Ткань, которая дышит

— Он внутри! — рявкнул Рон, налетая на запертую дверь. Но она не дрогнула. Ни от заклинаний, ни от чар взлома. Даже Алохомора отскочила от неё, как от воды. Макгонагалл обошла портал по кругу. — Это не дверь… Это воля. Магия реагирует не на силу — а на суть. Она закрыла глаза и произнесла: — Revelatio Animae. Из кончика её палочки вырвался золотой туман, который лег на поверхность двери и начал рисовать узоры — лица, фигуры, надписи… Рон подался вперёд. — Это… гравюры? Люди? — Истории, которые она держит. Имена, которые были забыты. Среди них — он узнал лицо Альбуса. Но не просто мальчика. А взрослого, с серебряной меткой на лбу. Рядом — девочка с глазами цвета ртути. — Мерлин… — прошептал он. — Это будущее? Макгонагалл покачала головой. — Или отражение возможного. И тут изнутри раздался шёпот. Не голос. Слово. Тонкое, как шелест бумаги: — Те, кто боятся, не войдут. Те, кто требует — потеряют. Только тот, кто вплетён, может вернуться. Рон ударил ладонью по камню: — Мы не уйдём без него! Это мой племянник, чёрт побери! Тишина. Но внезапно дверь начала дрожать. Стенка — не открылась, а развернулась, словно зеркальная ткань. Макгонагалл попыталась войти первой — и мгновенно отлетела назад. Её подхватил Рон. Изнутри вырвался голос Альбуса: — Не заходите! Пожалуйста… Я… Я выбрал. Но не для себя. Для неё. — Для кого? — выкрикнула Макгонагалл. — Для Селины. Для Башни. Для всех, кто был забытым. Я останусь… Хранителем. — Альбус, ты — ребёнок! — закричал Рон. — Это не твоя ноша! Тишина. Затем — последний отклик: — Я не ребёнок. Я… Искра. И пусть один из Поттеров не станет героем. Пусть он станет памятью. Дверь растворилась. Серебряный куб исчез. Башня снова слилась со стенами Хогвартса. Через неделю о Башне не говорили. В расписаниях не было упоминания о "случае с дверью". Даже Роуз — молчала. Хотя каждую ночь просыпалась с криком. Только одна деталь напоминала о случившемся: Пустой портрет в коридоре у седьмого этажа. Каждый, кто проходил мимо, чувствовал… дыхание. Иногда в глубокой ночи портрет светился слабым серебром. И если приглядеться — можно было увидеть две фигуры в башне. Юноша с глазами, полными звёзд. И девочку, держащую книгу без названия.