Часть 2

POV Драко Малфой Проклятие удалось снять за час, более того хозяин дома в оставшееся время относился ко мне как к гостю, а не пленнику, хотя предупредил, что на суде будет правдиво отвечать на вопросы. Еду готовил эльф-домовик Кикимер. А вот Гермиона Грейнджер вернулась в Хогвартс сразу. 31 мая Люциус был приговорён к казни путём поцелуя дементора, а 1 июня был казнён. Осознавать, что единственным свидетелем самого преступления * был Гарри Поттер, неприятно. Пятого июня состоялся суд надо мной. Формально, председательствующим был Кингсли Крепкоболт, но реально допрос проводил Гавейн Робапдс. Кэтти Белл требовала для меня пожизненного заключениения, а Рональд и Уильям Уизли, а также Розмерта десять лет. Удивило выступление Гарри Поттера. Он, естественно, правдиво перечислил мои преступления, но дал свидетелство и в мою пользу — события в поместье, когда я старался как можно дольше не опознать его, а также не сопротивлялся побегу. В конце своего рассказ выживший ровесник заявил, что не только не имеет никаких претеннзий за попытку круцио, но и считает, что не нужно наказание, связанное с лишением свободы, так как, скорее всего, повёл бы себя также в условиях выбора между жизнью родителей и директора. Неожиданно под конец слово взял Кингсли Крепкоболт: Во-первых, обращаясь к остальным судьям, я хочу, чтобы все задумались, как бы себя повели на месте подсудимого. Во-вторых, как вы знаете, после исчезновения тёмного лорда многим пожирателям смерти поверили на слово, что они были под империо, а на самом деле они оставались при своих убеждениях, и ни к чему хорошему это не привело, но сейчас Волдеморт, действительно, мёртв, что снимает риск, что история повторится, а, в-третьих, хочу показать, что подсудимый показал делами, что он отрёкся от своих убеждений поэтому вызываю в качестве свиделетеля Гермиону Грейнджер. — Что же произошло? — спросил Гавейн Робардс — После битвы 1–2 мая 1998 года я осталась жить в Хогвартсе и, в том числе, тренировала заклинания из учебной программв первых шести курсов. Спустя две недели я потеряла сознание при попытке применить акцио, но подумала, что организм просто не успел восстановиться после нескольких месяцев, когда защитные заклинания, мешающие обнаружить меня и моих друзей, колдовала на ночь, в основном, я. Но спустя неделю ситуация повторилась. Помфри понять, в чём дело не могла. Я очнулась после помощи приглашённого целителя из Мвнго, но он сказал, что вылечить меня не может, так как тут фамильное проклятие. Естественно, я подумала на Беллатриссу Лестрейндж, которая пытала меня в поместья, в очередной раз сойдя с ума от вида меча Годрика Гриффиндора. Эльф-домовик Кикимер, владельцем которого является Гарри Поттер, подтвердил предположение и рекомендовал просить помощи у Цисси или Драко. В этих условиях я и Гарри Поттер отправились к врио министра. Вместе мы попросили узника о помощи, тот согласился. Если это не доказательство смены убеждений, что тогда нужно? — Предатели! — крикнул Рональд Уизли, не сдержав эмоций — Я вынужден записать данные слова в протокол — произнёс секретарь заседания Перси Уизли Суд, естественно, единогласно счёл доказанными все преступления, хотя и отказался считать Уильяма Уизли их жертвой (так как Фенрир Сивый отправился в Хогвартс без моей просьбы). Голосов против лишения свободы было ровно минимально необходимое 26, голосовавшие предпоследним Гавейн Робардс и последним Кингсли Крепкоболт были против лишения свободы. Компенсанция в пользу пострадавших составила 80 тысяч галлеонов, их них 40 000 напрямую в пользу Кэтти Белл, ещё 40 000 будет распределять фонд помощи пострадавшим, так как степень их страданий будет определяться отдельно и без моего участия. —  Я бы понял, если бы вы просили бы помощи у Нарциссы, но у этого змеёныша, притворяющегося белым и пушистым хорьком! — Ты разве не понимаешь, что она, скорее всего бы, попросила бы свободу для своего сына? Вопрос был риторическим. — произнесла всезнайка Вскоре высказался и Гарри Поттер: Ты сам тоже предатель, так как бежал от меня и Гермионы под действием медальона. Ты нам больше не друг! Пришлось ждать, когда уйдут все Уизли, включая секретаря. Вскоре остались только я, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. — Предлагаю вам обоим посетить поместье, так как обязан вам свободой.