Часть 2: Duetto di morte. Глава 1

Семейное гнездышко

В доме пахло горячей пюрешкой и бабушкиными котлетами с черносливом. Девушка поморщилась – она ненавидела чернослив. Сайлус легонько толкнул ее в спину. — Не стой в дверях. Она все удивлялась, как этот человек может так легко меняться? Только что он был пугающим и опасным, но стоило переступить порог — стал похож на доброго родственника. Человек, только что признавшийся в связях с преступным миром. Почему теперь он так спокоен? Потерявшаяся среди собственных мыслей, девушка плюхнулась на скрипучий зеленый диван. Мужчина умостился напротив. — А чего это вы тут расселись? А-ну марш мыть руки! Весь день черти-чем занимались, а теперь к еде тянетесь! Бабушка махала влажным полотенцем, подгоняя внучку к двери в ванную. Пока гости мыли руки, пенсионерка уже закончила накрывать на стол. Разговор как-то не складывался. Все трое ели медленно и молча. Бабушка украдкой поглядывала то на судмедэксперта, то на внучку. Сознание девушки блуждало где-то глубоко внутри самого себя, а Сайлус пожирал хрустящие огурчики с видом довольного кота. Довершало эту осеннюю идиллию мерное гудение желтых лампочек, скрытых за плафонами старомодной люстры. Помещение наполнялось теплом от электрического обогревателя и журналистке становилось жарко. “Я сегодня так устала… Хочу раздеться и спать. Черт… время уже. Последняя электричка ушла. Придется остаться на ночь у бабули. Как спровадить этого?” Рой обрывочных мыслей не прекращался, от чего начинало пульсировать в висках. Взгляд гостя задержался на девушке. — Ты не простудилась, часом? Лицо красное. — Мне просто жарко. — Так сними худи. — Я… Не могу, — она отвела глаза. — Не ношу футболки. Бабуля недовольно цокнула языком, осуждая внучку за дурную, по ее мнению, привычку. — Левушка, ты не хочешь добавки? — Пенсионерка вела себя так, словно ее внуком был Сайлус, а не девушка, сидевшая напротив него. — Нет, Зинаида Львовна, спасибо. Уже поздно, а я обещал Вашей внучке отвезти ее в город. Мужчина встал из-за стола и, крутя на пальце ключ, направился к выходу. — Я подгоню машину, чтоб ты не промокла под дождем. Подожди меня, кошечка. Девушка выглянула в окно. Проследив, что силуэт блондина исчез из виду, она обернулась к пенсионерке. — Я требую объяснений. Что это за “Левушка”, бабуль? Ты откуда этого стремного мужика знаешь? — Ох, звездочка моя, кто ж знал, что вы с Левушкой так встретитеь? Мы с Павлушей тебя огораживали от него, как могли. Бабушка, прекратив возиться с остатками ужина, тяжело опустилась на диван, беря ладонь своей внучки двумя руками. — Послушай, дорогая. Он мальчик сложный, вспыльчивый, но на самом деле хороший. Просто… постарайся с ним поаккуратнее, ладно? — Бабуль, ты о чем? Кто он? Кто такой твой Павлуша? — Ой, милочка. Мальчики эти с твоим отцом вместе росли. Павлушу ты знаешь — доктор, который тебе сердце лечил. А Левушка, вот, — женщина замешкалась, не зная, что сказать. — Хороший он, но только будь с ним поаккуратнее, ладно? Бабушка, которую обычно было не заткнуть, сейчас избегала общения, отводила взгляд и заметно о чем-то беспокоилась. Из пространных слов пенсионерки внучка не поняла ровным счетом ничего. Кроме, разве что того факта, что Павлуша — это профессор Зейн. Она хотела еще о многом расспросить бабушку, но за окном раздался автомобильный гудок. — Иди, дорогая. Бабушка сама справится. Иди. Женщина практически вытолкала растерянную внучку на крыльцо и, перекрестив, пожелала хорошей дороги. Растерявшись от необычного поведения бабушки, девушка бросила взгляд на автомобиль. Вопросов становилось только больше и почему-то они все были связаны с человеком, ждавшим ее за рулем. Журналистка вздохнула и с полной решимостью узнать все у Сайлуса, шагнула под тяжелые капли дождя.

***

Она запрыгнула в салон внедорожника резким и неуклюжим движением. Девушке хотелось стрясти с себя капли дождя, как это делают собаки. Но под пристальным взором хищных глаз не решилась. Но удержать язык за зубами было выше ее сил. — Автобиография? Хорошо нынче бюджетники живут, — протянула она. — Или ты еще и органами приторговываешь? — Не приторговываю, — он вторил ее тону. — Но, если хочешь, могу проинвестировать. С этими словами он плавно нажал на газ и авто послушно двинулось. В салоне пахло терпкими пряностями, деревом и корицей. Тихая мелодия убаюкивающе обволакивала девушку, тонувшую в большом кожаном пассажирском кресле. Машина неспешно ехала по пустой ночной трассе. Холодный свет ксеноновых фар освещал разбитую дорогу. Пытаясь подобрать слова, брюнетка наблюдала, как дождь превратился в ливень. Она хотела задать кучу вопросов, но не знала, с чего начать. Журналистка боролась с ураганом мыслей и эмоций. С одной стороны — умирала от любопытства, а с другой — боялась до дрожи и обижалась, что мужчина был так спокоен. У нее же перехватывало дыхание, а сердце-предатель бешено колотилось рядом с Сайлусом. Он заговорил первым. — Я думал, ты накинешься на меня с расспросами. Но, кошечка, ты ведешь себя слишком спокойно. Давай это исправим. Наглец положил свою огромную горячую руку на бедро пассажирки. Слишком пошло и откровенно. Провел ладонью по ткани джинс, словно проверяя, на сколько хватит девичьего терпения. — Эй! Ты слишком много себе позволяешь, Лев как там тебя по батюшке. Она скинула мужскую руку со своей ноги, пытаясь защитить личные границы. — Свиридович. Но лучше называй меня просто Сайлус. — Сайлус, — с невнятной интонацией промямлила девушка. Водитель повеселел. Его маленькая провокация сработала и девчонка наконец пошла на контакт. Улыбаясь, он продолжил провоцировать. — В документах это фамилия. Но кто сказал, что мои документы – не подделка? — Не слишком ли откровенные вещи ты говоришь свободному журналисту? А если я напишу о тебе? — Тогда я убью тебя. И закопаю в посадке, как одного несговорчивого грузина в 90-х. (*) Он пожал плечами и ускорил машину. Мужчина не спешил везти девушку домой. Напротив, он катал ее по ночному городу, словно ожидая, когда же она соберется с мыслями и начнет задавать вопросы, на которые Сайлусу уже не терпелось ответить. Мимо пронеслись огни Петропавловской, и Range Rover повернул на мост. Спустя минуту они припарковались. — Все, красавица, приехали. — Ты обещал привезти меня домой. Водитель всем телом потянулся к недовольной девушке. Как будто хищный зверь, стремящийся за добычей. — А ты хочешь, чтобы такой человек, как я, знал твой адрес? — Вкрадчиво поинтересовался Сайлус. Испугавшись, она сглотнула. Натянула капюшон и вышла из машины.

***

Подземная парковка нового офисного здания в самом центре города встретила тишиной. Сайлус громко хлопнул дверью машины, издавшей писк, уведомляющий о включении сигнализации. Журналистка неосознанно обернулась на звук. “Зеленая. А в темноте показалось, что черная…” — Что, кошечка, нравится? Могу подарить. Она отшатнулась. Сайлус все больше пугал ее своим поведением. — Куда ты меня привез? — Туда, где ты найдешь ответы на все свои вопросы. Мужчина уверенно развернулся к ней спиной и зашагал в сторону лифта. Журналистке ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. (*) — отсылаю к делу журналиста Георгия Гонгадзе.