Глава 27

Дата: ​июнь ​2023 ​ ​После ​рождения ​сына ​Мэйв ​и, ​в ​общем, ​моего ​сына ​у ​меня ​возникло ​непреодолимое ​желание ​выяснить, ​кем ​была ​"моя" ​мать. ​Исходя ​из ​всех ​теорий ​фанатов, ​я ​подозревал, ​кто ​это ​был, ​но ​все ​же ​было ​неплохо ​было ​узнать ​точно. ​ ​Хотя ​я ​испытываю ​определенный ​уровень ​отвращения ​от ​мысли, ​что ​Штормфронт ​моя ​мать, ​но ​на ​самом ​деле ​мне ​все ​равно, ​поскольку ​она ​не ​была ​"моей" ​матерью. ​ ​Это, ​конечно, ​был ​бы ​какой-то ​охрененный ​поэтический ​прием, ​поскольку ​сами ​древние ​боги ​женились ​и ​трахались ​со ​своими ​братьями ​и ​сестрами, ​а ​оригинальный ​Хоумлендер ​вроде ​как ​считал ​себя ​богом ​среди ​людей. ​ ​Тем ​не ​менее, ​я ​хотел ​проверить, ​к ​сожалению, ​я ​не ​смог ​найти ​никаких ​записей ​о ​моей ​мамочке ​в ​цифровом ​или ​ином ​виде. ​ ​Это ​оставило ​мне ​только ​один ​выход, ​и ​именно ​поэтому ​я ​сейчас ​входил ​в ​офис ​Мартина. ​ ​"Мартин!" ​- ​громко ​сказал ​я, ​напугав ​мужчину. ​ ​Он ​был ​сосредоточен ​на ​своем ​компьютере, ​вероятно, ​просматривая ​последние ​отчеты ​по ​Ви-24 ​и ​возможно ​по ​целой ​дюжине ​других ​вещей. ​ ​Этот ​человек ​поглощал ​увеличившийся ​бюджет ​на ​исследования ​и ​разработки ​с ​непостижимой ​скоростью. ​ ​"Джон! ​Как ​ты ​себя ​чувствуешь ​сегодня ​утром?" ​ ​"Все ​хорошо, ​спасибо. ​У ​меня ​к ​тебе ​один ​вопрос" ​- ​сказал ​я, ​переходя ​к ​делу ​и ​возбуждая ​интерес ​мужчины. ​ ​"Кто ​моя ​мама?" ​ ​Я ​увидел, ​как ​он ​моргнул, ​обдумывая ​мой ​вопрос, ​затем ​выражение ​его ​лица ​смягчилось, ​сменившись ​грустью, ​и ​он ​обмяк ​в ​своем ​кресле. ​Его ​сердце ​резко ​застучало, ​и ​на ​его ​коже ​выступил ​небольшой ​пот, ​поскольку ​его ​температура ​повысилась ​слишком ​внезапно. ​ ​"Мартин?" ​- ​нажал ​я. ​ ​Он ​перевел ​дыхание ​и ​посмотрел ​на ​меня. ​ ​"Ты ​уверен, ​что ​хочешь ​знать? ​Тебе ​это ​не ​понравится". ​ ​Бинго! ​Я ​так ​и ​знал... ​ ​"ЧЕРТ!" ​- ​громко ​сказал ​я. ​И ​я ​лишь ​частично ​симулировал ​свое ​возмущение. ​"Я ​ТАК ​И ​ЗНАЛ!" ​ ​"Конечно, ​это ​ОНА! ​Кто ​же ​еще ​это ​мог ​быть! ​Эта ​гребаная ​нацистская ​сука! ​Как ​она ​могла? ​О ​боже, ​что ​мы ​натворили!" ​Нужно ​было ​разыграть ​адекватное ​шоу. ​Я ​как ​Хоумлендер ​должен ​был ​проявить ​хоть ​какой-то ​уровень ​отвращения ​и ​раскаяния. ​ ​Мартин ​посмотрел ​на ​меня ​в ​замешательстве. ​ ​"Это ​гребаная ​Штормфронт, ​не ​так ​ли?" ​ ​Мартин ​моргнул. ​ ​"Что?" ​ ​"Моя ​мать ​Штормфронт, ​верно?" ​ ​"Что? ​Нет". ​Он ​выглядел ​еще ​более ​смущенным. ​"Почему ​ты ​так ​подумал?" ​ ​Теперь ​ужк ​я ​был ​сбит ​с ​толку. ​ ​"Если ​взять ​ее ​полет ​и ​манипуляции ​энергией" ​- ​сказал ​я, ​поднимая ​правую ​руку. ​"И ​добавить ​суперсилу ​и ​неуязвимость ​Солдатика" ​- ​сказал ​я, ​поднимая ​левую ​руку. ​ ​"И ​сложить ​их ​вместе". ​Я ​хлопнул ​в ​ладоши! ​ ​"Ну ​ты ​меня ​понял". ​ ​Я ​видел, ​как ​Мартин ​на ​секунду ​задумался. ​ ​"Да, ​я ​понимаю, ​почему ​ты ​так ​подумал, ​но ​нет, ​это ​не ​она" ​- ​уверенно ​сказал ​он. ​ ​"Тогда ​кто ​это? ​Скажи ​мне!" ​ ​"Возможно, ​будет ​лучше, ​если ​ты ​оставишь ​этот ​секрет ​нераскрытым. ​От ​этого ​будет ​только ​хуже". ​О, ​теперь ​мне ​стало ​смертельно ​любопытно. ​Я ​пришел ​сюда, ​готовый ​услышать, ​что ​это ​Штормфронт, ​или ​какая-нибудь ​случайная ​наркоманка, ​или ​что-то ​в ​этом ​роде, ​но ​он ​говорил ​так, ​будто ​все ​было ​еще ​хуже. ​ ​"Мартин!" ​- ​сказал ​я, ​медленно ​приближаясь ​к ​его ​столу. ​"Рассказывай. ​Сейчас ​же!" ​ ​Я ​видел, ​как ​он ​сглотнул, ​а ​потом ​открыл ​рот. ​ ​"Ну, ​твоей ​суррогатной ​матерью ​была ​женщина ​по ​имени ​Мария ​Аваро. ​Это ​она ​доносила ​тебя ​до ​срока. ​Она ​умерла ​при ​родах". ​ ​"Но ​она ​не ​моя ​мать? ​Значит, ​они ​использовали ​чужую ​яйцеклетку ​с ​семенем ​Солдатика?" ​ ​"Да" ​- ​сказал ​он, ​и ​я ​подождал, ​пока ​он ​уточнит. ​ ​"Это ​Кэтрин..." ​затем ​он ​заколебался. ​ ​"Фогельбаум..." ​ ​Мой ​мир ​накренился. ​ ​Мне ​показалось, ​что ​мою ​грудь ​сдавила ​стальная ​цепь. ​ ​Мир ​отключился, ​пока ​мой ​мозг ​обрабатывал ​это ​имя. ​ ​"Кэтрин ​Фогельбаум" ​ ​Внезапный ​шквал ​эмоций ​подействовал ​разом, ​и ​из ​глубины ​моего ​живота ​вырвался ​прилив ​энергии. ​ ​"ЭТОТ ​ГРЕБАНЫЙ ​НАЦИСТСКИЙ ​СУКИН ​СЫН! ​КАК ​ОН ​МОГ! ​КАК, ​ЧЕРТ ​ВОЗЬМИ, ​ОН ​МОГ!" ​ ​Ярость, ​какой ​я ​никогда ​раньше ​не ​испытывал, ​охватила ​меня. ​Я ​на ​мгновение ​почувствовал, ​как ​что-то ​раздавилось, ​когда ​мои ​руки ​сжались ​в ​кулаки, ​дрожа ​от ​ярости. ​ ​"Я ​УБЬЮ ​ЕГО! ​КАК ​ОН ​МОГ ​ТАК ​ПОСТУПИТЬ ​СО ​МНОЙ! ​Я ​ВЫКОПАЮ ​ЕГО ​ТРУП ​И ​ПОМОЧУСЬ ​НА ​НЕГО!" ​ ​Мое ​зрение ​покраснело. ​ ​"КАК ​ОН ​МОГ ​ТАК ​ПОСТУПИТЬ ​СО ​МНОЙ? ​ЭТОТ ​БОЛЬНОЙ ​НЕМЕЦКИЙ ​НАЦИСТСКИЙ ​КУСОК ​ДЕРЬМА!" ​ ​Теперь ​я ​тяжело ​дышал. ​Я ​чувствовал, ​что ​мне ​не ​хватает ​воздуха. ​ ​"....хн!" ​Я ​едва ​расслышал ​шепот. ​ ​"..окххх!" ​Все ​было ​красным. ​Я ​почувствовал, ​как ​внутри ​меня ​нарастают ​тепло ​и ​энергия, ​и ​снова ​раздался ​слабый ​шепот. ​ ​"..кххх!" ​ ​Почему ​все ​красное? ​Мне ​нужно ​успокоиться. ​Я ​делаю ​вдох ​и ​медленно ​выдыхаю. ​ ​"ДЖОН!"- ​громко ​слышу ​я, ​приходя ​в ​себя. ​ ​Я ​смотрю ​перед ​собой. ​ ​Мартина ​там ​нет, ​а ​его ​стол ​я ​раздавил. ​ ​В ​моих ​руках ​я ​держу ​его ​расплющенные ​куски. ​Дерево ​от ​давления ​превратилось ​в ​спрессованную ​крошку. ​ ​"Джон ​умоляю ​тебя ​успокоиться, ​или ​ты ​всех ​нас ​взорвешь!" ​ ​Я ​обернулся ​и ​увидел ​испуганного ​Мартина ​у ​двери. ​ ​Я ​понял, ​что ​излучаю ​жуткую ​красную ​ауру. ​Еще ​несколько ​секунд, ​и ​я ​бы ​взорвался, ​как ​Солдатик. ​ ​Я ​делаю ​еще ​один ​вдох, ​чтобы ​вернуть ​в ​себя ​энергию. ​ ​"Я ​не ​собираюсь ​взрывать ​нас ​всех, ​Мартин. ​Теперь ​расскажи ​мне, ​что ​произошло?" ​ ​Он ​вернулся ​в ​офис ​после ​того, ​как ​разогнал ​своих ​любопытствующих ​коллег, ​которые ​пришли ​посмотреть, ​из-за ​чего ​поднялся ​переполох. ​ ​"У ​Кэтрин ​и ​ее ​мужа ​были ​проблемы ​с ​зачатием. ​Джона ​провел ​им ​процедуру ​искусственного ​оплодотворения. ​Именно ​во ​время ​этого ​процесса ​он ​извлек ​ее ​яйцеклетки. ​Я ​не ​знаю, ​почему ​он ​использовал ​ее. ​Но ​я ​могу ​сказать ​тебе, ​что ​она ​никогда ​не ​знала ​о ​тебе, ​и ​Джона ​никогда ​не ​хотел, ​чтобы ​она ​узнала. ​Он ​сделал ​паузу, ​но ​выглядел ​так, ​будто ​хотел ​продолжить, ​поэтому ​я ​позволил ​ему. ​ ​"Он ​стер ​все ​записи ​примерно ​в ​то ​время, ​когда ​тебе ​было ​семь ​лет. ​Он ​угрожая ​нам ​заставил ​поклясться, ​что ​мы ​сохраним ​тайну". ​ ​Семь ​лет. ​ ​Это ​было ​примерно ​в ​то ​время, ​когда ​Хоумлендер ​начал ​убивать ​своих ​опекунов, ​маскируя ​их ​под ​несчастные ​случаи, ​просто ​чтобы ​посмотреть, ​сможет ​ли ​он… ​ ​...чтобы ​посмотреть, ​сможет ​ли ​он ​привлечь ​внимание ​Джона. ​ ​...его ​привязанность. ​ ​"Джон, ​мне ​жаль. ​Я ​говорил, ​что ​было ​бы ​лучше, ​если ​бы ​мы ​оставили ​это ​похороненным" ​- ​сказал ​мужчина, ​и ​я ​знаю, ​что ​ему ​было ​грустно, ​но ​в ​то ​же ​время ​и ​жалко ​меня. ​ ​"Извини, ​Мартин. ​Мне ​нужно ​идти" ​- ​сказал ​я ​после ​минутного ​молчания. ​ ​Это ​было ​трудно ​переварить, ​и ​мне ​действительно ​нужно ​было ​уйти. ​Эмоции ​Хоумлендера ​были ​сильными. ​Я ​был ​собой, ​но ​я ​также ​был ​и ​им ​со ​всеми ​воспоминаниями ​и ​чувствами, ​которые ​он ​когда-либо ​испытывал. ​ ​Вся ​слава ​и ​обожание. ​ ​Вся ​эта ​неуверенность ​и ​потребности. ​ ​Вся ​та ​боль ​и ​повреждения, ​через ​которые ​ему ​пришлось ​пройти ​в ​детстве. ​ ​Неудивительно, ​что ​Фогельбаум ​стал ​преемником ​Воут. ​ ​Всю ​физическую, ​но ​в ​основном ​эмоциональную ​боль ​Джона ​причинил ​своей ​собственной ​крови, ​своим ​собственным ​родственникам ​без ​угрызений ​совести, ​стремясь ​только ​к ​результату. ​ ​Но ​хуже ​всего ​то, ​что ​этот ​гребаный ​кусок ​дерьма ​утаил ​от ​Хоумлендера ​то ​единственное, ​чего ​он ​жаждал. ​ ​Иметь ​настоящие ​связи, ​настоящую ​семью. ​ ​Кэтрин ​Фогельбаум ​была ​младшей ​сестрой ​Джона. ​ ​А ​я ​был ​племянником ​Джона. ​ ​Но ​в ​его ​глазах ​я ​всегда ​был ​только… ​ ​Продуктом.