Часть 4. Добро пожаловать домой, сосновый парень

Вихрь теней и малинового света поглотил Диппера и Аластора, унося их прочь от шокированных лиц Стэна и Форда. Следующее, что почувствовал Диппер, была жгучая, удушающая волна серы и крови, перемежающаяся с запахом гнилой плоти и тлеющей надежды. Перед ними расстилались багровые, охваченные вечным закатом адские пейзажи, над которыми возвышался шпиль, освещенный неоновыми вывесками, – Отель Хазбин. Стоило им материализоваться в вестибюле, как на них тут же набросилась какофония грешных душ. Чарли, всегда готовая приветствовать новых постояльцев или даже случайных гостей, первая бросилась к ним, её глаза сияли от предвкушения. «О, Аластор! Ты вернулся! А это кто?» – она тут же заметила Диппера, её взгляд наполнился почти болезненной нежностью. За ней уже летел Энджел Даст, его многочисленные руки были раскинуты для объятий. «Оу, какой миленький новенький! Давай-ка я тебя затискаю!» Вэгги, хмурясь, держала копье наготове, но даже она выглядела чуть менее напряженной, чем обычно, видя столь юного, хоть и демонического, новичка. Хаск лишь ворчал из-за стойки бара, потягивая свой виски. «Аккуратно, не раздавите его», – пророкотал Аластор, его обычная улыбка стала чуть шире, но в его глазах появилось что-то, напоминающее родительскую гордость. Диппер, чувствуя, как его окружает волна потенциальных объятий и щекочущих лап, инстинктивно сжался. Он не любил, когда к нему прикасались, особенно без его разрешения. Темная магия, что теперь текла в его венах, отреагировала мгновенно. Тело Диппера замерцало, и в следующее мгновение он уменьшился до размеров Ниффти, едва ли превышая высоту колена Аластора. Это было так неожиданно, что даже Чарли и Энджел Даст застыли на месте. Не теряя ни секунды, Диппер, почувствовав, что это самое безопасное место, запрыгнул на голову Аластора, ловко устроившись среди его волос, словно на удобном троне. Отсюда открывался прекрасный вид на весь вестибюль. Аластор лишь издал легкое фырканье, но не сделал ни малейшей попытки снять его. Напротив, он словно выпрямился, его силуэт стал еще более величественным. Радио-демон не возражал, чтобы его сын использовал его как удобную наблюдательную площадку. Он даже, казалось, наслаждался легким весом на своей макушке, и этот маленький жест говорил больше, чем тысячи слов о их необычной, но прочной связи.