Часть 11 « сама»

Пауза. Слово короткое, вроде ничего особенного. Но внутри оно звучало как приговор. Сама сказала. Сама отпустила. Сама осталась ни с чем. И никто не рвал меня в клочья, никто не удерживал. Всё было спокойно. Слишком. В тот день всё будто перевернулось. Горло сжало, голос стал резким, холодным. Слова выходили быстро, одно за другим, не давая времени на «подумать». Я смотрела ей в глаза и говорила, что нам нужно отдохнуть друг от друга. Что слишком много. Что это невыносимо. На самом деле невыносимо стало потом. Когда она согласилась. Без слёз, без истерики. Просто… кивнула. И именно это оказалось больнее всего. Не сопротивление, не упрёки. А молчаливое согласие. Как будто всё действительно дошло до точки, когда уходить — единственный выход. После этого дни потеряли очертания. Всё стало серым, вязким. Я не знала, куда себя деть. Руки тянулись к телефону, но я каждый раз останавливала себя, как будто это могло что-то сохранить. Гордость? Видимость контроля? Глупо. Я страдала. С каждым днём сильнее. Потому что в голове крутилась одна и та же мысль: она ведь была той самой. Не подругой, не учительницей. Ближе. Настолько близко, что я называла её «мамой», хотя в крови у нас не было ничего общего. И от этого боль была только глубже. Потому что я пустила её туда, куда никого не пускала. А теперь там пусто. И тихо. Тишина звенела так, будто кто-то вырезал целую часть души. Я не знала, где она, с кем, что чувствует. Возможно, ей стало легче. Возможно, она благодарна за это решение. А я — нет. Я была готова на всё, кроме этого. Пауза. Слово, от которого теперь дрожат руки. И да, я сама. Сама сказала. Сама осталась. Сама дурею от этого.