Часть 4

Глава 3 «Слабо украсить праздник» Хогвартс готовился к осени, как будто сам замок чувствовал приближение времени уютных туманов, ароматов яблок и румяных пирогов. Оконные стекла чаще запотевали, перья цеплялись за страницы влажнее, чем обычно, а лестницы скрипели с особым осенним ворчанием. В начале октября, когда деревья на территории школы надели алые и золотые мантии, профессор Макгонагалл вызвала Гермиону в свой кабинет. — Мисс Грейнджер, — начала она, поправляя очки. — Как председатель организационного комитета по внеучебным мероприятиям, вы, несомненно, знаете, что через неделю у нас праздник Урожая. Гермиона кивнула. Конечно знала. У неё уже был набросок плана, список ответственных и даже предполагаемые цветовые гаммы для баннеров. — Я хочу, чтобы этот год был… особенно атмосферным, — сказала Макгонагалл, складывая руки на столе. — Ученикам нужен повод улыбнуться. После прошлогодней эпидемии драконьего кашля, — её губы дёрнулись, — атмосфера напряжённая. — Я всё устрою, профессор, — уверенно произнесла Гермиона. — Подожди, ты что хочешь, чтобы я сделал? — голос Малфоя зазвучал, как если бы Гермиона предложила ему пройтись по школе в мантии Пуффендуя. Они стояли в библиотеке, между полками, скрытые от посторонних глаз. Гермиона держала в руках свиток с перечнем задач: «развесить фонари», «зачаровать столы под самозаполняющиеся блюда», «укротить декоративных сов», «оформить центральную сцену». — Участвовать в празднике? — переспросил Драко с усмешкой. — Нет, — невинно улыбнулась Гермиона. — Я просто уверена, что тебе слабо украсить Большой зал так, чтобы он не обрушился. Или хотя бы не взлетел в воздух. Он прищурился. — Ты манипулятор, Грейнджер. — С логикой и планированием, — невозмутимо ответила она. — Ладно. Но если зал обрушится — это будет не моя вина. Подготовка началась в тот же вечер. Комитет — смесь старост, творческих душ и двоечников, надеявшихся на бонусные баллы, — собрался в пустом классе заклинаний. Гермиона раздавала задания с точностью полководца. — Лаванда, ты отвечаешь за флористику. Только никаких чарующих лепестков, которые шепчут гадости гостям. Это было мило на балу весной, но мы всё ещё получаем жалобы от профессора Бинса. — Блейз, — обратилась она к Забини, — ты у нас отвечаешь за зелья. Нужно, чтобы напитки не меняли цвет кожи. В этот раз — без сюрпризов. — И, наконец… — она повернулась к Драко. — Центральная сцена. Свет, звук, гобелены. Всё — на тебе. — Прекрасно, — фыркнул он. — Я всегда мечтал командовать тканями. Несколько следующих дней были похожи на магически-безумный марафон. Гермиона и Драко оказались в эпицентре хаоса. Вместе. — Ты серьёзно хочешь, чтобы я колдовал гирлянды из светящихся тыкв? — Драко стоял у подножия лестницы, удерживая в руках пучок колючих лоз. — Это декоративные лозы, Драко. Не путай с пожирателями плоті. И да — хочу. — Если я выживу, я подам на тебя в суд за моральный ущерб. — Тогда ты точно должен остаться живым, чтобы успеть оформить иск. Вечером, накануне праздника, они вдвоём остались в Большом зале. Всё уже было почти готово: над потолком плавали сотни огоньков, гобелены мерцали в такт музыке, скамьи были украшены золотыми и бордовыми тканями. Но сцена… сцена требовала финального штриха. — У тебя что-то на щеке, — сказал Драко, осторожно дотрагиваясь до её лица. — Тыквенная пыль, — ответила Гермиона, отступив на шаг. — Я… немного переборщила с чарами рассеивания. — Ты пахнешь, как осень. С добавлением сумасшествия и кориандра. — А ты пахнешь, как недовольство. С примесью снобизма и пыли из подземелий. Они оба усмехнулись. В какой-то момент, среди всей этой суеты, слов, заклинаний, проклятий и переглядываний — им стало не до пари. Или наоборот: это всё и было парой, растянутой на недели. — Вот скажи, зачем тебе всё это? — спросил он, когда они сидели на ступеньках и смотрели, как гобелены меняют оттенки от светло-золотого до багряного. — Потому что людям нужны моменты, когда они чувствуют тепло. Даже если оно искусственное, зачарованное. Пусть на несколько часов — но они будут смеяться, петь, обнимать друг друга и забывать, что на носу контрольная по трансфигурации. — И ради этого ты втянула меня? — Ну… слабо было отказаться? Он рассмеялся. Тихо, по-настоящему. — Грейнджер, когда-нибудь ты станешь министром магии. И в зале заседаний будут светящиеся тыквы. — Возможно. А ты будешь моим советником по магическим драпировкам. На следующее утро праздник Урожая превзошёл все ожидания. Даже Снейп, проходя мимо сцены, не удержался от сдержанного «весьма сносно». А Гермиона стояла у входа в зал, встречая гостей, и, когда взгляд её случайно пересёкся с Драко — тот кивнул. Без слов. Просто взгляд. В котором уже не было вызова. Было — признание. И, возможно, немного очарования!