Часть 22

… Просыпайся, спящая красавица, твоя сказка начинается... Дженна проснулась и, не открывая глаз, лениво потянулась, после чего вновь замерла, прикрывая одной рукой глаза от белого солнечного света, что розовил её мир через тонкую кожу опущенных век, а вторую руку она откинула в сторону. В голове её не было сонливости, но мозг девушки наотрез отказывался подавать опущенным векам сигналы подняться и не мог заставить тело начать двигаться. Если можно полениться, почему бы этого не сделать? К тому же, всего через два дня она вернётся в родной город и вновь с головой окунётся в обыденную жизнь, оставив позади чудесную атмосферу и негу «сказочного города». Поморщившись, блондинка повернулась чуть набок, потёрла кулаком глаз и вновь накрыла свои закрытые веки рукой. Как же здорово, когда никуда не нужно бежать, когда можно поваляться в кровати хоть час, хоть два, хоть целый день. «Не отказалась бы, - подумала Дженна, вновь лениво потягиваясь. – Конечно, валяться в кровати целый я день я себе позволить не могу, да и не хочу, потому что было бы преступлением провести в постели весь последний день своего нахождения в Вене, но часок или полчаса я вполне могу полежать, подремать…». В подтверждение своих расслабленных мыслей, блондинка широко зевнула и перевернулась на правый бок, утыкаясь носом в подушку и громко и мило сопя в неё. Она находилась сейчас во власти того самого потрясающего состояния, когда ты не проваливаешься в крепкий сон, едва опустив голову на подушку, но можешь насладиться долгими сладкими минутами расслабленной дрёмы. И даже лёгкая головная боль, гудящая в висках и бьющая по ним мелкими молоточками, не могла испортить этого прекрасного момента. Это было действительно потрясающе – когда не нужно никуда бежать, когда твоё строгое расписание даёт тебе послабление и право на лень, потому что ты не внесла в него с сотню важных дел, которые непременно нужно исполнить. Да, Дженна всегда была деятельностным и целеустремлённым человеком и сидеть без дела не любила, начиная быстро скучать в четырёх стенах, когда нечем занять руки и голову. Потому у неё всегда был чёткий план того, что ей нужно сделать, чтобы исполнить очередную свою мечту. «Сделай или умри» - гордо заявляют американцы, «Сделай или сделай» - говорила Дженна и никогда не принимала отказа ни от людей, ни от судьбы. В общей сложности так, валяясь в постели, ворочаясь и каждый раз находя новое идеальное положение для дрёмы, девушка провела около часа, но сон к ней так и не пришёл, хотя, в принципе, она его и не ждала. Она и так неплохо выспалась. И теперь осталось открыть глаза, подняться с кровати и провести ещё один отличный день в «сказочном городе», который Дженне весьма понравился и впечатлил её своей чудесной архитектурой и интересными местами для досуга, если не считать одной небольшой мелочи, которая испортила девушке настроение… Ещё раз потянувшись, задев кулачками высокую гладкую спинку кровати, девушка открыла глаза, несколько раз моргая, смотря в высокий потолок, который белоснежным полотном протянулся над ней. «Такой высокий, - подумала блондинка, забыв о своём намерении встать и войти в новый день и продолжая смотреть в белоснежную простынь потолка. – Я раньше и не замечала…». Вновь закрыв глаза, зажмурившись и потянувшись, Дженна подняла веки и села, сонным взглядом оглядывая просторную светлую спальню. «Нужно сходить в туалет», - мелькнула в голове девушки мысль, на которую натолкнули мозг недвусмысленные сигналы, посылаемые мочевым пузырём. Но мысль эта в следующую секунду отошла на сотый по значимости план… Дженна резко распахнула глаза, ошалело смотря перед собой, лицо её изломала гримаса недоумения и шока. - Что за… - прошептала девушка, продолжая напряжённо смотреть вперёд, в белую стену с лёгким изумрудным оттенком. Вскочив с кровати, забыв и про головную боль, и про сонливость, и про желание полениться этим утром, Дженна попятилась прочь от постели, напряжённо смотря на неё. Светлое постельное бельё, которое, наверняка, было идеально выглаженным тогда, когда она ложилась в кровать, но сейчас было помятым из-за её бесконечного ёрзанья. Высокая светлая спинка кровати, которая будто была выточена из мрамора. Снежные стены с лёгкой примесью изумрудной зелени. Две прикроватные тумбочки… Кроме цвета постельного белья не сошлось ничего. Она проснулась не в своём гостиничном номере… - Твою мать… - прошептала девушка, делая ещё несколько маленьких шагов назад, останавливаясь. – Что происходит? – она обернулась, скользя взглядом по стенам, будто они могли дать ей ответ, и находя дверь. – Где я? Что за чёрт?! – она повысила голос, будто желала вытребовать ответ у невидимого собеседника. – Это не смешно! Где я?! Она хотела кинуться к двери, но остановилась, сделав всего два шага. До неё дошло самое логичное объяснение этой совершенно непонятной ситуации – она вчера переселилась в другой номер, с другим убранством, либо она вчера уехала из бара не одна и сейчас находилась дома у ночного знакомого, лица которого она даже не помнила. От второго предположения Дженна поморщилась. Ей совершенно не хотелось думать, что она могла уехать вчера из бара непонятно с кем и… провести с ним ночь. - Нет, - она мотнула головой. – Не может быть… Но никаких версий нельзя было списывать со счетов. По крайней мере, пока – пока рядом не было того, кто мог дать логичное объяснение происходящему. Опустив взгляд и убедившись, что она одета, девушка, на всякий случай, потрогала себя. Глаза могли и обмануть, руки – вряд ли. Ощупав почти всё своё тело, блондинка взяла себя за грудь и вновь устремила взгляд на дверь, забывая убрать ладони. Это смотрелось весьма забавно. Всё-таки убрав руки, Дженна ещё раз огляделась по сторонам, покрутившись вокруг своей оси. Она будто искала этого человека-невидимку, что притаился в углу или под кроватью и играл с ней в прятки. «Что же происходит?», - подумала девушка, продолжая скользить взглядом по периметру по-королевски просторной спальни. Узнать ответ на этот вопрос хотелось до невозможности. И, решив не тратить время зря, Дженна уверенно направилась к двери, намереваясь найти того, чьими стараниями она оказалась здесь, попрощаться с ним навсегда и, вызвав такси, поехать в отель. Если, конечно, она была не в нём. Первая волна шока уже прошла, и теперь лицо Дженны выражало спокойствие и обычную уверенность в том, что она всё контролирует. Право, что же может пойти не так в подобной ситуации? Ничего! Блондинка положила ладонь на дверную ручку и нажала на неё, толкая дверь. Вот только она оказалась заперта… Нахмурившись, взглянув на светлый материал двери, девушка толкнула её ещё раз. Она же не могла быть заперта? Правильно – не могла. Значит, механизм просто заклинило. «Это путешествие мне нравится всё меньше и меньше», - хмуро смотря на ручку и не переставая дёргать её, не сдаваясь, подумала блондинка. Подёргав ещё не менее десятка раз, она шумно выдохнула, окончательно раздражаясь, и ударила по двери ладонями. - Эй, там кто-нибудь есть? – крикнула она.  Подождав несколько секунд и рассчитывая услышать в это время ответ, но не дождавшись его, Дженна вновь открыла рот, громко произнося: - Это не смешно! У меня дверь заклинила, и я не могу выйти! Кто-нибудь, откройте её! Она ещё раз ударила по несчастной двери и, раздражённо и шумно выдохнув, отошла от неё на два шага. По ту сторону двери по-прежнему звучала идеальная тишина. Создавалось такое ощущение, будто её специально игнорировали и Дженне это не нравилось. - Эй, - вновь позвала девушка, - меня кто-нибудь слышит? Подождав секунд десять, она продолжила, снова подходя к двери и несколько раз ударяя по ней рукой – ладонь уже начала болеть: - Кто-нибудь меня слышит? Я не понимаю, что происходит, но мне это не нравится! Откройте, чёрт побери, дверь! – выпалив это, блондинка ударила в дверь ногой. Дверь не поддалась и даже не скрипнула, а вот нога у девушки заныла… Решив пока больше не пытаться атаковать преграду, потому что ситуация, пусть выглядела странной, но не пугала, Дженна ещё раз напоследок со всей силы дёрнула ручку и отошла от двери. Пройдя на середину комнаты, она огляделась по сторонам, после чего вновь обернулась. Дверь, по-видимому, всё ещё никто не собирался открывать, а в туалет действительно хотелось… Это могло создать настоящую проблему, потому что всякому терпению рано или поздно приходит конец, а ждать непонятно чего и непонятно кого, мучась желанием посетить уборную, просто невыносимо. В такой ситуации и без того долгие минуты становятся просто бесконечными и вместо того, чтобы утекать из часов времени, обвивают невидимыми путами, всё туже затягиваясь и душа. Но Дженне повезло. При очередном осмотре просторного помещения королевской спальни, в стене нашлась ещё одна дверь. Она оказалась открыта и на поверку за ней нашлась ванная комната. Избавившись от навязчивого желания посетить уборную, Дженна встала посреди ванной комнаты, думая над тем, что ей делать дальше. «Приму душ, - подумала она. – Точно, умоюсь, а потом, если её не откроют, сломаю эту дверь ко всем чертям». Остановившись на данном варианте развития события, блондинка быстро разделась и зашла в душевую кабинку, закрывая её слегка матовые дверцы. Включив воду на чуть тёплую бодрящую температуру, блондинка с минуту просто постояла под её тонизирующими потоками, позволяя им окончательно смыть с неё остатки сна и подготовить тело к новому дню, после чего вышла из этого потока и огляделась в поисках геля для душа или мыла. На полке нашлось всё, что могло пригодиться человеку, желающему принять ванную процедуру. Выбрав гель для душа с запахом смородины и мяты, девушка по привычке взяла мочалку, забывая, что она не дома и что вещь не принадлежит ей и выдавливая на неё приятно пахнущий гель. Но, один раз прикоснувшись к своему плечу мочалкой, блондинка вспомнила, что вещь принадлежит не  ей и до этого могла касаться кого угодно и, поморщившись, смыла с неё пену, после чего вернула на полку. Мытьё пришлось продолжать без мочалки. Быстро справившись с принятием душа, Дженна перекрыла воду и покинула душевую кабинку. Взглянув на уютное полотенце, висящее на крючке, девушка взяла его в руки. Оглядев вещь и даже понюхав её, она убедилась в том, что полотенце было свежим и, наскоро вытершись, оделась. Желательно было бы почистить зубы, но блондинка решила этого не делать – сунуть в рот чужую зубную щётку представлялось достаточно отвратительным делом. Потому она ограничилась полосканием рта, как раз, на полочке под зеркалом так кстати нашёлся ополаскиватель для рта. Сплюнув пенящуюся мятную жидкость, Дженна разогнулась и взглянула в зеркало. Хорошо, что она практически не красилась, в противном бы случае весь её макияж уже был бы под глазами и на щеках, а так её внешний вид практически не отличался от того, как она накануне вечером выходила из своего номера в отеле. Поджав губы, она отряхнула от воды руки, после чего наскоро вытерла их полотенцем и покинула ванную комнату. Вернувшись в спальню, она ещё раз оглядела её просторное помещение. В спальне ничего не изменилось и загадочный «человек-невидимка», к которому обращалась блондинка, не соизволил явить ей свой лик. Слегка скривив губы в раздражении всей этой ситуацией, Дженна вновь направилась к двери. Не дойдя до неё полтора шага, она набрала полные лёгкие воздуха и вновь громко позвала: - Меня кто-нибудь слышит? Если да, то советую вам открыть дверь. Она помолчала несколько секунд, затем добавила, для убедительности: - Иначе хуже будет. Ответом ей вновь стала лишь тишина. Она будто издевалась над ней, смеялась, и это ужасно бесило девушку. Шумно выдохнув, Дженна сжала кулаки, поднимая на дверь полный уверенности и негодования твёрдый взгляд. - Вам же хуже, - произнесла она, но скорее для себя. Обернувшись через плечо и оценив обстановку за её спиной, чтобы не во что не врезаться, Дженна отошла на шесть шагов назад и остановилась. Помахав руками и ногами, чтобы размять мышцы и подготовить их к работе, девушка встала в стойку, прицениваясь к двери и готовясь атаковать её. Дверь выглядела привлекательно, как и всё в этой комнате, но особенно крепкой она не смотрелась. «И мне это только на руку, - подумала блондинка. – Не хотите слушать меня и открывать дверь – вам же хуже. Вышибу и не моргну глазом. А вы живите потом без двери. И ущерб я вам, кто бы вы ни были, возмещать не буду. Тоже мне придумали – запереть меня, как дурочку-рапунцель в башне! Чёрта с два! Не на ту напали!». Быстро припомнив движения, которым учили её родители, Дженна собралась уже нанести удар по несчастной двери, но вновь помедлила. Чтобы открыть запертую дверь, нужно было сначала бить по замку, а затем всей силой и весом налетать на неё. Первое было удобнее делать в обуви. Оглядевшись в её поисках, девушка нашла свои ботиночки задвинутыми под кровать. Обувшись, она вернулась в исходную точку, а затем направилась к двери. Остановившись, она медленно и глубоко вдохнула, концентрируясь, а затем сделала резкий выпад и со всей силы ударила ногой по замку. Твёрдая подошва поглотила силу удара, но не всю, потому его энергия волной прошла вверх по её ноге, заканчивая свой путь где-то в области таза и вибрируя там, но очень скоро стихая. Победно взглянув на дверь, замок которой после точного удара уже должен был держаться на соплях, блондинка отошла на несколько шагов назад и, разогнавшись, налетела на несчастную дверь плечом. Прозвучал глухой звук удара и вскрик Дженны. Правую половину тела, которой она налетела на треклятую дверь, пронзило болью. Поморщившись, шипя сквозь зубы, девушка немного отошла от двери, держась за ушибленное плечо. Но поддаваться слабости долго она не стала. «Потом поною, - подумала Дженна, вновь оборачиваясь на дверь. – Хотя, пусть лучше ноет тот, кто меня здесь запер. Идиот чёртов! Кем бы он ни был, я его уже ненавижу!». Самоуверенность Дженны на мгновение пошатнулась, потому что в её голове мелькнула мысль: «Как же ты можешь не помнить того, кто тебя сюда привёл или привёз? Тебе не кажется это странным?». А следом за этой мыслью появилась и неприятное осознание того, что она, в принципе, слабо помнит то, что было с ней вчера. Вернее, воспоминания обрывались на часах двенадцати ночи или часе. «Наверное, я выпила лишнего, потому ничего и не помню», - подумала девушка, но даже для неё самой эти слова звучали не слишком убедительно. Она пила всего несколько раз в жизни и, когда делала это, то никогда не напивалась. Но проще было думать, что вчера она опрокинула в себя несколько лишних бокалов, чем допустить мысль о криминале или ещё чём-то таком же неприятном. «Наверное, пиво просто было очень крепким, - продолжила мысль Дженна. – Точно! Я же пила это… пятнадцатиградусное, вишнёвое…». Поток мыслей, который пытался как-то объяснить происходящее с ней, мог бы унести Дженну далеко-далеко и надолго вырвать из реальности, но она предпочла не придаваться размышлениям, а действовать. «Вернусь домой и тогда уже подумаю над тем, как попала сюда и что было вчера», - подумала блондинка и подошла к двери, уверенно кладя ладонь на дверную ручку и нажимая на неё. Плечо по-прежнему ныло, но зато после такого красивого удара дверь стопроцентно должна была сдаться и, признав своё поражение перед девушкой, выпустить её из этой комнаты. Нажав на ручку, Дженна толкнула дверь и… она не открылась. - Что за чёрт? – вырвалось у неё. Вновь вцепившись в несчастную и ни в чём не виновную дверную ручку, она начала с остервенением дёргать её. Казалось, что девушка хочет вырвать её с корнем. Впрочем, это тоже было способом открыть ненавистную ей дверь – вырвать ручку, а потом, когда более ничего не будет мешать, ещё несколько раз ударить по замку. Он не сможет устоять. Дженна дёргала и дёргала. Ладони начали болеть, а мышцы рук заныли. Окончательно озверев, она вцепилась в ручку и упёрлась в дверь одной, а затем и двумя ногами, всем своим весом тяня за неё. В этот момент в голове её мелькнула мысль, что, если ручка прямо сейчас вырвется, то ей будет больно, потому что она рухнет на пол и, в лучшем случае, ушибёт пятую точку. Ручка не сдалась, оставшись на своём прежнем месте, гордо выдерживая всё то, что творила с ней блондинка. Вернувшись ногами на пол, Дженна вновь отошла, а после ударила по замку ногой: один раз, второй. После четвёртого нога начала болеть настолько ощутимо, что девушке пришлось прекратить свои атаки – заработать трещину в малоберцовой кости или стопе ей совсем не хотелось. Перестав кидаться на дверь, но не желая оставлять своих попыток выйти из этой красивой королевской спальни, которая уже начала казаться ей клеткой, Дженна вновь начала кричать, даже орать, вкладывая в свои требования все силы. Крики её раз за разом прокатывались гулким эхом по просторному зданию, частью которого была спальня, в которой девушка проснулась. Голос у неё всегда был громкий, и Дженна была просто уверена, что её услышат. Но через десять минут криков она добилась лишь того, что голос сорвался и в горле ужасно запершило. Согнувшись, она закашлялась, по щекам потекли слёзы. Кое-как уняв приступ кашля, блондинка дошла до кровати и села на неё, утирая со щёк солёные дорожки. Горло продолжало ужасно дереть, и только сейчас она заметила двухлитровую бутылку воды, которая стояла на одной из прикроватных тумбочек. Дженна несколько секунд недоверчиво посмотрела на бутыль со спасительной влагой. Ей казалось, что у неё началась паранойя, потому что она не была уверена в том, что бутылка была здесь с самого начала, она даже была практически уверена в обратном. А, раз её здесь не было, значит, кто-то принёс её сюда, пока она была в душе. Принёс, оставил и вновь ушёл, заперев… пленницу. От подобных мыслей её передёрнуло. После таких мыслей ситуация начинала напоминать дебильные фильмы ужасов и истории про вполне реальных маньяков-психопатов, которые из тысяч людей в толпе выбирают ту единственную – свою жертву, которую узнают на каком-то глубинном уровне своего больного сознания. И, заключив её в свои объятия, не отпускают, пока в ней остаётся хоть одна капля крови и хоть крупица желания жить. Подобные домыслы холодили хребет, но Дженна быстро отогнала их прочь от себя. Она не была похожа на жертву маньяка, совсем не была, и в этом она была уверена. А, если она не во владениях маньяка-психопата, то, значит, волноваться не стоит. Решив не тревожиться без причины и шикнув на все мысли о самом страшном, блондинка взяла бутылку воды и, открутив пробку, припала к её горлышку, жадно глотая живительную влагу. Только сейчас она поняла, насколько сильно хотела пить всё это время. Напившись, девушка завинтила пробку и вернула бутыль на тумбочку. Кидаться на дверь больше не хотелось, потому что плечо и нога всё ещё ныли, а, значит, оставалось только одно – ждать. Решив так и поступить, Дженна легла, устраиваясь так, чтобы видеть дверь, и подпёрла голову рукой, начиная своё ожидание. Но оно слишком затянулось. Через два часа, почти уже уснув, Дженна решила, что с неё хватит. Встав, она подошла к окну и, распахнув его ставни, полезла на высокий подоконник. Леди не покидают дом через окно, но сейчас Дженне было глубоко наплевать на правила приличия. Она была неизвестно где, её заперли и не хотели открывать и ей всё это уже порядком надоело. Конечно, можно было поддаться желанию и вздремнуть, подождать ещё и, скорее всего, дождаться своего, но проще было взять своё прямо сейчас. Взобравшись на подоконник, девушка придержалась за раму окна и шагнула вперёд, заглядывая вниз. Пальцы её сами собой до судорог сжали раму, а на лице её появилось выражение совершенно неприятного удивления, граничащего с самым настоящим страхом. Там, внизу, был обрыв. И, пусть глубина его была не такой, чтобы не видеть дна, но даже не самому умному человеку было бы понятно, что, прыгнув, он не отделается поломанными ногами и даже позвоночником. А Дженна глупой не была никогда. Сглотнув, сжимая теперь уже осознанно раму двумя руками, чтобы не оступиться и не упасть, девушка осторожно развернулась и спрыгнула на пол. Она обернулась, напряжённо смотря на открытое окно, которое обещало свободу, жаль лишь, что вечную, потому что, прыгнув с такой высоты, едва ли кто-то сможет выжить. - Что, чёрт побери, здесь происходит? – прошептала Дженна, оглядываясь на дверь, смотря на кровать, а после вновь устремляя свой взор в открытое настежь окно, в которое врывались прохладный ветер и едва уловимое пение птиц. Закрыв окно, девушка вернулась на кровать, забираясь на неё с ногами. Сняв ботинки и бросив их на пол, она сложила ноги по-турецки и слегка согнулась, ставя локти на колени и подпирая кулаками голову. «Что происходит? Что происходит? Что происходит…» - иным мыслям не было места в голове Дженны. Они принимали разные формы и вбирали в себя всё новые и новые слова, но смысл оставался один и сводился к одному – что происходит? В это самое время Микки, сидя на своей кухне, неспешно помешивал чай, размешивая в нём сахар. Пусть, обычно парень любил принимать свой излюбленный напиток в чистом виде, но сегодня ему захотелось его немного подсластить. А белые кристаллики сахара никак не желали полностью растворяться, потому что брюнет добавил сахар в уже остывший напиток. Очертя ложкой очередной круг, он вынул ложку и, облизав её, положил на стол, после чего взял чашку. Неспешно поднеся её к губам, Микки сделал глоток, чувствуя любимый вкус и смотря отстраненным взглядом перед собой. Это создавало прекрасный и пугающий контраст – наслаждение вкусом и полное безразличие, не-присутствие во всём остальном. Даже холодок, который то и дело лизал его голый торс, Микки будто бы не чувствовал. Сознанием он был где-то далеко-далеко и, одновременно – нигде, где-то за гранью этого реального и материального мира, там, куда имеют доступ лишь те, кто отличается от других. Он знал этот «мир» с детства – мир теней, сумрака и вечного холода, где души протяжно воют, но их всё равно никто не слышит… Сделав очередной глоток чая, парень поставил чашку на стол – лёгкий удар стекла об дерево так громко прозвучал в абсолютной тишине, окружающей Микки. Допив вскоре чай, брюнет выбросил заварку и, вымыв чашку, вернул её в шкафчик, после чего покинул кухню, направляясь в ванную комнату.