Часть 1

Постель вся — в крови. Бинты, одежда и даже пол, всюду, куда падал взгляд, Камехиме замечала алые сгустки. Неправда, что у морского народа синяя кровь. Она такая же, как и у людей, и как и люди они могут болеть, страдать и умирать. Конечно, убить их не так просто, но у некоторых к этому особый талант. Рюо умирал у неё на руках. Он был, сказать откровенно, невероятно шумным, агрессивным и воинственным. Он пришёл в её дом войной, требуя подчиниться новому королю семи морей. Она знала, что предыдущие шесть уже пали и её собственное поражение были лишь вопросом времени. Но тогда ещё принцесса Камехиме поступила мудрее. Она вышла к нему, надменно стоявшему у ворот, и сказала: ты будешь моим мужем. Ведь Камехиме всегда хотела чуточку больше, чем остальные морские коньки. Простой принц её не устраивал, а вот храбрый и упрямый дракон — вполне. Будем честны, он ей понравился с первого взгляда, пусть тогда он и стоял на трупах её подданных, а вода вокруг кипела и обжигала. Глаза его сверкали и смотрели на Камехиме так, словно Рюо, без пары минут владыка, уже считал её своей собственностью. В чём-то он был прав. Ошибся лишь в деталях. С тех пор утекло много воды, менялись течения, раскалывались рифы; в морском царстве наступил мир не в последнюю очередь потому, что её боевой супруг оказался педантом и любителем свести счёты не только в бою, но и на бумаге. Камехиме делала вид, будто не интересуется экономикой, но тихонько подглядывала в отчёты, составленные мужем. Он был до неприличия хорош, пускай и грубоват, когда дело касалось «дурацких женских штучек». Камехиме шила ему накидки и халаты, а он рвал их в бесконечных сражениях. Это не страшно и не обидно, ей хватало пары минут, чтобы порадоваться тому, как прекрасно выглядел Рюо в сделанном её руками наряде. А вот кровь ему совсем не шла. Проклятый лис прокатился по их царству чумой и мором. Он убил намного больше, чем когда-то Рюо, и оставил после себя такой густой кровавый шлейф, что акулы ещё неделю кружили поблизости, подстерегая неосторожных слуг. Камехиме сидела у кровати мужа и меняла повязки. Лекарь сказал — нужно время, чтобы он поправился. Но вырванный глаз никак и ничем не восстановишь, а кровил именно он, словно через пустую глазницу вытекали невыплаканные слёзы Камехиме. Она не проронила ни слезинки, чтобы Рюо, изредка приходивший в сознание, не волновался ещё и о ней. Сколько раз просила она не рисковать, не поддаваться на глупые провокации? Лис был силён, не сильнее её Рюо, но всё же сумел одолеть его и унизить. Целебный драконий глаз… Хах. Камехиме сжала пальцы и острые когти вспороли кожу на ладонях. Встреть она сейчас того лиса, то этими руками вырвала бы ему оба глаза. Тот, кто посмел тронуть её мужа, заслуживает смерти. Но это потом, потом — главное чтобы Рюо поправился. Он чудовищно слаб и бледен, даже волосы будто выцвели, а здоровый глаз то слезился, то отекал. Камехиме осторожно обняла Рюо и резко выдохнула. — Эй, — раздалось сбоку хриплое, — неужели меня уже оплакивают? — Ну что вы, господин мой, — выдавила улыбку Камехиме и на мгновение прижалась к ладони Рюо, которую тот с трудом поднял, чтобы коснуться её волос. — Я всего лишь в бешенстве, что вам оставили этот шрам. И множество других. Смею надеяться, что впредь такого не повторится? Рюо побледнел ещё больше, начал оправдываться и лепетать, будто малёк, застуканный за игрой среди актиний. Камехиме была страшна в гневе и пользовалась этим без стеснения — в конце концов, каков муж, такова и жена. — Обещаю, что больше так не подставлюсь, — неохотно буркнул Рюо и растерянно коснулся опять влажной повязки. Камехиме смягчилась и убрала его руку, чтобы сменить бинты. Рана её не страшила. — Теперь ты меня, наверное?.. — Глупости, — она легонько потянула его за ушной плавник. — Сидите ровно. Я сошью для вас повязку. Будете краше прежнего. На губах Рюо расцвела слабая улыбка. Он покачнулся будто бы от бессилия и ткнулся лбом в плечо Камехиме, доверчиво открывая беззащитную шею. С глазом или без, Камехиме обожала своего короля.