И тех, кто дорог сердцу

*Шорх *Цок-цок Топот лошадей и торопливые шаги людей раздавались на улице. Снующая толпа спешила по своим делам, но чем дальше ты продвигаешься, тем тише становится гомон. И вот наконец ты находишь трёх подростков, что так же как и ты любуются улицами. — Ваша магия и вправду восхитительна, Раон-ним. —Восхищенно бормочет старший из них, внимательно разглядывая свои окрашенные волосы. "Конечно! Я ведь Великий и Могучий Раон Миру!"— Вы не можете услышать, но именно это раздаётся у него в голове. Погода стала прекрасной причиной для Он, Хона и Раона прогуляться по территории Хентьюз. Басен невероятно хотел поболтать со своими необычными знакомыми, а потому они быстро утащили на улицу и его. Продвигаясь по улочкам, четвёрка весело смеялась, покупала еду и наслаждалась тёплыми летними деньками. — А вот это здание было построено ровно сорок лет назад, в 741 году. На создание резных колонн у скульпторов ушло очень много времени, зато они почти в идеальном состоянии даже спустя столько лет! Необычного вида колонны сразу приковывали взгляд. Домик был выполнен в спокойных, пастельных тонах, его бежевый оттенок прекрасно сочетался с мрамором. Говорят, у каждого дома есть свой характер, отражающий людей, которые в нём живут. Этот представлялся утонченной дамой лет тридцати пяти, что гостеприимно предлагает зайти и безмятежно попить чаю. — Красиво!.. — Хон, маленький любитель искусства, смотрел на всё широко распахнутыми глазами. — Искусство — душа Герцогства Хентьюз. Каждое здание здесь, в Городе Дождей, уникально! — мальчик становился всё более уверенным, пока рассказывал о своей территории. Ему было чем гордиться: каждый переулок здесь — как страница из книги, где вместо букв — мазки кистей, элегантность камня и шёпот вдохновения. Не зря в Герцогство стекаются ценители красивых пейзажей. Искатели прекрасного точно смогут найти здесь близких по духу людей. — Мы с братом редко могли пройтись по столь богатым районам. — Он говорила с улыбкой, голос её был абсолютно спокоен. Ты рад, что она не впадает в уныние из-за прошлого. Дома сменялись один за другим, пока вы не остановились у маленькой библиотеки. Деревянные створки окон и каменный фасад, несколько этажей и балкончик с креслом. Аккуратная и в то же время вычурная статуя у входа, будто бы смотрящая на лица посетителей. Ты замечаешь над ней вывеску: «Добро пожаловать в книжное кафе "Луриум"!» Ты усмехаешься: «Книжное кафе» это так экстравагантно, но из-за "кое-кого" их слишком много на одной улице! — Старший брат очень любит это место. «Аромат чая со стихами» нынче популярен, поэтому там слишком шумно. После победы в войне все места, которые посещал Кейл, приобрели взрывную популярность. Все кому не лень желали попасть в его любимую чайную, а за "то самое" место у окна шли настоящие бои. «Луриум» же был малоизвестен, а потому являлся тихой гаванью для своих немногих посетителей. — А ещё со второго этажа открывается прелестный вид. Кейл говорит, что рисовать отсюда город очень удобно. — ... Тишина была подобна надутому шарику, что вот-вот лопнет от того, что его слишком сильно накачали воздухом. Ты застыл, пытаясь осмыслить происходящее, но поняв, тут же разразился смехом, в уме начиная отсчет: Один Два Три. — Кейл!? — Рисовать!!? — Кейл и рисовать!!?? Бум! Иллюзорный шарик взорвался, и твой смех стал ещё сильнее, жаль, что никто из них не способен его услышать. — ...А? Вы не знали? Шок сменился неловкостью, ещё раз заставляя всех замереть. — Подожди, подожди, давай начнём всё с начала, Кейл умеет рисовать? Нет, что важнее, ему нравится рисовать!? — Хон пододвинулся к Басену почти вплотную. Предательский румянец покрыл щёки, яркая улыбка и восхищённый голос Хона даже не предоставили Басену выбора. — Д-да... Вроде. Ну, он часто делал зарисовки улиц города, так что н-наверное ему это нравится, — красный как помидор от неловкости, он мямлил и запинался, пытаясь донести до них суть. — А как он рисует? — спросила Он, стараясь своим спокойным тоном успокоить разволновавшегося Басена. Однако, это возымело не тот эффект, на который она расчитывала. — ...я не знаю... он никогда не показывал мне. Я не решался сам спросить... — он погрузился в уныние, но говорил так, будто в действиях Кейла не было ничего удивительного. Он и двое её младших братьев переглянулись. — А давай мы у него попросим и покажем тебе! — Оу, правда? — Басен был смущён, он ненадолго призадумался, прежде чем неуверенно кивнуть, — Я не хочу доставлять брату проблем, но если он будет не против... Смотря на его неловкую улыбку, дети преисполнились уверенности и ме-е-е-дленно развернулись назад. Что-то мне это напоминает... — Раз! — Два!! — Три!!! — крикнул ты вместе с ними. Ураганом понесшиеся в сторону герцогского дома дети ловко огибали прохожих. Ты кружился и весело летел за ними. — Подождите меня! — крик Басена раздался где-то позади, но быстро исчез в суете города. ... Ураган влетел в светлую спальню Герцогского дома. А после, аккуратно прикрыв дверь, за "ураганом" в комнату шагнула Он. — Кейл, Кейл! — буря эмоций в детях была не меньше, чем скорость, с которой они ворвались к своему опекуну. — Ммм. — Кейл, ты не говорил нам, что умеешь рисовать! — Рисовать?.. А, да, было дело... — Кейл, почти уснувший за поеданием винограда, ещё не сильно понимал, что происходит и о чём они говорят. — Кейл, а ты можешь нам показать свои зарисовки? Пожалуйста-пожалуйста! — Что? Но я ведь не так уж хорошо рисую. — То, что он только сейчас осознал суть разговора, показалось тебе забавным. — Басен так хочет увидеть, как ты рисуешь! И мы тоже очень-очень хотим-ня! — Пожалуйста-ня! — Ну... Ладно? Берите, показывайте хоть всем нашим знакомым, можете сами рисовать в нём или вообще выбросить. Он вон там. — Кейл лениво махнул рукой в сторону тумбы — А я, пожалуй, пойду спать. — Решив просто игнорировать эту ситуацию, Кейл сладко зевнул и поудобнее улёгся в кресле. — Спасибо!!! — дети хором крикнули благодарность и умчались из комнаты. Только через пару минут они поняли, что надо было закрыть дверь. ... В большом зале каменной виллы собрались все обитатели Чёрного Замка и некоторые из их близких. Правда, не было Ханны с Джеком... И Шеритт осталась в самом замке... А ещё Кейл спал... Ладно, может, не все, но многие. Ты заметил своих знакомых, а потому принялся вместе с ними кружить под потолком, попутно делясь новостями. Раон, Он и Хон с видом глашатых стояли посередине зала, в руках у Он был заветный блокнот. — Вам, наверно, интересно, зачем мы вас тут собра... — Кейл умеет рисовать! — Раон недовольно посмотрел на Хона — Ну, в общем да. Лица присутствующих вытянулись, а Альберу поперхнулся чаем. — Серьёзно!? Есть хоть что-нибудь, что он не умеет? — Вам ведь тоже интересно? — Голос Раона пестрил надеждой. — Конечно. Даже элементали заинтригованы. — Таша, приехавшая с Альберу по делам, посмотрела на вас с друзьями. Ты опустился к своей контрактнице и устроился около её плеча. — Я уж думал, что это сквозняк, хо-хо. — от этого смеха пробрало всех. Твои друзья поспешно опустились, перестав разгонять ветер у потолка, пока ты прятался за Ташей. Этот дворецкий вселял ужас даже в нематериальных существ! — Так откуда вы узнали про умение Кейла рисовать? — свел тему Суй Кхан — Это я им рассказал... — слегка смущенно ответил Басен — Ооо! Ха-ха, это интересно! Давайте уже смотреть! Хотя, подождите, вы же спросили у Кейла разрешение? — Конечно мы спросили, Глупый Чхве Чон Су! Дети кивнули друг другу, Он приняла возвышенное выражение лица и торжественно понесла дневник к столу. Хон был так заинтригован, что чуть ли не дрожал. В его огромной семье никто не разделял его любовь к рисованию. Дедушка Голди мог со скуки что-нибудь нарисовать, но всё, что он делал, ощущалась недостижимым идеалом. Вокруг него были люди, интересующиеся искусством, но это было... Не то. Новость о том, что Кейл, — Кейл! — Умеет рисовать, повергла его в шок. Как он мог этого не замечать! Неважно, рисует он плохо или хорошо — ему это нравится! Он наконец-то сможет с кем-то об этом поговорить! Любопытство съедало Хона, и это мог заметить любой, кто находился в зале. Над столом склонилось множество фигур, толпа будто бы отрезала все пути к отступлению. Все они сверлили взглядом потрёпанный блокнот. Создавалось ощущение, будто это самая хрупкая и важная вещь в мире. Никто не знал его содержимого, но драконы уже задумывались о том, какое конкретно защитное заклинание на него наложить. Ради этой вещицы самые сильные и важные люди мира собрались в одной комнате. Момент истины. Басен тянется и одним аккуратным движением открывает первую страницу. —...! На небольшом развороте виднелись аккуратные чёрные линии, складывающиеся в колонны, шпили и стены Чёрного Замка. Ровные штрихи полностью сохранили утончённость замка королевы драконов. Помимо чёрного цвета не было ничего — казалось, всё сделано одной-единственной ручкой. Но каждый смотрящий видел, как порхает свет, отражающийся от окон замка. Это не было шедевром мирового искусства, но в рисунке нельзя было найти ни одного изъяна. Полностью цельный, не оставляющий брешей, восхитительный рисунок. Так в стиле Кейла. Среди тысяч разных рисунков, которых ты повидал, этот был его. Настолько его, что любой мог бы сказать это. От него веяло чем-то незримым, самой душой, сутью Кейла! Как подарок, нарисованный близким, несмотря ни на что становится самым важным, прекрасным творением, так и этот рисунок вмиг стал величайшим сокровищем. Каждый изгиб хотелось сохранить в своей памяти, никто не мог оторвать взгляд, но после десяти минут было принято решение перевернуть страницу. На следующей была одна из улиц города Дождей, на третьей — статуя, стоящая у входа в кофейню, на четвёртой — вид из её окна. Все рисунки были в одном стиле. Чёрная ручка и немое восхищение. Каждая из последующих страниц изображала деревья, сады и улицы всевозможных городов. Высотки, светящиеся в ночи, уютные домики Бесконечного Королевства, причудливые строения Центральных равнин. Каждый рисунок завораживал пуще прежнего. Кейл рисовал только то, что сам считал красивым, а потому в каждую линию было вложено невероятное... Невероятное. Что-то такое, что нельзя описать словами, чувство светящееся, просачивающееся через бумагу, такая любовь, какую чувствуешь в чуде природы. Через рисунок можно было как через дневник читать мысли Кейла. Казалось, все движения выражали что-то своё: в одних — любопытство, осторожность, в следующих — азарт, потом шли восхищение, обыденность, печаль. Но дойдя до середины, вы увидели особый, отличающийся от других. На нем сам Кейл и странный черноволосый парень держут друг друга за руки. У обоих необычные, лёгкие наряды, вычурные, чарующие украшения. И глаза. Сияющие красно-карие глаза, затмевающие и звёзды, и развешенные лампочки. Единственный рисунок выполненный в цвете. Парни, кажется, смеются. Под ногами замечаешь лёд, и лёгкие наряды становятся ещё более удивительными. На ногах у двоих — странная обувь: на шнуровке, с узорами и лезвием под подошвой. На рисунке застыл момент танца, искренней радости, столь чуждой для Кейла беззаботности. Все сразу поняли, почему он захотел этот момент сохранить. Вся эта страница — праздник, не закончившийся даже с наступлением ночи, яркие огни, смех и радость. У всех людей выражения лица, будто это самый важный день в их жизни. Триумф и ликование. —Это первый Новый год после окончания апокалипсиса на Земле 1. —...! —Он был не так давно, но запомнится явно надолго. Люди наконец-то смогли позволить себе настоящий праздник после 20 лет тишины. Значение этих слов сразу стало понятно. Монстры приходили на шум. Даже праздник победы был тихим, чтобы оставшиеся твари не поубивали людей. — А этот человек?... — Ким Рок Су. — ... — недоверчивые взгляды ещё раз опустились на страницу. Во время совместных путешествий доверие было необходимо, а потому Кейлу пришлось раскрыть обмен телами. Это было странно, чуждо, невероятно — но с их командиром не бывает иначе, и все просто приняли это как факт. Тем не менее, тема прошлого Кейла (теперь уже Ким Рок Су) так и осталась нераскрытой. Все знали, что благодаря Богу Смерти несколько лет назад у них состоялся разговор, но они даже не подозревали, что их отношения были... Такими. Ким Рок Су и Кейл ощущались людьми, которые не могут существовать вместе — как будто их существование было взаимоисключающим. Никто даже и не задумывался, что они могут вот так веселиться на общем празднике. Никто не задумывался, что они могут быть друзьями. Хотя, на самом деле, у них ведь вполне много общего. На пару минут воцарилась тишина, каждый думал о чём-то своём. Ты подлетел поближе, чтобы лучше разглядеть рисунок — такой изящный, красивый, яркий... В последний раз окинув страницу взглядом, команда единогласно решила двигаться дальше. Рон переворачивает листок. Следующая картина — портрет черноволосой девушки, дальше опять идут зарисовки улиц, иногда проскальзывают цветы или пролетают птицы. Первым знакомым лицом оказалась Розалин, её портрет был чёрно-белым и определённо красивым. Далее следовали: Чхве Хан во время тренировки — вид из окна — пьющий чай принц и несколько отсутствующих страниц. После непонятно зачем вырванных листков был нарисован грусно-отчаянный смайлик человека с блокнотом, который со слезами на глазах смотрел на чьё-то сверкающее лицо. Рисунок был определённо смешным и милым, а также прекрасно объяснил отсутствие бумаги — на попытку нарисовать Эрухабена у Кейла ушёл не один листок, но добиться цели у него так и не получилось. Сам Эрухабен с любопытством вгляделся в ту карикатуру, стало понятно, что он и не знал о том, что его рисуют. — О! О! Братик, смотри, это же мы! — Лили пододвинулась так близко, что её лицо практически касалось бумаги. На рисунке — дети: Он, Хон, Раон, Лили и Басен. Последний замер в благоговении, а неразлучная троица просто принялась водить хороводы вокруг стола. Страница оказалась последней. Листов было ещё много, но они все были пусты. — Это, наверно, запоздалый вопрос, но откуда Молодой Мастер Кейл умеет так хорошо рисовать? Он никогда не упоминал про такую деталь в своей жизни. Необычно услышать такой вопрос от Бикроса, а потому все резко повернулись к нему. А правда ведь, откуда? Даже Раон, который был с Кейлом с самого начала его путешествия призадумался, а значит этот навык явно выработался не в этой жизни. Ответ может быть только один: Корея. — Мистер Суй Кхан, не могли бы Вы рассказать? Суй Кхан и Чхве Чон Су переглянулись и, о чём-то мысленно договорившись, кивнули. — Думаю, Кейл может дать Вам гораздо больше ответов, чем мы, мистер Рон. — Его лёгкая улыбка показалась до боли хитрой, а потому дети с ещё большим азартом рванули к своему опекуну. ... Неохотно разлепив глаза, Кейл приподнялся на кровати. Шторы были любезно закрыты, а под боком сопели три комочка счастья. Дети, видимо, устали после эмоционального дня и заснули, не дождавшись его пробуждения. — А-ах~ Сладко зевнув, владелец виллы ступил босыми ногами на ковёр и побрёл вниз по лестнице. ... — С пробуждением, Молодой Мастер Кейл! — Розалин, попивающая чай, первой заметила его сонную фигуру. Он прощупывал каждую ступеньку, как слепой котёнок, шатался и спотыкался. К счастью, Рон, моментально оказавшийся рядом, подставлял своё костлявое плечо. — Вот Ваш лимонный чай, Молодой Мастер. Кислющий чай, плед, бессмысленные разговоры и божественная стряпня Бикроса — всё это теперь было неотъемлемой частью вечеров Кейла. Так тепло и приятно... — Доброе утро, донсен. Выспался? — Угу... Альберу сидел за столом с застывшей улыбкой, в руке у него была чашка с лимонадом. Кейл смерил его сочувственным взглядом и тихо попросил Бикроса добавить больше сахара в кружку. Он ещё не видел, какой чай ему готовят, но ни капли не сомневался в том, что без этой просьбы лицо у него будет как у Альберу – застывшее в безмолвном отчаянии. — Человек? — сонные дети, перебирая лапками, спускались по лестнице. — Доброе утро. Улыбка непроизвольно появляется на лице, когда ты видишь эту сонную, семейную картину. Кстати, о картинах! — Кейл-ня, а когда ты научился рисовать? — Я? На прошлой работе. По вчерашней реакции корейцев это было очевидно. Тем не менее, что-то всё равно не укладывалось в голове. — Человек, ты же охотился на монстров, причём здесь рисование? — Резонный вопрос прозвучал от дракона. — В мои обязанности, помимо прочего, входила и полная документация. Архиву требовались не только способы победы над монстрами, но и детальные зарисовки их облика, анатомии, указания на уязвимые места. Та же проблема была и с идентификацией персон: людям без «Записи» было трудновато ориентироваться среди важных лиц без портретов — в конце концов, фраза «средний рост, чёрные волосы и глаза» подходит подавляющему большинству корейцев. — А почему вы продолжаете рисовать сейчас? Ведь Чёрный замок, цветы и улочки вряд ли похожи на то, чем вы занимались раньше. — продолжала расспрос Розалин. — Это как-то само получилось... Я просто не мог не зарисовать чёрный замок, когда под рукой были и ручка, и блокнот. Всего лишь спонтанный порыв. А дальше просто делал зарисовки по настроению. Удовлетворённая ответом, Розалин расслабилась, поправляя выпавшую из пучка прядь — как всегда делала, получив желаемое. *Шур-шур — Человек... Можно я тебя кое о чём попрошу? — в голосе Раона редко можно услышать неуверенность. Взволнованный этим, ты начал гонять ветерок в надежде его подбодрить. — М? Конечно. — Кейл не знал, о чём же таком Раон хотел его попросить, что даже начал ёрзать на его коленях, но это, конечно, не заставило его отказать ребёнку. — Можешь нарисовать мою маму?.. ... Госпожа Шеритт сидела на стуле в элегантном белом наряде. Подобно своему статусу, королева драконов излучала величие и благородство. В прошлый раз Кейл провалился в попытке описать красоту дракона ручкой, поэтому сейчас попробовал с кистью. Это было трудное занятие. Он не в первый раз брал в руки краски, но с графикой опыта было несравнимо больше. На самом деле, Шеритт могла и не сидеть здесь все эти два часа, ведь глаза Кейла прекрасно справлялись с моментальным запоминанием чьей бы то ни было внешности. Она, тем не менее, выразила огромное желание попозировать перед мольбертом. По прошествии ещё двух часов даже ты настолько устал, что вернулся к Таше. А Кейл всё продолжал рисовать, переправлять, поглядывать на модель и снова рисовать... До тех пор, пока... — Готово! — испустив усталый вздох, Кейл упал на стул. — Ура! Покажешь? — энергия Шеритт была нескончаемой: она бодро спрыгнула со стула и побежала к горе-художнику. — Ну как? — Восхитительно! Из всех людей, что пытались меня нарисовать, у тебя это вышло определённо лучше всех! — А разве Вас ещё кто-то рисовал? — разминая затёкшую шею, поинтересовался Кейл. — Нет! Но я уверена, что даже если бы рисовал, твой рисунок всё равно был бы лучшим. Они тихонько рассмеялись. — Это определённо был хороший опыт. Спасибо, что попозировали мне. — Пожалуйста! На этой ноте, с усталостью и смехом, закончился трудный, но о-о-очень счастливый день. И кроме самой великой и могучей драконихи и самого-самого любимого человека никто так и не узнал о тайне самой дальней комнаты Чёрного замка — большом семейном портрете, что всё ещё ждёт своего завершения. Ну, об этом как-нибудь в другой раз!