Когда на тебя смотрят как на ничто

Октябрь в Хогвартсе — сырой, затяжной, впитанный дождями до самого камня. Сквозь тучи не пробивается даже лунный свет, и замок кажется ещё старше, ещё тяжелее. Коридоры глушат звуки шагов, стены шепчут, и время в них словно замирает. Ариана Малфой сидела в библиотеке, окружённая старыми томами по древним зельям и магическим связям. Она притворялась, что учится, но взгляд её снова и снова скользил к высокой фигуре у дальней полки. Северус Снейп. Всё так же молчалив, бледен, изломан в осанке, будто мир каждый день давил на его плечи. Он не замечал её — или делал вид, что не замечает. Но ей хватало и этого. Внутри неё бурлило нечто тягучее, болезненно-сладкое. Желание быть им замеченной, быть нужной, быть незаменимой — хоть как-то, хоть через боль. Она уже научилась читать его тишину, и сегодняшняя тишина была тревожной. Северус дышал иначе, держал плечи выше, как перед бурей. Ариана чувствовала — что-то случилось. Она вышла вслед за ним. И заметила, как он свернул к пустому коридору на третьем этаже — туда, где обычно не ходят. Её сердце ударило чаще. А потом она услышала. — Эй, Снейп. Потерялся? Голос Сириуса Блэка, громкий, насмешливый, как всегда. Следом — Джеймс Поттер, самодовольный, с вечно растрёпанными волосами. С ними были Ремус и Питер, чуть позади. Ариана замерла за колонной. — Или, может, опять прячешься от своей маленькой белоснежной тени? — продолжил Джеймс с издевкой. — Как её там? Ариана? Северус не ответил. Лишь сжал кулаки. Плечи у него дёрнулись, но он стоял. — Ну, не злись. Она хотя бы красивая. Жаль, что зря тратит всё это великолепие на тебя, — добавил Сириус, хохоча. Ремус опустил взгляд. Он всегда знал, когда они заходили слишком далеко. Но ничего не сказал. — А может, ты просто ждёшь, пока Лили пройдёт мимо, а мы тут тебе мешаем? — продолжал Джеймс. — Дай угадаю: ты опять в мечтах про неё? Или про Малфойку? Северус шагнул вперёд. Взгляд его был мрачным, но неуверенным. — Уйдите, — прошептал он. — Просто уйдите. — А то что? — ухмыльнулся Блэк, доставая палочку. — Ты же не ударишь первым, Снейп. Ты — трус. И все это знают. Он ткнул палочкой в грудь Северусу. Тот не отступил, но и не ответил. И тогда Поттер ударил — лёгкое проклятие, отбросившее Снейпа на стену. — Ты даже не защищаешься, — заметил Джеймс. — Или тебе нравится, когда тебя валят? Ариана шагнула вперёд, тихо, почти шёпотом, но с магией, вибрирующей в крови. — Хватит. Четверо обернулись. Её белые волосы распадались по плечам, в глазах светилась ярость. И что-то другое — тонкое, ледяное, древнее. То, что оставалось от её природы вейлы. — Ну всё, пришла твоя принцесса, — фыркнул Сириус. — Ща будет защищать своего любимого слизеринца. — Он не мой. — Её голос был холоден. — Но он — лучше вас всех. Она шагнула к Северусу, присела рядом, будто закрывая собой. — Сколько нужно лет, чтобы вы поняли, насколько вы ничтожны? Джеймс сжал губы. — Тебе нравится этот отброс? Ариана посмотрела на него, как на грязь под ногами. — Мне не нравится никто из вас. И да — даже если бы он был отбросом, он всё равно лучше тебя. Они ушли. Не из страха — из презрения. Ариана была для них странной, опасной, слишком холодной, слишком… искренней в своей безумной привязанности к Снейпу. Когда они исчезли, она посмотрела на него. Он молчал. — Ты не должен терпеть это, — прошептала она. — Я бы уничтожила их ради тебя. Он поднял глаза. В них — не благодарность. Не тепло. Усталость. Тоска. И лёгкое раздражение. — Я просил тебя не вмешиваться. — Я не слушаю просьбы, — тихо ответила она. — Особенно когда ты весь в крови, а они стоят и смеются. Он поднялся, оттолкнувшись от стены. Она встала рядом. — Северус… я ведь рядом. Всегда. Даже когда ты гонишь. — Я знаю, — выдохнул он. — Это и пугает. Он ушёл. Ариана осталась стоять в темноте. У неё тряслись пальцы. Но на губах уже была тень улыбки. Он испугался. Значит — заметил.