Часть 8

Позже Тун Яо пришла в комнату с телефоном в руке. Мы включили стрим Ай Цзя. Эфир был напряжённым. Там он, запинаясь и глядя прямо в камеру, рассказал историю, которую все давно ждали. Оказалось, тогда Лу Юэ подрался не просто так. Те парни в переулке конкретно грозились переломать руки ребятам из команды перед самым финалом. А ещё, с презрительной усмешкой, сказали, что Чен их не уважает, раз лично не пришёл «разбираться». На экране моего ноутбука я даже увидела, как на глазах у Лу Юэ, сидевшего рядом, блеснули слёзы — быстрая, мужская, яростная влага, которую он тут же сглотнул. После эфира в гостиной повисла тяжёлая, но уже другая тишина. Перед Лу Юэ, глядя в пол, извинился Толстяк, буркнув короткое «Прости». Кей правда не извинился, просто отвернулся к окну, но его поза уже не была такой враждебной. Ребята наконец поняли, что все это время напрасно винили его — он просто никому не рассказал, что дрался, чтобы защитить их всех. Потом, когда напряжение немного спало, я пошла к себе. А позже, спускаясь за водой, услышала из гостиной голос Чена — он вёл стрим. В чате мелькали бесконечные вопросы о той старой драке. И Чен, своим обычным ровным, непоколебимым тоном, без пафоса и лишних слов, защищал брата. Говорил о принципах, о команде, о том, что иногда поступки бывают важнее слов. Позже в дверь буквально влетел Лу Юэ — его лицо сияло такой широкой, беззащитной улыбкой, какой я у него ещё не видела. Его официально приняли обратно в команду, то есть возобновили контракт. Радость от него исходила почти физически, тёплыми волнами. На обед, который, как я поняла, Толстяк приготовил лично в знак примирения, запахло чем-то домашним и вкусным. Правда, когда мы сели, я заметила, что в тарелке Лу Юэ мяса было подозрительно мало — пара одиноких кусочков среди риса. Тун Яо, сидевшая рядом, хищно покосилась на его тарелку, потом на Толстяка, и без лишних слов ловко сунула свою вилку под рис Лу Юэ, откопав там целый клад — оказалось, всё мясо было аккуратно спрятано внизу. — Что ты делаешь? — удивлённо буркнул Лу Юэ, отодвигая тарелку. — И что это такое, Толстяк? — Тун Яо подняла бровь, её голос звенел фальшивым недоумением. — Я думала, что традиция родителей прятать мясо в миске своего любимчика прошла ещё в детстве моей мамы. — А как же «всё лучшее — детям»? — вставила я, почувствовав возможность. — Я же ещё в свои 16 считаюсь ребёнком. Все взгляды, как по команде, переместились на Толстяка. Тот покраснел, заёрзал на стуле и пробормотал что-то невнятное. Не выдержав всеобщего внимания, он просто вскочил и почти бегом убежал наверх. Я повернулась к Лу Юэ, который смотрел на своё внезапно разбогатевшее мясом блюдо. — Делись, — сказала я сладким голосом. — Я ведь твоя младшая сестра. Со мной нужно дружить, а то я тёте скажу, что ты меня обижаешь. Лу Юэ фыркнул, но отодвинул тарелку. — Бери. Я радостно переложила себе несколько самых аппетитных кусочков. — Смотрите, как он расщедрился, — с улыбкой заметил Жуй. Позже Толстяк, всё ещё красный, но уже более собранный, вернулся, быстро выпалил формальное извинение в сторону Лу Юэ и снова ретировался. — А теперь о серьёзном, — Жуй взял на себя роль председательствующего. — Ни у кого ведь больше нет претензий к возвращению Лу Юэ? — Нет, — первым отозвался Лао Мао. — Значит, завтра изменю списки в лиге, — заключил Жуй. Лу Юэ начал улыбаться снова — широ и так радостно, что, казалось, светился изнутри. — Стойте! Как это у вас нет претензий? Как так? А как же я? Вот у меня есть претензии! — возмутилась Тун Яо. — Все новые члены начинают с запасных, — парировал Лу Юэ с напускной важностью. — Я хоть и первый раз в киберспорте, но не обманывай меня! — Тун Яо скрестила руки на груди. — Лу Юэ прав, — вступил Жуй. — Когда Чен только пришёл, он тоже запасным был. Но когда год назад он поднялся… то заставил всех дрожать от страха. Мин, сидевший рядом, локтем толкнул Жуя в плечо. Похоже, намекал, что тому нужно заткнуться, но Жуй понял это только тогда, когда встретился с ледяным, злобным взглядом Чена. — Поправка! Никто не трясся от страха! — поспешно исправился Жуй. — Хочешь заставить меня трястись от страха? И не мечтай, — фыркнул Лу Юэ. — Просто молчи, — отрезала Тун Яо. — Разве кто-то его силы испугается? — Понтифик, — неожиданно сказал Лао Мао, глядя в потолок. — Понтифик? — переспросила Тун Яо. — Угу. — Из ТАТ? — Угу. — Брат и Понтифик когда-то друг друга заменяли, — пояснил Лу Юэ, и в его голосе зазвучало неподдельное уважение. — Они были сильнейшим дуэтом за историю OSC. — Ешь уже, — сухо пресёк воспоминания Чен. — Ты меня хочешь убедить твоей заменой стать, или что? — не унималась Тун Яо. — Мы говорим, что талантливые игроки проявят себя несмотря на обстоятельства, — снова вступил Жуй, размахивая вилкой для убедительности. — Вот, взгляни на Чена и Понтифика. Правильно же? Их обоих всё равно уважают, и они на разных серверах доминируют. Стоит этим легендам появиться, как любой керри застынет от ужаса. — Ты горюешь, хотя тебя всего разок победили. Не нужна мне такая замена, — съязвил Лу Юэ. — Рискни повторить это ещё раз! — Тун Яо вскочила. — Ну уж нет. — Скажи ему! — потребовала она, обернувшись к Чену. — Что сказать? — Чен даже не поднял глаз от тарелки. — Твой младший брат авторитетом давить пытается! — Ага. Прекращай, давай, — коротко бросил Чен в сторону Лу Юэ. — Ты поздно вернулся, и владеет она большим количеством сикигами, чем ты. Ты проиграл. — Ты почему на её стороне? — возмутился Лу Юэ. — Не твоё дело. — Слышал? «Кто первый встал, того и тапки». И сикигами я освоила лучше, чем ты. Так-то, понял? — торжествующе заявила Тун Яо. — И ты прекрати, — беззлобно огрызнулся Чен. — Оба ещё ни в одном соревновании не участвовали. Разве не нормально на всякий случай замену подготовить? — тихо, но весомо заметил Мин. — Если хотите начать в команде, докажите, что достойны места, — подвёл черту Чен своим фирменным, не допускающим споров тоном. — Здорово! Мне нравится предложение Чена! — подытожил Жуй. Потом я ушла к себе, а когда позже снова вышла, увидела забавную картину: почти все ребята, синхронно вращая глазами и моргая, делали какие-то странные упражнения для глаз. Все, кроме Чена. Он сидел в своём кресле, уткнувшись в телефон, полный стоического равнодушия. Жуй подошёл к нему с укоризной. — Чен, раз уж ты лидер, покажи пример. — У меня зрение полтора, — не отрываясь от экрана, ответил Чен. — Я со своего места могу увидеть, какой сезон какого сериала смотрит противник. Зачем мне это? Жуй лишь раздражённо покачал головой. В этот момент в комнату с громким «Ууу!» залетел Лу Юэ, разъезжая на своём новом, сияющем игровом кресле. — Наш лагерь так поменялся, пока меня не было! Так всё и должно быть! Вслед за ним в дом занесли несколько больших коробок. — Клуб новый компьютер прислал? — оживился Жуй. — Ура! Теперь не придётся с ней за компьютер бороться, — Лу Юэ указал на Тун Яо. — Мы в каком веке? Зачем вы эти упражнения для глаз делаете? Я вам всем купил лампы с защитой для глаз. Каждому по одной. Пользуйтесь. — Какая забота, — съязвил Жуй. — Конечно, — Лу Юэ самодовольно улыбнулся и пальцем поманил Тун Яо. — Балбеска, иди сюда. — Болван, сам иди сюда, — огрызнулась она, даже не шевельнувшись. На следующий день Тун Яо спустилась вниз в лёгком, но явном макияже. — В макияже пришла, красоту навела. Как жаль, что у аппарата с напитками камер не стоит, — тут же прокомментировал Лу Юэ, развалившись на её месте и доедая её же пачку сушёного манго. — Лу Юэ, будь повежливее, — бросила она ему, подходя. — И почему ты сидишь на моём месте и ешь мои сушки? Отдай! — Ты от них растолстеешь. Я тебя даже выручаю. — Это полезно! Ничего ты не понимаешь! — Тун Яо, идём со мной, — раздался спокойный голос Чена. Он уже стоял у стеклянной двери на балкон. Тун Яо, надувшись, послушно поплелась за ним. А я, сделав вид, что иду к холодильнику, пристроилась у стены в коридоре, откуда было слышно. — Свали, — буркнула Тун Яо, явно ещё сонная и не в духе. — Чен, ты чего так рано встал? — спросила она уже внятнее. — Команда SK сегодня соревнуется, решил глянуть, — ответил он, и послышался звук включаемого чайника. — А они победили? — Команда «Альфа» как обычно раздавили чёрную и красную команды. — Замолчи. — Что? — Ничего. Чен пошёл на кухню, а Тун Яо, словно привязанная, поплелась за ним. Потому что у Чена в чёрных волосах зацепилась белая кошачья шерсть Да Бин, и она, видимо, решила её достать. — Что ты делаешь? — спросил он, когда её пальцы приблизились к его голове. — У тебя шерсть в волосах. Она встала на носочки, аккуратно сняла пушистый белый клочок и показала ему. — Да Бин постаралась, — констатировала Тун Яо с лёгкой улыбкой. Вскоре внизу поднялся шум — вышли Кей, Толстяк и Лао Мао, и Тун Яо, перекинувшись с ними парой слов, отправилась с ними в спортзал. Уже позже, ближе к обеду, Жуй принёс ребятам свежую партию командной формы. Все стали примерять. Толстяк, надев свою белую футболку, смерил грустным взглядом свою тушу, а потом посмотрел на Тун Яо, щеголявшую в такой же, но в несколько раз меньшего размера. — Говорила, белое полнит… Зачем я тебе поверил? У тебя даже размер не в половину моего! — сокрушённо вздохнул он. — Когда девушка говорит про вес, не верь, — мудро заметил Кей, разглядывая свой собственный отражение в стекле монитора. — Да и дело не в этом, — добавил Чен, бросив беглый взгляд на Тун Яо. — Она в чём угодно на ребёнка похожа. — Что ты сказал? Ты кого ребёнком назвал? Где твои манеры? — Тун Яо мгновенно вспыхнула, её глаза заблестели от обиды. Она резко схватила свой пакет с оставшейся формой и, гордо вскинув подбородок, быстрыми шагами удалилась наверх.