Зеркальные судьбы

Кейт Грейнджер всегда знала, что она приёмный ребёнок. Дэниел и Джин Грейнджеры никогда не скрывали этого. «Мы выбрали тебя сердцем», — говорила мама, заплетая её непослушные тёмные волосы. Особенные волосы, которые никак не хотели лежать ровно. В доме Грейнджеров ценились знания и книги. Гермиона, старше Кейт всего на три месяца, была одарённой, сосредоточенной, всегда первой во всём. Кейт же... Кейт была другой. Странные вещи случались вокруг неё — стаканы разбивались, когда она злилась, цветы распускались, когда она улыбалась. И тот шрам в форме полумесяца на запястье, который иногда светился в темноте. Когда пришло письмо из Хогвартса, родители не удивились. Две совы, два конверта — один для Гермионы, один для Кейт. — Мы всегда знали, что вы особенные, — сказал отец, обнимая обеих дочерей. Косая-аллея ошеломила Кейт. Она ощущала странное притяжение к этому миру, словно возвращалась домой после долгого отсутствия. В магазине Олливандера палочка выбрала её почти мгновенно — остролист и перо феникса, десять с четвертью дюймов. — Любопытно, очень любопытно, — пробормотал старый мастер, глядя на неё так, словно видел насквозь. *** Платформа 9¾ была заполнена студентами и родителями. Кейт крепко держала за руку Гермиону, когда они проходили сквозь барьер. — Мы справимся, — шепнула Гермиона. — Мы всегда всё делаем вместе. В поезде они нашли почти пустое купе, где сидел только рыжий веснушчатый мальчик. — Можно к тебе? — спросила Гермиона. — Конечно, — пожал плечами мальчик. — Я Рон Уизли. — Гермиона Грейнджер. А это моя сестра Кейт. Рон взглянул на Кейт, и его уши слегка покраснели. — Вы близнецы? — спросил он, хотя девочки совсем не были похожи. — Нет, просто... Дверь купе снова отодвинулась, и на пороге появился худой мальчик в очках, с растрёпанными чёрными волосами. — Извините, можно здесь сесть? Везде больше нет мест. Кейт подняла глаза и замерла. Что-то знакомое было в этом мальчике, что-то, отзывавшееся глубоко внутри неё. Он тоже уставился на неё, и на мгновение в купе повисла странная тишина. — Конечно, садись, — Рон нарушил молчание. — Я Рон Уизли. — Гарри, — ответил мальчик. — Гарри Поттер. Купе взорвалось восклицаниями. Рон начал расспрашивать Гарри о шраме, Гермиона затараторила о книгах, где упоминался Мальчик-Который-Выжил. Только Кейт молчала, не в силах отвести взгляд от зелёных глаз, так похожих на её собственные. *** Распределение стало моментом, когда мир Кейт перевернулся навсегда. — Грейнджер, Гермиона! — вызвала профессор МакГонагалл. Шляпа едва коснулась кудрявых волос Гермионы, как закричала: — ГРИФФИНДОР! — Грейнджер, Кейт! Кейт села на табурет, и мир исчез под широкими полями Распределяющей Шляпы. «Ох, как интересно», — прошептал голос в её голове. «Ещё одна Поттер. Сестра-близнец. Как любопытно, что вы не знаете друг друга». «О чём ты говоришь?» — мысленно спросила Кейт. «Твоё настоящее имя — Кейтлин Лили Поттер. Ты сестра-близнец Гарри Поттера. Вас разлучили после гибели родителей. Интересно... Где же тебя разместить? Ум как у твоей приёмной сестры, но амбиции и желание доказать свою ценность... Пожалуй», — и вслух: — СЛИЗЕРИН! Оглушённая, Кейт сняла шляпу. Её взгляд немедленно нашёл Гарри Поттера среди ожидающих первокурсников. Её брат. Её близнец. Как это возможно? Слизеринский стол встретил её сдержанными аплодисментами. Кейт села рядом с бледным блондином, который представился Драко Малфоем. Он посмотрел на неё с интересом: — Грейнджер? Никогда не слышал такой фамилии в волшебных кругах. — Я выросла с магглами, — ответила Кейт машинально, её внимание всё ещё было приковано к столу гриффиндорцев, где сидела Гермиона, и где вскоре, она не сомневалась, окажется Гарри. Когда очередь дошла до Гарри, весь зал затих. Кейт напряглась, вглядываясь в лицо мальчика, который оказался её братом. Шляпа думала долго, но в итоге объявила: — ГРИФФИНДОР! Гарри выглядел таким же потрясённым. Видимо, шляпа рассказала ему то же самое. Стол красно-золотого факультета взорвался аплодисментами и криками. Кейт почувствовала странный укол разочарования — она и её новообретённый брат оказались на враждующих факультетах. После церемонии, когда всех отправили в спальни, Гарри попытался поймать взгляд Кейт, но префект Слизерина уже вёл первокурсников в подземелья. — Эй, ты в порядке? — спросил Драко, заметив её угрюмое выражение лица. — Да, просто... слишком много всего. Той ночью, лёжа в новой кровати под зеленоватым светом, проникающим через окна под озером, Кейт плакала беззвучно. Семья, о которой она ничего не знала. Брат, отделённый от неё не только годами, но теперь и враждой факультетов. И загадка — почему их разлучили? Почему Гарри остался Поттером, а она стала Грейнджер?