Глава 39: Гордость и предубеждение Жона

      Блейк едва слушала, как её команда спорила о том, убьёт ли их миссия с профессором — точнее, доктором Убликом. Пока «Бычеголов» уносился вдаль, она думала только об одном — об этом упрямом идиоте, которого оставила в Биконе.              Прошло уже три месяца… или четыре?              Казалось, что в Биконе она провела лишь миг своей жизни, но теперь это было всё для неё. И, как ни злило её признавать, он был частью этого.              Или с ней — детали уже не имели значения.              Но впервые с тех пор, как она стала Охотницей, она шла в бой без него.              — Добро пожаловать на Гору Гленн, дамы! Надеюсь, вы понимаете, что это не экскурсия. Двигаемся быстро и налегке!              — Так точно! — хором ответили они, с разной степенью энтузиазма.              Даже Вайс, обычно безупречно вежливая, звучала вяло. Блейк её понимала… когда слышишь «опытный Охотник», представляешь кого-то более впечатляющего, чем Ублик.              Хотя могло быть и хуже — например, Порт.              — Мы расследуем активность в руинах Маунтин Гленна. То, что не должно здесь происходить. Руби, что ты делаешь?              Блейк перевела взгляд на свою лидера, которая нервно ёрзала с рюкзаком.              Тот шевелился.              — Только не говори…              — Гениально! — Ублик вертел Цвая в воздухе, объявляя его «ценным союзником».              Руби сияла, Вайс возмущалась, Блейк просто закатила глаза.              — Этот чёртов пёс не оставит нас в покое, — прошептала она, машинально ожидая ответа, которого не последовало.              Она не чувствовала себя одинокой. Даже думать об этом, когда вокруг люди, было глупо.              Она докажет ему, что не нуждается в нём.              — Ты выглядишь мрачнее обычного, кошечка. Что случилось? — Ян, как всегда, задавала вопросы, на которые Блейк не хотела отвечать.              — С чего ты решила, что что-то не так?              — Блейк, да ладно, — Ян фыркнула. — Я твой партнёр. Чувствую, когда что-то не так. Ты ходишь хмурая с самого начала миссии.              Блейк вздохнула. Обычно она бы отбрила её, заявив, что не хмурится. Но сейчас она просто чувствовала себя выжатой.              — Ты знаешь, что можешь поговорить со мной, да?              — Знаю. Просто…              — Сложно? — Ян перевернулась на живот, подперев лицо руками. — Потому что ты слишком долго была одна?              — Это… но ещё это личное.              — Ну, тебе не обязательно рассказывать, если не хочешь. Но если я могу помочь — я здесь.              Помочь?              Смешно. Вряд ли на свете найдётся человек, который поймёт её ситуацию.              — Мы поссорились с другом, — сказала она вместо правды.              — С парнем?              — Откуда ты... — Блейк стиснула зубы, но было поздно.              Ян не засмеялась. Она выглядела обеспокоенной.              — Как я догадалась? Блейк… у тебя не так много друзей.              Блейк покраснела и отвернулась.              — Не моя вина. Раньше не было времени, а теперь я просто привыкла обходиться без них.              — Без многих, — поправила Ян. — Но у тебя есть друзья. Мы. И, наверное, команда LVN, хоть ты с ними почти не говоришь.              Блейк вспомнила, как те помогли им в «Вечном Лесу».              Но с тех пор она почти не общалась с ними. Ян, Руби и Вайс — да, но сама Блейк чаще молчала с книгой в руках.              А правда была проще: всё это время она общалась с Жоном.              — Мы больше не разговариваем, — слова вырвались против её воли. — Мы… поссорились. Я сказала то, чего не стоило, и он тоже. И теперь не знаю, как это исправить. И это так глупо — думать об этом на задании!              Эмоциям не место на миссии. Адам всегда говорил это.              — Хех, — Ян усмехнулась. — Видимо, ты ещё новичок в таких вещах. Нет ничего хуже неразрешённой ссоры. Она будет грызть тебя, пока ты не исправишь это.              — Что… ты имеешь в виду?              Ян улыбнулась так, будто говорила с хрупким ребёнком.              — Есть такая поговорка: «Ранишь другого — ранишь себя». Когда ты ссоришься, гнев горит ярко. Но когда человек исчезает… остаётся лишь пепел.              Блейк отвела взгляд.              Она злилась на Жона. И он злился на неё.              Тот человек погиб из-за них — да, это трагедия. Но это не делало это их виной.              — Так что мне делать? Он всё ещё зол, а я не согласна с его reasons.              — Какие у него причины?              Блейк замялась.              — Он спас мне жизнь… но из-за этого погиб невинный.              Ян замолчала.              — Теперь он винит себя и отказывается сражаться.              — Ты злишься, потому что он винит себя? Или потому что не хочет драться?              — И то, и другое.              — Ты сказала ему, что он не прав? Что он дурак?              — Конечно.              — Вот твоя первая ошибка. — Ян говорила безжалостно. — Тебе очевидно, что он не должен винить себя. И я согласна. Но мы не на его месте.              — Но...              — Люди по-разному переживают вину. Не тебе решать, что для него правильно. Если тебе это не нравится — может, не стоит с ним дружить?              — Нет! — Блейк резко подняла голову. — Я не против!              — Тогда прими его чувства. — Ян ухмыльнулась. — Если он тебе дорог - будь другом.              — Каким другом?              — Помоги ему залечить раны.              Это сказала не Ян, а Вайс.              — Вы оба причинили друг другу боль. Вместо того чтобы выяснять, кто навредил больше, попробуйте исцелить это.              — Бинго! — Ян щёлкнула пальцами. — Не знала, что ты не спишь, Вайсик.              — Трудно спать, когда рядом горилла раздаёт советы.              — Поверь мне, Блейк, — Ян продолжила. — Быть правой не так приятно, как кажется. Особенно если ради этого ты оттолкнула тех, кто тебе дорог.              — А если это настоящие друзья, — добавила Вайс, — всё наладится. Как с нами.              Неужели всё так просто?              Блейк не была уверена. Но Ян права — что она знает о дружбе?              Она почувствовала, как груз на душе стал легче.              Она не признавала, что была неправа. Но и чувства Жона не были неправильными.              Просто… иначе.              — Я сделаю это.              Больше ничего не нужно было говорить.              

***

                    Где-то выше…       Доктор Ублик улыбнулся.              А Руби, стоявшая на страже, чуть не упала в обморок, заглянув в рюкзак.              Её лицо побелело.              Что Блейк сделает с ним, если узнает?!