Часть 8

      Приближался новый год. Весь замок покрылся белоснежным снегом. Хогвартс украшали разными гирляндами, а Хагрид принес ёлку. Гермиона собиралась уехать на новогодние каникулы, и у нее уже был собран чемодан. А я очень сильно не хотела ехать домой. Я, Гарри и Рон сидели в главном зале. Флитвик украшал большую ёлку, мальчики играли в волшебные шахматы, а я сидела рядом и наблюдала за их игрой. Сама я в шахматы играть не успела, поэтому очень увлеченно наблюдала за тем, как это делают они. — Научите и меня тоже играть, — грустно попросила я. — Научится шахматам не так просто, но я попробую объяснить тебе правила! — сказал Рон, делая очередной ход.       В главный зал зашла Гермиона. В руках у неё был чемодан, и она была одета в форму. — Конь ходит на Е5, — сказал Гарри и конь послушно выполнил команду. Рон немного задумался. — Королева бьёт Е5, — с улыбкой сказал он. Его красная фигурка королевы встала со своего трона и ударила им коня. Тот разлетелся на части. — Это просто варварство! — возмущённо сказала Гермиона, глядя на фигурки. — Это волшебные шахматы, — возразил Рон, делая очередной ход. Потом он посмотрел на Гермиону, — а ты уже собралась? — Зато ты — нет, –сказала Гермиона. — Другие планы, мои родители едут в Румынию навестить моего брата Чарли, — он сделал небольшую паузу, — он изучает драконов. — Хорошо, ты поможешь Гарри. Он идёт в библиотеку, искать информацию по Николасу Фламелю. Он создатель камня, но какого? — спросила Гермиона задумываясь. — Но мы смотрели уже сто раз! Там нет ни слова про Фламеля, — грустно сказала я.       Гермиона чуть наклонилась к нам и сказала — Но не в запретной секции, — потом, встав, как стояла ранее, сказала: — счастливого рождества.       А после повернулась и ушла, тащя свой чемодан. — Кажется, мы на нее плохо влияем, — пробормотал Рон. В ответ я усхенулась, Рон такой весёлый! «Сплошное… сплошное разочарование» — пронеслось у меня в голове снова. Но я тряхнула головой, стараясь не думать об этом.       Я, кстати, всё-таки решила не ехать домой, а остаться. Уже сегодня был новый год. Я сидела в зале Гриффиндора, возле камина, и читала книгу. Тут проснулся Рон и буквально бегом спустился вниз, к ёлке с подарками. — С рождеством, Элизабет! — радостно сказал Рон, открывая свои подарки. — С рождеством, Рон, — с улыбкой ответила я.       Рон был очень милым, он распаковывал свои подарки с таким счастьем. Его мама сшила ему свитер с золотой буквой R. Это было очень мило с её стороны. Мне родители ничего не прислали, это я знала точно. Ведь я сейчас якобы «наказана». Хогвартс хорошо влиял на меня, Дамблдор, мои друзья, милые эльфийки и вся эта атмосфера успокаивала. И я уже не думала о плохом, даже родители волновали меня не сильно. Только Реддл перестал меня навещать, может, потому, что у меня уже всё хорошо? Этого я не знаю, но о нём я уже забыла. Я даже не помнила, как он выглядит, только некоторые черты остались в голове. Руки — бледные, как будто фарфоровые, и глаза — зелёные, как у меня. — Гарри! Гарри, просыпайся! — начал кричать Рон.       Гарри быстро вышел из комнаты и встал возле перил. — Счастливого рождества Гарри! — радостно сказал Рон. — Тебе тоже, Рон. И тебе, Элизабет, — с улыбкой сказал Гарри. Я ответила ему тем же. — Ты тоже получил подарок, — сказал Рон, глядя под ёлку. — Подарок?! — глаза Гарри буквально засветились от счастья и радости.       Он быстро спустился и начал открывать запакованную коробку. Там было письмо, и Гарри вслух прочитал его:       «Твой отец оставил эту вещь перед своей смертью. Пришло время вернуть её тебе. Используй ее правильно.» — Какое странное письмо, от кого оно? — поинтересовалась я. — Оно не подписано, — ответил Гарри, оставляя письмо в стороне и открывая коробку.       Из коробки он достал какую-то коричневую… мантию? — Что это? — удивился Рон — Что-то вроде мантии, — ответил Гарри, рассматривая ее. — Ну, давай-ка, надень её, — сказал Рон.       Гарри накинул себе на плечи эту мантию и его тело… испарилось! Стало невидимым! — Ваууу! — воскликнул Рон, вставая со своего места. — Твое тело исчезло, Гарри! — весело сказала я. — Я знаю что это такое! Это мантия невидимка, — восхищённо сказал Рон. — Это большая редкость, я вообще думала, что это миф и такой мантии не существует! — восхитилась я.       Гарри решил под мантией-невидимкой зайти в запретную секцию библиотеки, как говорила Гермиона. Мы совсем забыли о Николасе Фламеле. Гарри решил пойти со мной, ну, точнее, я напросилась пойти с ним.       Вот мы уже проникли в запретную секцию. Здесь решили разделиться и начать поиски. Мы прошлись глазами по разным полкам, где были различные книги, но про Николаса Фламеля не было ни слова. — Кто здесь?! — послышался очень сердитый голос Филча.       Мы с Гарри быстро спрятались под мантию. Но по неаккуратности уронили свою лампу. — Я знаю что ты здесь… Ты не спрячешься! — голос Филча становился всё ближе.       Мы задержали дыхание, и он прошел мимо. Мы аккуратно начали красться в сторону выхода. Как только мы вышли из библиотеки, возле двери нас встретила кошка Филча. Мы решили пойти в другую сторону от неё, а то мало ли. Мы не говорили ни слова. Было страшно. Мы завернули за угол, где внезапно увидели Снейпа, который злобно толкнул Квиррела к стене. Мы очень перепугались, сердце упало в пятки от страха. Мы тихо, маленькими шагами начали обходить их. — Ты же не хочешь иметь такого врага, как я, — холодно и злобно сказал Снейп Квиррелу. — Господи… я… — заикался Квиррел. — о-о… ч-чём вы? — Ты прекрасно знаешь, о чем я, — быстро ответил Снейп.       Мы проходили прямо позади его спины, и он, будто почувствовав, обернулся в нашу сторону. Мы зажали рты руками, чтобы не было слышно дыхания. Но потом Снейп повернулся обратно к Квиррелу. Мы уже были почти у дверей. — Мы с тобой поболтаем, когда ты наконец решишь, кому ты верно служишь, — говорил Снейп, но тут к нему подошёл Филч с нашей сломанной лампой в руке. — О, профессоры, я нашел это в запретной секции, — сказал Филч, показывая лампу. — он ещё горячий. Какой-то ученик не спит ночью.       Потом они все пошли по коридору, а мы тихо открыли дверь и зашли в какую-то комнату. Зайдя туда, мы сняли мантию. — Нам очень сильно повезло, мы чуть не попались! — всё ещё испуганно сказала я. — Да, — ответил Гарри, осматриваясь, — смотри, что это там?       В углу стояло какое-то зеркало. Гарри подошёл туда и присмотрелся. Я пошла к нему. — Элизабет! Смотри, смотри! Здесь мои родители! — воскликнул Гарри. — Что, где? — я подошла и посмотрела в зеркало, — я вижу только нас. — Вот, — сказал Гарри чуть отходя в сторону, — видишь, ты видишь моих родителей?       В зеркале стояла я. Рядом со мной были мои родители, они смотрели на меня глазами, полными любви. Мой отец улыбался мне, а мама гладила по руке. Мои глаза были зелёными, но другими. Как у обычного человека, а не как у Волан-де-Морта. –Ну, ты видишь их, видишь? — радостно продолжал Гарри. — Я вижу своих родителей, Гарри, но не твоих, — я посмотрела на него, — похоже, это зеркало показывает желания человека.       Гарри заметно загрустил. Мне тоже стало грустно. — Я пойду спать, Гарри. Спокойной ночи. Ты тоже иди, — пробормотала я, уходя в свою комнату.       В глазах осталась картина, где мама и отец стояли рядом со мной, улыбались…       Так прошла вся зима. Мы учились, играли в квиддич, пытались найти информацию о Николасе Фламеле. Но всё было бестолку.