раскладывала вещи перед обходом. Она как раз закрывала шкафчик, когда услышала, как открылась дверь, обернулась — и застыла на месте.       Бен вошёл так, будто её не заметил, но как только увидел в углу, сразу направился к ней. В одной руке у него был маленький стаканчик кофе из «Тима», в другой — бумажный пакет. — Привет, — неуверенно сказала Рей, чувствуя, как заливаются румянцем щёки, пока он подходил ближе. — Привет, — отозвался он медленно, оглядывая её с ног до головы. Потом сглотнул и протянул руку с пакетом. — У них с утра акция: «дабл-дабл» и шоколадный пончик. Я пончик не хотел.       У Рей от одного взгляда на пакет заурчало в животе. Она осторожно взяла его из его рук, случайно коснувшись его кожи, и подняла взгляд, встретившись с ним глазами. Несколько секунд оба молчали.       Потом она отступила на шаг, приоткрыла пакет, убедилась, что там действительно пончик, и кашлянула: — Спасибо. — Не за что. — Он кивнул, уголок губ чуть заметно дёрнулся вверх. От этого у Рей перехватило дыхание. — Ну, — пробормотала она, откусывая кусочек пончика, чтобы хоть чем-то себя занять, — как прошли выходные? — Нормально, — ровно ответил он, делая глоток кофе. — А твои? — Без особых событий, — сказала она и откусила ещё. — Ты получил письмо про дежурство? — Да, — кивнул Бен. — Когда собираешься дежурить? — Пока не знаю, может, в четверг.       Он снова кивнул: — Круто.       Она повторила его кивок и отщипнула ещё маленький кусочек пончика: — Слушай, должна тебя предупредить. Если вдруг дойдут слухи, что двое кто-то в ординаторской шпилятся, то это четвёртый курс.       Он моргнул: — Что?       Рей вспыхнула: — Да. — Это типа какой-то код? — Что? Нет! Я серьёзно. Говорят, ординаторские используют для… ну, для этого.       Он замер, потом чуть приоткрыл рот: — А, понял. Не волнуйся, я никому не говорил. Да и вообще, ничего же не случилось. И вряд ли ещё случится.       Она тихо застонала: — Ладно, забудь. Я тоже никому не рассказывала.       Он будто и не заметил её слов, только посмотрел на часы: — Тебе лучше доесть побыстрее. Через десять минут обход у Фазмы. — И прошёл мимо неё к своему шкафчику.       Рей ещё пару секунд стояла, глядя ему вслед, потом сжала пакет в руке и глубоко вдохнула: — Эй… может, пообедаем вместе?

***

      В полдень столовая больницы гудела: врачи, медсёстры, персонал и несколько особенно громких семей. Рей и Бен сидели друг напротив друга за маленьким столиком в углу. Рей лишь смотрела на свой скромный сэндвич с куриным салатом за три доллара, а Бен напротив без особого интереса глядел на свой кусок пиццы, постукивая ногой. — Ну… — начала Рей, постукивая пальцем по столу. — Эм… я тут кое-что узнала на выходных. — Что именно?       Она поджала губы: — Я разговаривала с Роуз… и она сказала мне, что доктор Скайуокер — твой дядя.       Он уставился на неё с минуту, потом тяжело вздохнул и откусил кусок пиццы: — В каком именно контексте у вас зашёл такой разговор? — Это долгая история.       Бен приподнял бровь: — Насколько долгая? — Слишком, чтобы рассказывать сейчас. — Рей пожала плечами и взяла сэндвич. — Но почему ты мне сразу не сказал? Ты думал, я как-то… осуждать тебя начну? — Если честно? Сначала я думал, что ты и так знаешь. А потом понял, что нет, и как-то неловко стало поднимать эту тему. — Я бы не стала осуждать, — пробормотала она. — Ну и ещё я опасался, что ты решишь использовать свои женские чары, чтобы выманить у меня его номер.       Рей не смогла это отрицать, поэтому просто уставилась обратно на сэндвич.       Он вздохнул: — Всё равно бы не сработало. Я не люблю, когда секс становится валютой. Ничего, кроме проблем, из этого не выходит.       Она почувствовала, как заливаются румянцем щёки, и поспешила вернуть разговор в нужное русло: — А ты с ним вообще общаешься? Или между вами действительно что-то случилось?       На миг она вспомнила, как когда-то обвинила его в том, что он сделал что-то плохое Скайуокеру. И как он тогда посмотрел на неё — с болью, которую трудно было описать, и как с грохотом захлопнулась за ним дверь. — О-оу, прости, но такая предыстория доступна только друзьям третьего уровня.       Рей закатила глаза: — Бен, ты вообще-то засунул мне язык в горло, и я подозреваю, что видел меня лысой и при смерти. Неужели я не заслужила хотя бы чуточку личной информации? — Это совсем не одно и то же.       Она прищурилась: — Ну, не совсем уж и ничего.       Он фыркнул и вернулся к своей пицце. — Ты даже не похож на него, — заметила Рей.       Бен доел кусок, откинулся на спинку стула и пожал плечами: — Да, более красивые черты мне достались от папиной семьи. — Ты же, наверное, видел меня, когда я лежала на химии, да? Ты знаешь, как меня зовут, но я тебя совсем не помню.       Он посмотрел на неё, будто обдумывая ответ. На мгновение лицо его потемнело: проскользнула тень какой-то странной смеси удивления, печали, сожаления и раздражения. Но она исчезла так же быстро, как и появилась. — Видел тебя пару раз весной и летом. Ты меня могла не узнать: тогда все ходили в масках из-за вспышки кори. Да и причёска у меня была другая, — он показал на ухо. — Покороче, с мелированием. Кончики были светлые. Уши выглядели огромными.       Рей мягко улыбнулась, представляя себе такую нелепую картину.       Он просто пожал плечами: — К тому же большую часть времени я сидел и писал за него статьи. — А… — разочарованно протянула Рей. — Но у тебя же есть его почта или номер, да?       Странное выражение на его лице вернулось: — Есть, — сказал он медленно. — Но, как я уже говорил, он тут больше не работает, так что помочь с научкой или рекомендательным письмом не сможет. Но если тебе очень надо с ним поговорить, я могу попробовать устроить встречу. Скажу, что однокурсница хочет расспросить его про детскую онкологию.       Она задумалась: — Можешь сказать, кто я? Может, он… ну, вспомнит меня. — Нет. — Ответил он слишком быстро.       Рей приподняла бровь: — Нет? — Я видел, как он отказывал многим бывшим пациентам и их родителям. Если он узнает, кто ты, то точно не согласится.       Это резануло сильнее, чем она ожидала. Она ведь слышала так много историй о том, как люди встречаются со своими бывшими врачами, даже вместе работают… Почему бы и ему не сделать так же? Он ведь всегда был с ней добр и подбадривал. Даже говорил как-то: «Детка, если б я выдал тебе халат прямо сейчас, ты бы, наверное, справилась с моей работой лучше меня». — Я попробую, но сразу предупреждаю: он живёт в Каледонии и отвечает на сообщения вечно. Нужно будет потерпеть.       Рей была немного ошеломлена: — Это… это здорово. Спасибо.       Бен лишь тихо хмыкнул, отводя взгляд: — Не за что благодарить. — Я знаю. Но я хотела.       Он ничего не ответил, и тогда она положила руки на стол и начала нервно барабанить пальцами по холодной поверхности: — Я сказала Роуз и Финну, — пробормотала она. — Что? — Про… нас, в ординаторской.       Он моргнул: — А… Кому-то ещё?       Она нервно покачала головой.       Он чуть подался вперёд: — И что именно ты им рассказала?       Рей сглотнула комок в горле: — Только то, что мы поцеловались.       Бен положил свои большие руки на стол: — Давай, должно же было быть что-то ещё в этом разговоре.       Чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее, она отвела взгляд от его пронзительного взгляда: — Мы просто решили, что у нас с тобой были проблемы… и всё это просто… выплеснулось. — А, так это теперь так называется?       Она фыркнула: — А у тебя есть версия получше?       Он приподнял бровь: — Я бы сказал, что мы оба одиноки, немного возбудились и сделали что-то безумно глупое. Что-то, чего нам, наверное, больше не стоит повторять. — Это… в целом, правда, пожалуй, — признала Рей. — А ты кому-нибудь рассказал? — Нет, — сказал он. — А что значит “в основном”? Уголок его губ дёрнулся.       Глаза Рей распахнулись.       Дёрнувшийся уголок превратился в ухмылку: — Ты же хочешь повторить, да?       Она прищурилась: — Отвали, Соло. Ты мне не нравишься в этом смысле. — Мне тоже. Но я бы тоже не отказался повторить.       Они оба замолчали, уставившись друг на друга. Между ними словно проскочила искра, от которой у Рей перехватило дыхание. — Это ведь не из-за Скайуокера, да? — понизив голос, спросила она. — Типа, я даю тебе это, а ты мне устраиваешь встречу?       Бен покачал головой: — Я же говорил, я не люблю использовать секс как расчётную единицу. Если мы это делаем — то только потому, что самим надо выпустить пар. Или, как ты там говорила… «спустить немного пара из котла»?       Она наблюдала, как он протянул руку и лёгонько провёл костяшками пальцев по её руке, а потом быстро отдёрнул её и шумно вдохнул: — Нам правда не стоит. Нас могут поймать, это может аукнуться на наших оценках.       Он закатил глаза: — Я же не говорю — в больнице. К тому же, четвёртый курс уже занял хотя бы одну из комнат.       Рей подалась чуть ближе: — И где ты предлагаешь? Он ухмыльнулся: — Я не привередлив. — У меня дома не вариант. — Меня устраивает. Приходи ко мне.       Рей сглотнула: — Соседи? Родители?       Он покачал головой.       Она глубоко вдохнула. Всё это становилось реальностью: — Никто не должен знать? — Если только ты сама не захочешь.       Рей задумалась, потом посмотрела на его крупные пальцы: — Может, сначала стоит всё обсудить? Типа, выпить где-нибудь вечером.       Он немного откинулся и кивнул, будто обдумывая: — То есть ты предлагаешь свидание?       Она усмехнулась: — Ещё чего. Просто хочу, чтобы потом осталось, где я была, если вдруг пропаду. — А, понял. Значит, еду и напитки за свой счёт?       Громкий бах!       Рей вздрогнула и оглянулась. На другом конце столовой пятилетний ребёнок с шумом сбросил поднос на пол. Успокоившись, она снова повернулась к Бену: — Да, за свой. — Отлично.       Она посмотрела ему в глаза, словно ища там что-то большее, а потом откинулась на спинку стула: — Ты понимаешь, что это ничего не значит? — Конечно, дорогуша. — Невозмутимо кивнул он. — Я дам знать, когда смогу.       Рей кивнула, подхватила поднос, игнорируя недоеденный кусок сэндвича: — Окей.       Но, подойдя к мусорному ведру, она на минуту застыла, глядя в пустоту. Что, чёрт возьми, я только что согласилась сделать?       Они больше не говорили об этом в тот день, а в три часа мирно разошлись, когда их выгнала Фазма. Лишь добравшись до раздевалки в спортзале, Рей заметила единственное сообщение с аккаунта Бена в Facebook:             Бен: Я свободен в четверг после семи.             Рей: Могу встретиться в Digan’s в восемь.             Бен: Окей.       А через несколько минут, к её удивлению, пришло ещё одно сообщение:             Джес: Эй, я видела, как ты на днях ушла с Беном… всё в порядке?       Рей долго смотрела на экран, а потом, вспомнив взгляд Джесс в баре, перевела телефон в беззвучный режим и сунула в задний карман.