Часть 5 К бабушке и дедушке

Прежде чем лететь и знакомиться с родственниками матери Люка и Леи, Баки основательно припарадился: оделся в дорогое и красивое, сшитое персонально для него, включая чёрные перчатки из тончайшей кожи, постригся не у дроида, а у куафера-человека, который сделал ему причёску стильную, но при этом строгую, купил яхту себе под стать. Он сын королевы или фермер татуинский? Правдой было и то, и то, но являться к родовитой родне татуинским фермером Баки не собирался. Ему нужно было признание Наберрие. Конечно, Люк по молодости натворил всякого, что всколыхнуло всю галактику, но любые факты можно подать по-разному. И то, что будет в минус фермеру, отпрыску сенатора и генерала засчитают в плюс. Баки твёрдо решил, что о том, чей он на самом деле сын, он объявит громко и чётко. Он хотел, чтобы его знали как сына известного на всю галактику генерала, магистра и просто мастера, чтобы Бен, нет, Оби-Ван — хватит называть его псевдонимом — мог гордо заявить: вот он, его потомок. И плевать на всех и вся. У него создалось мнение, что Оби-Ван дошёл до ручки задолго до своей смерти. Что им никто не гордился. Никто его не хвалил. Только гнобили и принижали, и требовали пахать и пахать. Вот только лошадь тоже пахала больше всех, а председателем колхоза так и не стала. Кроме того, ещё одним толчком в сторону восстановления статус-кво стали воспоминания о сестре. Лее. Картина, на взгляд Баки, вырисовывалась так себе. Лея Органа, навсегда оставшаяся принцессой Альдераана, была удочерена своими приёмными родителями полностью, официально и со всем сопутствующим обвесом в виде связей, воспитания и прочего. И на брата-фермера, каким бы героем и звездой Силы он ни был, смотрела свысока. Играла в демократию Лея самозабвенно, но суть её была сутью аристократки, для которых все, кто ниже по статусу, не более чем расходный материал. Бен держал Баки в курсе и дел на Земле, где Люк вправлял мозги Стиву и Старку, и здесь. Он мог свободно перемещаться, его не видели, если он не хотел, так что знал призрак Оби-Ван Кеноби примерно всё и ещё немного. Баки это устраивало целиком и полностью: он освоился в теле Люка и теперь успешно бороздил океан Силы, обучаясь обращению с Великой. Тут и Оби-Ван помогал, и воспоминания и умения Люка органично всплывали и впаивались в умения и знания самого Баки. А ещё в теле Люка удивительно свободно дышалось, и Баки радовался каждое мгновение, что это тело не реагирует на всё с эмоциональным диапазоном того айсберга, что потопил Титаник. Оби-Ван просвещал его насчёт реалий этой вселенной и делился знаниями и воспоминаниями. Чету Органа он вспоминал с ностальгией. — Бейл был удивительным человеком, — задумчиво погладил бородку призрак. — Очень умный. Добрый, но не в ущерб себе. Преданный: сначала королеве, потом Альдераану, потом уже друзьям. Хитрый. Если услышишь слух, что он увивался возле Падме, не верь. Враньё и провокация. Для Бейла всегда существовала лишь одна женщина — его супруга и королева Бреха, он налево даже не смотрел, не то что ходил. Падме была его другом и соратником, но не более. Лею он забрал, так как своих детей у них быть не могло. А ещё она кареглаза, шатенка и невысокая. Один в один типаж Брехи. Ну и наследственность: Энакин Энакином, а Падме с Набу, там селекция проводится тщательная и абы кого на семейное древо не прививают. К сожалению, хотя Лея умна, получила отличное воспитание и имеет хорошее происхождение со стороны матери, характер у неё отцовский. И ещё она очень… категорична. — В папашу пошла, — соглашался Баки. — Знаешь поговорку — «от осинки не родятся апельсинки»? Явно про неё. — Не представляю, что такое осинки и что такое апельсинки, — улыбался в усы Бен, — но ты прав. — Ещё бы! — весело улыбался Баки. — Поможешь мне с Наберрие? — Обязательно. В общем, на Набу Баки прилетел, демонстрируя товар лицом, тем более что средства на это имелись. Во-первых, сам Люк скопил неплохую сумму. Во-вторых, Оби-Ван, выбитый из своей жуткой депрессии животворящим пинком Баки, вспомнил, что он, на минуточку, магистр Ордена джедаев и член Высшего совета, и знает прорву счетов, на которых водятся такие суммы, что можно полгалактики скупить и ещё останется. Да, после проверки выяснилось, что часть из них пуста — видимо, специалисты Палпатина постарались, тот не мог упустить возможность ограбить своих врагов, но и того, что осталось нетронутым, хватит на всё и даже больше. Набу Баки восхитила: много воды, много зелени, удивительно красивая, просто воздушная архитектура. Жители одеты пышно и со вкусом. И еда оказалась выше всяческих похвал: прежде чем что-то делать, куда-то идти и с кем-то встречаться, Баки решил как следует набить желудок. Объяснение, почему он столько ест, было простым: Сила требует силу, то есть топливо. Да, и на одной Силе можно жить, вот только такие эксперименты до добра не доводят. Так что в здоровом теле — здоровый дух, и прочее. И только после визита в ресторан Баки связался с представителями семьи Наберрие и договорился о встрече. Представился он Джеймсом Бьюкененом Барнсом, у него и документы были на это имя — Набу оставался частью Империи, а Люк Скайуокер в списках «Их разыскивает Империя» числился номером один. До сих пор. И цена за его труп — на поимку живого даже не надеялись — была просто астрономической: Баки аж глаза выпучил, не в силах осознать количество нулей. Да уж. Палпатин, он же Дарт Сидиус, подошёл к проблеме серьёзно. Вопрос оставался один: почему награду не убрали? И кто её должен выплатить, если б каким-то чудом Люка грохнули? И как? Его даже ситхский яд не взял, а от этой дряни дохли все без исключения. Но Баки высказался на этот счёт однозначно: — Бережёного бог бережёт, а небережёного конвой стережёт. После чего сделал себе практически настоящие имперские документы на новое имя. Тем более что сейчас, причёсанный, приодетый, с другой мимической маской и другими движениями он очень сильно отличался от изображённого на голофото Последнего джедая. У него даже волосы потемнели, став ближе к каштановым. И уж точно никто не будет ожидать такой неимоверной наглости от героя Сопротивления. Ради любопытства Баки посмотрел розыскные списки дальше. И номером два как раз был Оби-Ван Кеноби: обаятельный рыжеволосый красавец мастер-джедай и Высший генерал. И сумма за живого — за труп платить никто не собирался — не отличалась от Люковой ничем. Разве что в досье имелась пометка: предположительно мёртв. Ситхи решили перестраховаться? Встречу ему назначили в поместье Наберрие. Баки, добравшийся туда на понтовом спидере с водителем, нанятым в агентстве за очень хорошие деньги, едва не присвистнул: а хорошо живут королевские дома! На трон Набу как раз воссела племянница покойной Амидалы: Пуджа Наберрие с тронным именем Анунна. Двоюродная сестра Люка. Баки вошёл в главное здание поместья так, словно находится здесь по праву, а если присутствующие не в курсе, то это не его проблема. Кто как выглядит и называется, он выучил заранее, и поприветствовал хозяев приличествующими ситуацией поклоном и словами: — Дедушка, бабушка, я рад наконец с вами познакомиться. Наберрие были крепкие орешки: за сердце никто не схватился и в обморок не брякнулся, хотя некоторые и побледнели. То ли так сложилось случайно, то ли специально, но в поместье находилась вся семья, кроме Пуджи: Сола, старшая сестра покойной Падме, её супруг Даррен, их старшая дочь Риу. Руви и Джобал — родители Падме и Солы. Все, кто остались в живых и не порвали связи после сначала падения Республики, а потом и падения Империи. — Внук? — стоило отдать должное Руви, сейчас считающегося главой семьи после смерти его матери, Винамы — сарказм в его голосе отсутствовал полностью. — И кто же вы, юноша? Я не припомню вас. Просветите, пожалуйста, кто ваши родители. — Падме Наберрие и Оби-Ван Кеноби, — ответил Баки с достоинством, внимательно наблюдая за реакцией. Они… нет, не знали, но подозревали или догадывались. Его изучали внимательно и въедливо. А он и не подозревал, что аристократов натаскивают на чтение по лицам так же качественно, как разведчиков и диверсантов. На Земле такого не было. Интересно. Впрочем, учитывая рассказы Оби-Вана и тот факт, что практически все дома с претензией на знатность увлекались селекцией, неудивительно. — Чем вы можете доказать этот факт? — наконец пришёл к какому-то выводу Руви. И прочитать его мысли Баки не мог: удивительно крепкие ментальные щиты. — Банальным генетическим анализом, — спокойно сообщил Баки. — Данные Оби-Вана Кеноби есть в розыскном листе. Исчерпывающие. Можно легко сравнить, ну а кровь вашей семьи… — он еле заметно улыбнулся. Вот тут их проняло: Руви застыл, Джобал с остальными украдкой переглянулись. И Баки абсолютно не врал. Любой тест на генетическое совпадение покажет, что и как. Баки сам проверил: да, с Кеноби совпадение есть. Конечно, было бы лучше, если б имелось свидетельство о браке, но вот тут начинались проблемы. И не потому, что оно отсутствовало, нет! Потому что оно было. Энакин Скайуокер и Падме Наберрие действительно заключили брак. На Набу. Их венчал священник, Максирон Аголерга, понтифик Братства Познания, по всем правилам, пусть в свидетельстве и были вроде бы вписаны псевдонимы: Вере и Сет. Эту информацию удалось выцарапать из памяти ЭрДва, которую никто и никогда не стирал. Баки её уничтожил, потому что дроид заснял свадьбу Энакина с Падме во всей красе. И как Энакин потом вбивал Силой в мозги понтифика запрет о распространении информации — тоже. О чём думала Падме, Баки даже представить себе не мог. Логически объяснить её действия было совершенно невозможно. Резоны Энакина Баки хоть как-то понимал: джедаям было запрещено вступать в брак. Монашеский орден как есть. — Проверим, — сказала Джобал, и слуга немедленно принёс небольшой приборчик. Здесь технологии продвинулись настолько, что провести тест можно было за пару минут. Пока брали каплю крови, пока прибор сравнивал, Баки продолжал размышлять на тему брачного свидетельства. Его предстояло найти и изъять. А ещё найти личные записи этого самого Аголерги: как просветил его голонет, члены Братства Познания в обязательном порядке вели личные дневники, фиксируя произведшие на них впечатление события, и то, что монах не мог говорить на эту тему, не отменяло того факта, что он мог её описать. Сила настойчиво намекала, что так оно и есть. Значит, придётся разобраться. Тем временем Руви дождался писка прибора и посмотрел результат. Лицо его дрогнуло. Потом прибор пискнул ещё раз, Руви вновь посмотрел — и от него просто хлынуло изумление, быстро, впрочем, подавленное. — Совпадение… есть, — откашлялся Руви, продолжая смотреть на экран прибора остановившимся взглядом. — Это в папу, — объяснил ему Баки, сообразив, что так поразило дедушку. Счётчик мидихлориан. — Папа у меня очень выдающийся. По Наберрие пошли шевеления и кивки: чтобы оставаться не в курсе деятельности Оби-Вана Кеноби, пусть и годы назад, надо быть гунганом. А гунганами Наберрие не были от слова совсем. Теперь оставалось ждать, что перевесит: польза от признания, страх или жадность. Баки рассчитывал на пользу: пусть Палпатин и был набуанцем, свою родину он, будучи императором, ни в кредит не ставил. Королевы, избираемые одна за другой, были чисто декоративными фигурами, а сам император называл их просто и ёмко: украшение Двора. От украшений не ждут мозгов или пользы. Они просто украшают. Да, Палпатин вроде и не гнобил Набу, но и никаких преференций от него планета не дождалась. И пренебрежения ему не простили, это Оби-Ван сообщил без тени сомнения. Баки способностям Кеноби добывать и обрабатывать информацию просто поражался. И хотел научиться так же. И Люка научить. Можно не любить политику, но уметь готовить политиков сильный пользователь Силы просто обязан. Иначе… Плохо будет. История джедаев тому доказательство. Палпатин сделал их как маленьких. Никакая Сила, опыт и знания джедаям не помогли. Потому что от бюрократии ничто не спасёт. Медленная варка лягушки: Ордену тысячу лет закручивали гайки, пока не задушили. — Добро пожаловать домой, внук, — сказала Джобал и раскрыла руки для объятий. Баки бережно обнял старую женщину, сканируя Силой эмоции окружающих. Они были разнообразны и занимательны. От Руви пахло меркантильностью: он высчитывал, что семье принесёт признание. От Джобал тянуло застарелым горем и надеждой. Сола металась между радостью и негодованием. Судя по всему, на покойную сестру, что та скрыла факт беременности от семьи. Даррен просто спокойно воспринял прибавление в семействе. Риу была озадачена. В целом, неплохой набор. Отторжения нет, скрытого желания продать имперцам родственника подороже тоже нет. Уже хорошо. — Что ж, — когда Баки закончил обнимать и пожимать руки, Руви вновь откашлялся, — теперь надо решить, как мы распорядимся этим знанием. Баки про себя отметил, что кормить его дорогие родственнички не собираются, так что он очень правильно пообедал перед визитом. Ладно. Если они не соображают, что сытый мужчина — более покладистый мужчина, это не его упущение. Он не маленький, потерпит. Но запомнит, это уж точно. И Баки, приятно улыбаясь и всем собой демонстрируя воспитание и манеры, сел в предложенное кресло, готовясь отстаивать свои интересы. Оби-Ван стоял за его спиной, положив руки на плечи и незримо поддерживая: Наберрие призрака не видели. От него тянуло потрясением и изумлением. Баки небрежно коснулся его руки, делая вид, что поправляет воротник, и приготовился торговаться.