Глава 2

— Шериф Миллс, добрый день! Я агент Эклз, это мой коллега агент Коллинз, ФБР. — Сэм кивнул шерифу и убрал удостоверение во внутренний карман синего пиджака. — Мы занимаемся делом мотоциклистов. Где у вас морг? — ФБР? В нашем захолустье? — Шериф оглядел их с искренним удивлением на лице. — Заради парочки долбанутых идиотов, мир праху их, не уважавших настоящие мужские игрушки с полностью железной крышей и подушками безопасности? — Мы плохо себя вели в прошлом квартале. — Дин быстро улыбнулся шерифу. — Поэтому встречай, Колорадо! — Плохо себя вели? Да вы, поди, застрелили парочку ваших, раз вас сослали в нашу глухомань. — Шериф помедлил, словно хотел ещё что-то добавить, но удостоверения ФБР без всякой магии включали уважительный тон даже у самых угрюмых ворчунов. — По коридору направо. Там вас встретит Майкл, патологоанатом. У него того… проблема со слухом, поэтому стойте слева и говорите громче. Если что понадобится, я буду в своём кабинете. — Он кашлянул. — В том, который у меня дома, а моя жёнушка не любит гостей. — Шериф развернулся и, не прощаясь, прихрамывая, заковылял в сторону автомата с кофе. — Милый старичок, а, Сэм? — бросил Дин, на ходу оглядываясь в поисках двери в морг. — Это дело выглядит как простейшая череда несчастных случаев. Неудивительно, что шериф так реагирует. Он дольше будет бумаги заполнять, чем вести расследование. Парни дошли до двери морга и зашли внутрь. Дин откашлялся и крикнул в сторону рабочего стола: — Эй, док! Доброго денёчка! Мы из ФБР! Хотим задать пару вопросов вашим пациентам. — Здравствуйте. Незачем так орать. Это у моего начальника плохо с чувством юмора, а у меня со слухом всё хорошо. Доктор появился в коридоре прямо за спинами парней, заставив их одновременно вздрогнуть от неожиданности. — Прошу прощения. — Дин улыбнулся стандартной вежливой улыбкой и протянул список имён. — Нам бы осмотреть вот эти тела. — Как скажете. — Доктор взял из рук Дина листок, поправил круглые очки и пошёл к стене с квадратными дверцами горизонтальных холодильников. *** От города с перегруженными шоссе и чудесным парком вокруг пруда до крошечного, затерянного в горах Мэйна было три с половиной часа езды. По крайней мере, так показывал навигатор шесть часов назад, когда Вероника побросала в сумку самые необходимые вещи и завела машину. Сейчас, согласно тому же навигатору, ехать оставалось час двадцать семь минут. «Скотство», — думала она, разглядывая дорожный серпантин, который и не думал заканчиваться. Кофе уже не лез, сигареты закончились часа два назад. По пути — ни одной заправки. «Что за место-то такое?» На протяжении всего пути от своей милой квартирки до… «места преступления и моей очередной смерти, только на этот раз от счастья, хе-хе, только не сглазить, только не сглазить»… девушка никак не могла решить, где ей остановиться на ночь. Мотель? Самый простой вариант, конечно, но… Но нет. Если на этот раз удача на её стороне и они там… Вот так просто увидеть его, заходящим в соседнюю дверь? С банкой пива и бургером? «Нет, нет, так это не должно быть». Хотелось красиво и романтично. Да и вообще, мотели она не любила. Этот запах прокуренных комнат и несвежих полотенец. Вероника поёжилась. Но в Мэйне не было отеля. Таким крохотным городкам нечем привлечь к себе мешочки с деньгами, которые жаждут осматривать достопримечательности и шведский стол на завтрак. — А вот, кстати! — Вероника часто разговаривала вслух, когда была одна. А в машине бывало вообще не замолкала. — Может же стать их достопримечательностью это дело с байкерами? Может? Может. Вполне! «Рок под колёсами»! Нет, слишком претенциозно…«Асфальтовые призраки Мэйна».. Да, вот это уже хорошо… Нужен только хороший пиар. Это я смогу? Ну а что, соберу там этих девочек, Дороти с подруж… Экран телефона заморгал уведомлением, закрыв половину навигатора. Вероника выругалась и смахнула вниз. «Снова привет! Имена жертв, их адреса, имена ближайших родственников и полицейские отчёты во вложении. Гео всех (двух) мотелей города ссылками ниже. Сегодня +783 новых подписчика. Два запроса на рекламу. Отправила по имейлу, просят чеки. Удачи тебе в расследовании! До связи!» — Отличная работа, я тебя обожаю, Эйла! — Вероника улыбалась, глядя на дорогу и держа палец на кнопке записи голосового сообщения. — Всё получила, посмотрю, как приеду. Полицейские отчёты… как ты их достаёшь так быстро, я до сих пор не понимаю, как у тебя это получается. Ты самый лучший в мире ассистент, спасибо тебе, что выбрала меня! Вероника отпустила кнопку, нажала «отправить» и почти сразу записала другое сообщение: — Эйла, мне нужен твой совет. Что бы ты сделала, если бы не хотела оставаться на ночь в мотеле? Ммм… ой, я же голосовое записываю, ой, извини за «ммм» и за… короче! Мотель — фу, не хочу. Что если я остановлюсь у той девочки, Дороти, которая прислала мне сообщение? Это норм или странно? Жду твой ответ и снова напомню — ты прелесть! Вероника отправила сообщение, перестала улыбаться и вернула телефон на держатель. *** — Детективы, — доктор жестом указал на три полки, прервав диалог братьев. — Здесь всё, что было в вашем списке. — Всё? — переспросил Дин, делая ударение на последнюю букву. — Как-то неуважительно к людям, док, пусть они и трупы. Доктор смерил его холодным взглядом и, помедлив ровно секунду, подчеркнуто вежливо ответил: — То, что от них осталось, вполне подходит под определение «всё» и будет крайне недостаточно для определения «человек, пусть и труп». Дин сглотнул. — Вам нужна моя помощь, или я могу идти? — Да-да, большое спасибо, — Сэм покивал доктору. — Дальше мы сами. Старший брат проводил взглядом спину в белом халате и пробормотал что-то нелицеприятное о его нравственных качествах. Сэм тем временем надел перчатки и расстегнул молнию на первом мешке. Как только братья взглянули на содержимое мешка, все вопросы к морально-этическим принципам доктора отпали сами собой. То, что лежало внутри, напоминало куклу, брошенную под грузовик, а затем собранную по памяти. Беспорядочная масса разорванной плоти, костей и засохшей крови. Лицо стёрто в кашу, смешанную с грязью и крошечными осколками пластика — видимо, от шлема. Грудная клетка выгнута колесом, рёбра торчат наружу. Одна рука отсутствовала полностью — только рваный лоскут кожи на плече напоминал, что она вообще была. Дин сморщился и отошёл на шаг. Сэм, сжав губы, продолжил осмотр. Повсюду — и внутри, и снаружи трупа — был налеплен песок. В ушах, под остатками век, даже в разорванных лёгких. — Ну что ж, — Сэм стряхнул с перчатки прилипшие во время осмотра песчинки, — теперь я люблю «Импалу» ещё больше. Дин молча кивнул, глядя куда-то мимо мешка. Даже для них это было слишком. — Интересно, что нам искать, помимо очевидных доказательств преимущества автомобилей? — Братья перешли к содержимому второго мешка, и Сэм аккуратно трогал остатки тела стальным пинцетом. — ЭМП молчит, — Дин сложил антеннку и убрал прибор в карман. — Что думаешь? Есть что-то необычное? — Да не знаю, — Сэм всматривался в торчащие из второго трупа кости. — Этот, например, выглядит так, будто вендиго и перевёртыш использовали его в футболе вместо мяча. Это достаточно необычно? Я… я, если честно, никогда не видел тела мотоциклистов после аварий, не знаю, на что стоит обращать внимание. — А прикинь, повесить фотки мотоаварий на стенах в школах — гениально, да? — Дин стоял в шаге от мешка и проводил исключительно визуальный осмотр. Сэм покачал головой в ответ на реплику брата. — Ты мог бы сделать потрясающую карьеру в министерстве образования. — Сэм держал нижнюю челюсть трупа левой рукой, пальцами правой вытаскивая изо рта погибшего плотный комок бежевого цвета. — Тоже песок? — Дин брезгливо поморщился и немного наклонился к субстанции, лежащей на белой латексной перчатке брата. — Да.. вроде как да. — Сэм немного нажал на комок, и он рассыпался на несколько кусочков. — Выглядит как совершенно обычный светло-коричневый речной песок. Хочешь подержать? Дин отпрянул и с едкой улыбкой покачал головой. — Спасибо, мне и отсюда всё прекрасно видно. — Ты с каких пор заделался белоручкой? — Сэм удивлённо смотрел на брата. — Трупы — вещь неприятная, кто бы спорил, но ты и близко к ним не подошёл. С тобой всё в порядке? *** Вероника обожала ездить за рулём. Особенно длинные дистанции. Перегоны по 300–500 километров — просто прелесть, вальс для души. Чёткая цель, ясная задача, за окном непрекращающийся фильм, пусть местами и скучноватый. И кто бы ни был её попутчиком, громкие песни под идеальный саундтрек, потому что диджей — всегда водитель. Выставить руку в окошко и делать волну на скорости больше 150 км/ч — одновременно и страшно, и щекотно. Кофе на заправках оскорблял её чувство прекрасного, поэтому в дальнюю дорогу она всегда готовила целый термос кисленького брусничного морса. Долгие поездки на машине были одной из причин, почему она здесь оказалась. Там, где-то далеко-далеко отсюда, в сером и скучном мире, дорога превращалась в её личную гипнотизирующую, успокаивающую каждую клеточку тела ленту. За рулём рой мыслей в её голове притормаживал, начинал гудеть плавнее, мягче. Именно за рулём она окончательно приняла мысль про переход. Решение казалось таким же очевидными, как поворот руля. Каждый километр, каждый мост, каждый бесконечный лес по сторонам — всё складывалось в одну чёткую линию, будто сама судьба вела её по этому маршруту. А радио, хоть и трещало от помех, напевало: «Да, именно так, иначе и быть не может». Долгие поездки на машине были одной из причин того, что она сделала. Конечно, не главной причиной… Главной причиной навсегда останется его готовность защищать всех и каждого. А ещё его глаза… Вероника хмуро смотрела в лобовое стекло, не отрывая взгляд от дороги. На этот раз её попутчиками были только шелест шин и тишина в наглухо закрытом салоне. Она не знала, отчего произошли перемены в её эмоциональном восприятии. Конечно, она накидала несколько вариантов, когда заметила очевидные изменения в своих мыслях и чувствах, но глубоко копать эту тему она боялась. Саморефлексия три месяца назад улетела под строжайший запрет. Телефон снова радостно засветился уведомлением. «Возвращаю тебе благодарность. И да, думаю, я тоже испытываю к тебе тёплые чувства. Ответ на твой вопрос: я бы остановилась у миссис Эбигейл, это мать одного из погибших парней. Она сдаёт комнаты в своём доме посуточно. Ночью ты сможешь осмотреть дом, а днём спокойно пообщаешься с его матерью. И необязательно сообщать, что это интервью для подкаста. Вполне вероятно, могут всплыть детали, которые полиция проигнорировала. Если даже ничего не найдёшь — нестрашно. Поживёшь в хороших условиях. Выпуск рискует стать топовым. Ссылка на её аккаунт в эйрбинби ниже. Спокойной тебе ночи!» Вероника вздёрнула брови. — Наверное, стоит поднять этой девчонке зарплату, — пробормотала девушка и поставила сердечко на сообщение. — Я бы сама до такого не додумалась. Она кликнула на ссылку и, не заглядывая в фотогалерею, долистала до геотега. Нажала на ссылку и дала согласие навигатору на новый маршрут. — Маршрут перестроен! — с готовностью отрапортовал навигатор. — До точки назначения 57 минут. Найти закусочные по пути? — Ой, да замолчи ты! — Вероника тыкнула на кнопку «беззвучный режим» и снова вернулась к наблюдению за дорогой. С каждым километром её вдохи и выдохи становились всё короче, а давление в груди переходило в ноющую боль. — Соберись, блять, дыши нормально, ещё ничего неизвестно, это просто кейс, едем работать, просто работать. Руки на руле непроизвольно сжались так, что костяшки пальцев побелели, но этого Вероника уже не замечала. До прибытия в пункт назначения оставалось меньше 45 минут. *** — Когда мы стали теми людьми, для которых отказ от обжимания с трупами — это причина беспокойства их родственничков? — Дин умело избегал взгляда брата, стряхивая невидимые пылинки с рукава пиджака. — В тот самый день, когда ты впервые подумал про себя: «Я, Дин Винчестер, охотник на монстров и вечный раздражитель младшего брата». Давай, говори, какого чёрта с тобой происходит. Дин кинул взгляд на трупы и закатил глаза. — Да ничего. Я хочу вечером пойти в бар, поспрашивать местных, а второго костюма у меня нет. Пятна крови с мертвяков испортят мне агентское прикрытие, и я уже чувствую, как запах формалина пропитывает рубашку. — Дин оглянулся вокруг, как будто выискивая что-то. — Так что, если ты не против, я подожду тебя снаружи. — Ну, отлично, — Сэм покачал головой. — Днём я копаюсь в трупах, а вечером буду рассматривать фотки аварий мотоциклистов со всего мира, чтобы найти что-то необычное у наших клиентов, пока он — пинцет взметнулся в сторону старшего брата — цепляет очередную официантку. — Значит, договорились, — Дин одарил Сэма очаровательной улыбкой. — Чудненько. Я буду в холле участка. И я буду вести расследование, а не то, что ты себе там… Давай тут побыстрее. — Дин сделал круговое движение указательным пальцем и резво прошёл к выходу. Сэм закатил глаза и глубоко вздохнул. Неосмотренным оставался ещё один труп. По сравнению с первыми двумя этот бедолага был почти нетронут. Руки, спина, грудная клетка — всё было в идеальном состоянии. Только неестественно торчащие кости ключиц и кровавое месиво вместо левой ноги свидетельствовали об очередной добыче Жнеца. — Так, это уже интересно. — Парень наклонился и вытащил из ушей трупа кусочки слипшегося песка, цветом точь-в-точь как те, что рассыпались на его ладони пять минут назад. — Ставлю десять баксов… — пробормотал он себе под нос, аккуратно поднимая указательными пальцами веки трупа. — Ну вот, я выиграл, а поздравить и некому. Из-под век тонкими струйками высыпался абсолютно сухой светло-коричневого цвета речной песок.