Часть 1. Создание

      Седой сгорбленный старец спускался по ступеням. Белоснежная борода лежала на груди, голова бессильно покачивалась, трясущиеся руки судорожно хватали поручни. Когда-то эти руки держали в страхе всю страну, а теперь магии в них едва хватало, чтобы поддерживать жизнь. В одиночку старец бы не справился, но смешение сил всегда даёт отличный результат. Поэтому ещё будучи юным, он женился на могущественной магичке, и много веков они правили вместе, смешивая магию. Но даже для магов годы берут свое. И теперь смешанной магии хватало ненамного больше, чем на поддержание жизни в них обоих.       — Старая, поди сюда! — сухим как шелест бумаги голосом позвал он. После многих веков жизни, после нескольких столетий совместного угасания, имена стираются, уходят, как утекает сама жизнь сквозь дряхлеющие пальцы. У них были имена, когда-то, когда они еще были красивы и сильны, и имена жили под стать: длинные, витиеватые и мощно звучавшие. А теперь они были просто старец и старая.       — Да? — на его зов в коридор вышла старая. Осанка ее была прямой и гордой, седые волосы ниспадали на плечи. Но фигура уже была по-старушечьи сухая, и смотрела магичка на мир тусклым безжизненным взглядом.       — Дорогая, — ласково обратился к жене старец, — я думаю, нам пора приготовить ещё жизни.       — Но хватит ли у нас сил? — старая начала взволнованно заламывать пальцы.       — У нас нет выбора. Впитай силу земли и силу воздуха, возьми дух дома. Этого должно хватить.       — Старая кивнула, не смея перечить своему господину, и пошла исполнять его желание.       Она прикоснулась к земле, погладила траву и цветы, что-то бормоча с закрытыми глазами. Затем повернулась лицом к ветру, подняла руки и, продолжая бормотать, затрясла пальцами. Потом магичка вошла в дом, поклонилась на входе и огладила порог сморщенными ладонями, ласково нашептывая.       В конце концов, старая пошла в лабораторию, где уже ждал ее старец. Они взялись за обе руки и соединили свою магию, разделили свои силы и вместе стали сначала нашептывать, а потом все громче и громче напевать старинное заклинание сотворения жизни. Между ними сгустился воздух, заискрила энергия и начал медленно формироваться желтоватый комок материи. Когда он стал достаточно большим, чтобы его хватило на двоих, старец со старой завершили заклинание. Жизнь бережно опустили на хрустальный стол. Обессиленно опустились старые узловатые руки.       — Пойдем, дорогой, отдохнем, пока Жизнь успокоится и изыдет из нее Хаос, — и они, все так же держась за руки, тяжело дыша после заклинания, устало побрели в свою опочивальню. У них было время. Время перед тем, как они разделят между собой сформированную заклинанием жизнь, чтобы продлить собственные.