Глава 2

— Ух ты! — воскликнул Рон, осторожно беря в руки один из выложенных Гарри клинков. — А из чего они? — Рукоять из металла, а лезвия различаются, — ответил Гарри, протягивая второй клинок Гермионе. — Тот, что держишь ты, посеребрённый, его используют против чудовищ, а тот, что у Гермионы — стальной, он против других монстров. — Каких это? — не понял Рон. — Людей, — спокойно ответил Гарри. — Убийц, разбойников, наёмников, фанатиков. Их хватает во всех мирах. — А ты... — Гермиона сглотнула. — Ты уже использовал их? — Только серебрянный, — Гарри взял клинки и спрятал их в ножны, висящие на левом бедре. — Когда меня брали на охоту Геральт или кто-то из других. Против людей не приходилось, и надеюсь, что не придётся. — А нас обращаться с ними научишь? — спросил Уизли. — Для ведьмачьего боя вы слишком взрослые, я учился ему с тех пор, как сделал первый шаг. Но простому фехтованию вполне могу научить. Мне и самому нужно тренироваться. Но не сегодня. Тебя тоже обучить, Жаворонок? Гермиона удивлённо поглядела на него, но ответить не успела: дверь в купе отъехала в сторону и вошёл круглолицый мальчик. — Вы не видели жабу? Я её потерял! — сказал он. — Не видели, но с радостью поможем найти! — ответила за всех Гермиона и отправилась на выход. Гарри надел свой плащ и пошёл за ней, совершив станные движения пальцами. Рон, вздохнув, поплёлся следом. * * * Жабу они нашли в одном из пустующих купе, но возвращаться в купе не стали, а зашли в ближайшую уборную, чтобы переодеться в форму. — А что за знаки ты показывал пальцами в купе? — спросил Рон, пока они с Гарри сторожили дверь, за которой переодевалась Гермиона. — Так ведьмаки накладывают чары, — пояснил Гарри. — Они и меня научили, но из-за того, что я из другого мира, у меня всё выходит не так. Те знаки должны оглушить вероятных воров, но что получится я не... Раздался громкий, протяжный крик. Гарри и Рон кинулись по направлению к нему. От их купе быстро кто-то убегал. Влетев внутрь, Гарри и Рон увидели лежащие на полу чемоданы и внушительный клок платиново-белых волос. — Интересно, чьи это? — спросила вошедшая следом Гермиона. Поттер посмотрел на неё, присел на корточки и взглянул на волосы. — Мальчишку с шевелюрой подобного цвета я встретил в Косом переулке, — медленно произнёс он. — Худой, бледный, растягивает слова, смотрит на всех как на грязь. — Это, вероятно, Малфой, — сказал Рон. — Он один подходит под такое описание. Но Молния, бьющая в море зелёных елей уже не слушал: поезд остановился и Гарри Поттер, взяв за руку Гермиону Грейнджер, пошёл к выходу. * * * — Значит, это правда, что говорили в поезде? — раздался протяжный голос. — Гарри Поттер приехал в Хогвартс? От раздавшихся шепотков: "Гарри Поттер? Тот самый?" Мальчик закатил глаза. К нему подошли трое: худой невысокий знакомец по Косому Переулку, нацепивший раньше времени остроконечный колпак и два парня покрупнее и толще. — Это Крэбб, это Гойл, — не глядя на них, проговорил нежеланный собеседник. — Я Драко Малфой. Рон хохотнул. Малфой взглянул в его сторону. — Тебя рассмешило имя? — спросил он. — Не буду узнаавать... — Говори короче, не утомляй людей! — отчеканил Гарри. Драко недовольно взглянул на него. — Не со всеми в магическом мире следует иметь дело. Я подскажу тебе, кто достоин твоей дружбы, а кто нет. Поттер взглянул на протянутую руку, снял с головы Малфоя колпак, явив миру наполовину лысую голову, вызвавшую в толпе хохот. Рон вытащил из кармана подобранные в купе волосы и подал их Гарри. — Каков наглец, — цокнул языком герой магического мира. — Лазил в чужие вещи, а теперь предлагает мне покровительство. Быстрым движением он забил волосы блондину в рот и отбросил того в сторону. Крэбб и Гойл попытались напасть, но быстро последовали за Драко. Брезгливо обтерев руки, Гарри взял под локоть удивлённую Гермиону и стал дожидаться распределения. * * * Гермиона не могла заснуть. Её мысли целиком и полностью сосредоточились на Гарри Поттере. Её новый друг был... другим. Вежливый, обходительный, он очаровал девочку. Гермиона вздохнула. Гарри был романтичным: герой, воспитанный далеко от родных мест суровыми войнами и проведший жизнь в охоте на монстров и борьбе с несправедливостью. Пусть это и не совсем соответствовало его рассказам. И вместе с тем, он был лишён чёрствости, не был зациклен на войне и подвигах, сохранил чувство юмора, пусть и специфическое. Он влюбился в неё. За ужином заявил, что после свадьбы они останутся жить в Хогвартсе, так как он не умеет готовить, а её, своего Жаворонка, не хочет заставлять стоять у плиты! Гермиона улыбнулась и закрыла глаза. Гарри Поттер был необыкновенным человеком. Её разбудила музыка, доносящаяся их гостиной. Влекомая любопытством, Грейнджер спустилась вниз и увидела сидящих на диване Гарри и Рона. Поттер, закрыв глаза, играл на флейте. — Доброе утро, Гермиона, — поздоровался он, не открывая глаз. — Я уж думал, тебя, как и Рона придётся будить песней. — А ты умеешь петь? — В том-то и дело, что нет! — поморщился Уизли. — У него нет голоса! Он орал в спальне, как обжёгшийся кот и меня растолкали ради того, чтобы он заткнулся! — Переодевайся, Гермиона, — бросил Гарри, встав с дивана. — Может в этот раз тренироваться ты и не будешь, но хотя бы понаблюдаешь за нами.