Часть 1

На улице тишина, даже слишком тихо, только пожелтевшая трава нарушает этот покой и тёмные силуэты мелких тварей, расплодившихся в этих краях. Здания предприятия теперь заросли вековым мхом и лишайником, а ведь когда-то в этих местах бурлила жизнь, но всё в миг остановилось и теперь бетонные гробы стоят без дела и понемногу умирают, уступая своё место новому хозяину — Природе: через 20-30 лет от монструозных поделок человека не останется и следа, природа, некогда правившая всем, снова займёт это место и будет править вновь. Но пока это не настало и нужно думать о настоящем. В одном из таких зданий находился бар, сталкеры между собой называли его «100 Рентген», неизвестно кто и когда придумал это название, но это не так важно. В одной из тускло освещённой комнате за одним столом уселась целая группа из шести одиночек, брошенных на произвол судьбы. Золотое Сечение - лидер этого небольшого отряда. Родился в Припяти ещё до аварии, говорят, он лично видел взрыв атомной станции, но это не точно. Но не суть важно, после аварии его эвакуировали из города, когда ему было около семи лет. Его мать умерла от лучевой болезни, а отец был ликвидатором последствий взрыва, так что вскоре он тоже погиб. Через время, он вернулся на свою родину, чтобы разузнать тайну второго взрыва, образовавший зону отчуждения. Основной его зацепкой во всей этой чертовщине был Исполнитель Желаний, добраться до него стало главной задачей. Ради этой цели собрал под своё крыло людей, которые сейчас сидят с ним за столом. Имел хорошую репутацию: честного, справедливого и дружелюбного сталкера. Отлично владел огнестрельным оружием, знал зону вдоль и поперек; имел превосходные лидерские качества. Немец - старый знакомый Золотого Сечения, родом из Германии, поэтому плохо знал русский язык. В Зону прибыл, чтобы заработать денег, работая на наёмников. Отличный боец, но слишком гордый и самоуверенный, из-за этого он брал такие заказы, которые сам бы Стрелок побоялся брать. Но удача, рано или поздно, отворачивается от человека, а на замену ей приходит чёрная полоса: когда Немец взял очередное задание, его самое главное оружие — самоуверенность сыграла с ним плохую шутку: весь его отряд вырезали «Греховцы», а он, израненный, сумел избежать смерть и в этом ему помог сталкер Сечение. Немец пообещал, что когда-нибудь отплатить за тот случай, ради чего, собственно, он здесь. Эвил - молодой бандит и искатель приключений на свою жо... Голову. До прибытия в зону был экстремалом-мотоциклистом. Неизвестно, что заставило его отправиться в ЧЗО, может быть по глупости пошёл, а может у него были на то причины. С лидером он познакомился случайно: прогуливаясь по свалке, Золотое Сечение заметил бегущего бандита, которого преследует отряд таких же, как и он, бандитов. Вскоре Сечение из бинокля увидел этого беглеца, укрывшегося за домом, он отстреливал своих братков, cделал это достаточно быстро, несмотря на то, что он обычная шестёрка, видимо, за время проведённое в Зоне, он виртуозно овладел своим оружием. Закончив перестрелку, бандит заметил Сечение, который пытался подойти к нему незаметно. Они резко направили стволы оружия друг на друга, но, неожиданно для всех, земля начала содрогаться, как будто четыре всадника апокалипсиса захотели устроить Рагнарёк, но это оказался выброс. Наши дуэлянты сразу потеряли интерес к друг другу и сломя голову начали искать себе убежище. Бандит убежал в подземное помещение одного из дома. Сечение оглянулся и испугался: в округе не было ни одного укрытия, кроме этого дома. Он начал уговаривать бандита, чтобы тот проявил солидарность и впустил в убежище от выброса. Тот сначала не запускал его, но он пожалел сталкера и разрешил ему переждать выброс. Сначала оба сидели в разных углах комнаты, но через время, они успокоились и разговорились. Сечение узнал причину той погони: Эвил отличался особой циничностью и вечно язвил, даже своим товарищам. Он и его братва уже собирались занимать место для гоп-стопа, но поведение Эвила вывело из себя его товарищей, да так, что они просто решили убить его и забрать хабар, но он оказался на шаг впереди и смог выйти из этой ситуации. В том же подвале Сечение рассказал Эвилу, что ему бы не помешал такой соратник в ходке к ЧАЭС, а на его минусы, в виде язвительности и циничности, он закрыл глаза. Руфус - двухметровый амбал из долга, ну, когда-то он был в группировке, а сейчас ходит одиночкой. Дело в том, что он выбесил начальство долга, тем, что постоянно жрал во время поста, во время ходок и даже во время построения. Так мало того, что ел, еще и выпивал! В Зону попал от того, что ничего не умел, кроме как стрелять и есть, а тут это вполне ценный навык, и это не про еду. Раньше Руфус служил по контракту, но был выгнан по понятным причинам. Найдя свое место среди долговцев, Руфус снова наступил на те же грабли, что и в армии, его ненормальная тяга к еде и выпивке не могла остаться незамеченной. Ночью на блокпосте он, в пьяном состоянии, отошел отлить, но ушёл слишком далеко и упал в канаву. Из-за темноты никто не заметил потери товарища. Так бы Руфуса и сожрали собаки, если бы его не приметил неравнодушный сталкер. Угадайте как его зовут? Всё верно, это был наш старый знакомый — Сечение, идущий на базу с трудной ночной вылазки. Так за долговцем и появился должок, который он до сих пор отплачивает. Брин - тощий свободовец, а точнее бывший свободовец. Вор, плут и алчный лгун. На большей земле был талантливым аферистом в различных сферах, чем и нажил себе немало врагов, от которых смог скрыться только в Зоне Отчуждения. Из рядов свободы ушел сам из-за своей тяги к воровству, но уходом из клана дело не закончилось и он, предварительно подставив левого сталкера, забрал его хабар и ушёл. Этому невезунчику, которого обманул этот прихвостень, пришлось худо, на него повесили всех собак и стали обвинять во всех бедах. Он просил помощи и пытался доказать товарищам, что он не виноват. Никто не поверил ему, кроме Золотого Сечения, и в итоге Брин был раскрыт. Мерзавец умолял Сечение о пощаде, но чтобы искупить все грехи, Сечение попросил Брина об одной услуге — провести его отряд до атомной станции. Брин, как ни странно, был одним из самых лучших проводников зоны: мог провести куда угодно по своим тайным тропкам, которые знал только он. Вергас — старый, в прямом смысле, сталкер. В Зону пошёл будучи уже на пенсии. Является одним из важнейших членов группы. Он превосходный охотник на мутантов, врач и техник. Еще с детства у этого человека была ненормальная тяга к изучению всего нового. Всю молодость он посвятил биологии, анатомии, технике и даже философии. Был доктором наук в разных сферах. На старости лет, отправился в Зону для изучения местной фауны и прочих необъяснимых явлений. В отличии от остальных членов группы, встреча Егеря с Сечением была непримечательная. После долгой ходки Золотому Сечению срочно понадобился лекарь: кабан протаранил его ногу своим бивнем, удивительно, что он вообще ходить после этого мог. Ему посоветовали обратиться к Вергасу. Слово за слово и Сечение рассказал о своих планах по ходке до ЧАЭС. Верг решил, что там он сможет разузнать много нового и захотел присоединиться к группе Золотого Сечения. Сталкер не был против. После краткой истории всех членов группы, наконец, можно перейти к разговору за столом: Сечение: — Наконец мне удалось собрать вас всех! Надеюсь вы морально и физически подготовились. Брин, ты уже подготовил карты? Брин: — А-а-а... Да... *достает карту с пометками из кармана* отправимся ночью через рыжий лес, тама сделаем привал в землянке неподалёку от моста, потом… М-м-м… Пойдём в Лиманск, а затем... Руфус (перебивает): — Ночью, да ещё и в рыжий лес? *Проглатывает кусок курицы* Ты спятил что-ли? Мы же тогда пойдём на верную смерть! Эвил (мысли): — Такой здоровенный баклан, а ноет как баба, ха. Сечение: — Руфус, ты недооцениваешь сидящих рядом с тобой людей, тем более у нас есть отличный охотник - Вергас. Эвил (выкрикивает и поворачивает голову с руками к Вергасу): — Этот шоле… Ха-ха… Хрыч старый... Да шо он может со своими культяпками!? *Старик, сидящий на старом и потёртом кресле медленно открывает глаза, скрещивает руки и говорит спокойным тоном: — Сынок, тебя не учили вежливо обращаться со старшими или тебя этому научить? Сечение: — Так, заткнулись все, а не то хуже будет! *Все резко замолчали и слушают лидера* — Успокоились? Ну и хорошо, сейчас Брин всё разъяснит для вас. Я же прав, Брин? Брин: — Пожалуй. Сейчас объясню всё: Мы идем ночью, потому что если пойти днем, то мы встретим нежелательных сталкеров артхантеров или не дай Бог банду головорезов, а они могут всё усложнить! В такой ходке недопустимо, чтобы о нашем пути и направлении знал кто-то "левый", это может нехорошо обернуться. В землянке переждем ночь и по мосту дойдем до Лиманска, там в одной из квартир дома обсудим дальнейший план. Вергас: — А теперь обоснуй: как мы пойдём через Лиманск, когда доберёмся до туда? Сечение: — Верг, не волнуйся, Брин знает свое дело, а сейчас идите готовьтесь к вылазке… Нам предстоит долгая дорога… Спустя пару часов. Сталкеры собрались у костра на улице и начали дожидаться ночи. … Эвил: — Ну и мы тогда с братками окружили двух чертей из чистонебовцев, хотели уже шкурку с них снимать, но к ним бригада на помощь пришла… Половину братков повалили, еле жопу с Саркосом унесли *Харкнул на землю*, пришли на базу грязные как чуханы. Немец: — Как говорить мой покойный дедушка: «Es ist besser, schmutzig, aber lebendig zu sein, als tot, aber sauber» Эвил: — И шо эт значит, Фриц? Я ж на вашем языке не шпрэхаю. Немец: — Лучше быть грязным, но живым, чем мёртвым, но чистым. Эвил: — Да твой дед наверное… Как это… Философом был, во как! Он и нашим советским бойцам во время войны такое говорил перед расстрелом, да? Немец: — Нэ надо так про моего Großvater, он на запад фронте был. Эвил: — А разницы много? Он всё равно против наших воевал. Сечение: — Не начинайте тут! Не хватало нам тут прошлое вспоминать, нам ещё с настоящим нужно разобраться… Кстати, а где Вергас, кто-нибудь его видел? Руфус: — Старик сказал, шо он отойдёт куда-то, говорит, что подумать ему надо. *Откусывает кусок жареного мяса и запивает водой из фляжки* Пока наши герои сидят у костра и дожидаются ночи, Вергас забрался на своё «Отмеченное» место на крыше, уселся на заранее подготовленный стул и смотрел на закат. — Не к добру всё это, ой не к добру, как бы не остаться там, в этой АЭС, надеюсь всё обойдётся и мы благополучно вернёмся обратно. Позади Вергаса раздался скрежет металла и чьё-то тяжёлое дыхание. — Фух… Долбанная лестница, не привык я к таким забегам… Ладно, дед, мне сказали тебя найти и сообщить, что мы скоро двинем, понимаешь? Вергас всё также сидел, не обращая внимания на сталкера, но через пару мгновений, он, закурив трубку, спросил у него: — С кем имею честь говорить? — Эм… Чё? — *Вздох* С кем я говорю? — Брин. — А, Брин, тот самый, который подставил одного парнишку? — Ой, слушай, дед, не начинай это, мне и так проблем хватает. — Ладно, не буду тебя мучать ожиданием, пошли уже. Сталкер медленно встаёт из-за стула, потягивает ногу, чтобы разомнуть её, ложит трубку в барсетку на бедре, последний раз смотрим на вечерний закат, поворачивается в Брину и идёт к нему. Брин: — Идём. Пока Брин и Верг шли к костру, остальные обсуждали дальнейшие действия. … Эвил (обращается к Руфусу): — Эй, верзила, коленки не трясутся? Ночью то ссыкотно будет, Ха-ха! Руфус (схватил Эвила за горло): — Что ты там сказал?! Сечение: — Угомонились, сейчас же! Немец и Сечение быстро вскакивают и начинают разнимать Руфуса с Эвилом. — Эвил, schwachkopf, не зли Руфус, а то du wirst schlimmer sein. Эвил: — Ладно, эм-м… Руфус успокойся, я ж просто прикалываюсь. Руфус: — *Злобный оскал* Ещё раз — и в глаз! Когда все утихомирились, Брин с Вергасом вернулись и теперь все были в сборе. Обсудив последние детали плана, они одели своё снаряжение и вышли с базы. Сечение (охране Долга): — Нас ждёт долгая дорога, не поминайте лихом. Спустя несколько часов. Рыжий лес, легендарный Рыжий лес, многие об этом месте говорят, говорят всякое: некоторые придумывают байки о Клондайке артефактов, а другие болтают, что там обитают причудливые твари, порождённые Зоной, но те кто об этом говорят, в большинстве своём, даже на шаг не приблизились к лесу. На самом деле всё по другому: Ночью это место превращается в местечковый «Сказочный лес». Когда ты ходишь по такому месту, тебя пронизывают необычные чувства: страх, но на равне с этим и необъяснимое чувство загадочности, ты не понимаешь, что происходит вокруг и что может произойти через минуту. По началу ничего необычного не происходит: идёшь по сухой траве, вокруг деревья, словно проржавевшие, стоят и развеваются в такт ветра, твой путь освещает яркая, как луч фонаря, луна, но стоит прислушаться и приглядеться, как замечаешь что-то необычное: вокруг ни души, даже воронов нету и это начинает пугать: ведь неизвестно, что таиться в тех кустах или за деревом, возможно смерть тебя поджидает за углом… Но, к счастью, нашим путешественникам повезло и они были слишком спокойны для такого места… Эвил: — Фраера, а на кой чёрт вам эта ЧАЭС сдалась? У Сечена есть цель, а вы зачем попёрлись, жить надоело? Я лично по фанатикам пострелять давно хотел, да в заварушке поучаствовать… Масштабной! На вопрос Эвила ответил только Руфус: — Ну как зачем? Исполнитель желаний! Доберусь туда и загадаю себе побольше бухла, жратвы и домик, где-нибудь подальше от Зоны. — Какой такой Исполнитель? Эт те не рыбка золотая, словишь её, а она тебя за собой утащит. Брин закатил глаза, а Вергас глубоко вздохнул. Руфус: — Не твое дело! Пока бандит и долговец спорили, группа и не заметила как дошла до обозначенного укрытия. Брин (освещает тусклым фонариком помещение полугнилой землянки, внутри которой был стол со стоящей на нем потухшей лампой): — Вот мы и пришли! Сечение: — *зажег лампу* Надеюсь ты ручаешься за то, что об этом места никто не знает? — Ты во мне сомневаешься что-ли? — Вообще-то да. — Да не волнуйся ты, всё хорошо, никто, кроме нас, не знает об этом месте… Но кого-то всё равно нужно послать на стрёму, а то мутанты, как Чёрный сталкер, могут зайти водички попросить. — Ну вот ты и останешься, на пару с Вергасом. — Издеваешься что-ли? Я ж вас сюда провёл за просто так, а вы меня заставляете на стрёму вставать. — Ну молодец, это же твоё «Тайное» место, вот и охраняй его. Брин (мысли): — Хмм, если подумать, то это даже хорошо, никто не будет отвлекать от более важных дел. — Эхх, ладно, так уж и быть, постою одну ночку. Спустя минут тридцать, все улеглись спать, только Брин с Вергасом не спали: сторожили, но Брину приходилось охранять одному, потому что Верг тоже уснул, но это было ему на руку. Оглядевшись по сторонам, он достал из кармана свой КПК. Переписка: * — Мы на месте, вы будете завтра у моста как и договаривались? — Да, все пройдет как по маслу, от них ни следа не останется. — А что если вы меня вместе с ними грохнете? — Мы люди чести, так что не беспокойся, а если ты переживаешь на счёт того, что мы не заметим тебя, то придумай себе знак отличия. — Ладно… Узнаете меня по красному шарфу. * Брин (мысли): — Наконец-то тебе нашлась расправа, Сечение! Я помню, что произошло тогда, хоть ты меня не убил, но ты слишком важный свидетель. Немного посторожив, он начал будить Вергаса, чтобы тот заменил — Эй, дед! Твоя смена пришла! — А? Аа... Да... сейчас. Утро 06:00 Первым проснулся Золотое Сечение. (мысли): — Все спят... Пойду проверю этих. Лидер выходит из землянки и видит такую картину: рядом с землянкой на земле сладким сном спит Брин, а неподалеку стоит Вергас, который перебирает что-то в руках, внимательно приглядевшись, Сечение увидел, что тот держит в руках щупальца кровососов, а рядом с ним лежат три этих тварюги. Сечение (бубнит под нос): — Что? *Встряхивает голову* Неужели галюны начались? Сталкер подбегает к Вергасу и спрашивает: — Какого тут происходит?! — Да ничего особенного, просто заметил их во время службы, да и решил успокоить их, чтобы не повадно было ночью ходить. — Ух, ну ты и мастер, увалил этих тварей одной левой. — Зона — хороший учитель… — Нда… А чё ты теребишь в руках? — Щупальца одного из этих *Указывает пальцем на труп*, странная штука, обычно они не такие красные, как этот, сталкеры говорят, что ярко-красные щупальца — это не к добру. — Хм… Надеюсь брешут… А что этот *Оборачивается к Брину* дрыхнет тут? — Я не стал его будить, пусть поспит перед походом. — Ну смотри сам, хозяин — барин. М-м… я пожалуй пойду разбужу всех остальных, скоро отправимся. Через полчаса группа подготовилась и стояла у входа в землянку. Сечение: — Так, все сборе, сейчас мы отправимся в Лиманск, если мы успешно пройдём это место, то до ЧАЭС как рукой подать. Брин, рассказывай. — Так-так, * смотрит на карту* отсюда минут двадцать ходьбы до моста в город. Пройдём мост и-и-и… Потом через тоннель и там зайдём в одно место… Схрон мой, в квартире находится. Руфус: — А что мы потом делать будем? — Это вы узнаете, когда доберёмся до схрона. Руфус (мысли): — Почему он не хочет рассказать сейчас? Вскоре отряд добрался до моста, который ведёт в город. Все члены отряда, кроме Брина, держали свои пушки на готове, а в то же время, Брин быстро достал из своего рюкзака красный шарф, непонятно зачем он взял его с собой, одел его и стал всматриваться в противоположный берег реки. Дойдя до моста, они заняли укрытие и стали чего-то ждать. Сечение: — Ну и кто пойдёт первым, а? Немец: — Давай я, а то вдруг засада будет. — Ладно, Немец, иди, мы тебя прикроем. *Кричит* Все поняли? Прикрываем его, пока он не перейдёт мост, а потом мы по одному пойдём. Все: — Ладно. Брин (мысли) : Хах, немчуга первым решил копыта отбросить? Наш храбрый Фриц потихоньку стал переходить мост, половина пути уже пройдено, но выстрелов так и не раздалось. (мысли): — Неужели наемники кинули меня? Это не может быть, надо немного подождать. Немец (обращается к кому-то): — Hey, liebe freunde, wurde ihnen nicht beigebracht, die Ältesten zu begrüßen? Эвил: — Что этот придурок задумал? Кому он говорит-то? Сечение: — Тихо ты… М-м-м… Что-то неладное происходит *Взвёл автомат и через прицел стал осматривать местность вокруг Немца* Вдруг откуда-то вышли два наемника, Немец показал им что-то, кажется это был пропуск или что-то вроде того. Сечение: — Что за чертовщина? Откуда они взялись, минуту назад их не было. Эвил: (шёпотом) — Слушай, вертухай, может просто грохнем этих чертей, да и свалим уже отсюда? — Да подожди ты, нужно разобраться, что происходит. — Was machst du hier? Hinterhalt auf jemanden inszeniert? Heh, und hier bin ich Stalker, die in Limansk ordnen. Один из наемников: — Ähm ... ja, ja Эвил (шёпотом): — Шо он балакает? Кто-нить знает ихний язык? Руфус: — Я знаю. Эвил: — Ты серьёзно знаешь? — Да… Я ж не только жру и пью. Фриц говорит о какой-то засаде и о нас, типо по заказу в Лиманск ведёт. Сечение: — Вот что получается, ну ладно. — Das ist gut, alles gut! Он поворачивается к отряду и зовёт их. Все выходят из укрытия и идут к мосту, не опуская оружия. — Ну что, kameraden, идём отсюда? Сечение: — Ну пошли. Отряд медленно отходит от моста, иногда оборачиваясь, чтобы проверить наёмников, которые стоят в недоумении. Через пять минут, они уже были в тоннеле и шли в сторону Лиманска. Брин (мысли): — Ну и что это за хрень была? Такого исхода я даже не мог представить. Бред. Нужно выкручиваться и наверно вести их до ЧАЭС. Эвил: — Эй, тощий, ну и куда нам ласты двигать? — Просто идите за мной! И если еще раз обратишься ко мне с таким тоном... То я тебя… Сечение (мысли): — Подумать только, и этот человек умолял меня о пощаде... Может зря я взял его с собой. С этого момента началось многочасовое блуждание по тихим улочкам и дворам Лиманска, никто из группы не говорил ни слова, всех завораживала красота города. Дома хоть и выглядели ветхо, но смотрелись на фоне других строений — прилично. Дворики заросли травой и кустами, но сквозь это всё можно разглядеть детскую площадку: ржавую горку, деревянный домик, какие-то лазелки для детей. Возле площадки находилась доска объявлений, на которой висели советские лозунги, газеты, с еле различимым текстом, плакаты юных пионеров и расписание автобусов. Лиманск выглядит живым, даже в это время. Можно себе представить как жил этот город до всего этого дерьма: Обычный летний день, на улице резвятся дети, а на скамейках сидят бабушки, которые вечно что-нибудь обсуждают. В домах кипит жизнь: На кухне мать готовит завтрак, а её муж сидит в комнате, которая так и сверкает от «Советской» эстетики: ковёр на стене, диван с накидкой, кресло, обшитое дермантином, или как это сейчас называют «Экокожа», огромная секция, которая занимает полкомнаты, и в которой лежит хрустальный сервант, столик, на котором стоит старенький телевизор «Рубин», над дверью висят часы, а стены украшают картины: «Утро в сосновом лесу», «Охотники на привале», можно долго всё это описывать, но это пережиток прошлого, так что нужно думать о настоящем, да и есть дела поважнее, например: наши путешественники. Отряд шёл по тихим улицам, хотя на самом деле эти места были не такими уж и пустыми, здесь могли встретиться отряды Монолитов и Наёмников, но Брин знал этот город как свои пять пальцев, так что он обходил их. Уже начиналась ночь, а они всё ходили и ходили. Руфус: — Ну когда уже мы дойдем до твоей «квартиры»? — Немного осталось, не сбивай с мыслей. Я Внезапно диалог прервался ревом химеры, который раздался из-за угла дома, по всей видимости она шла сюда. Брин: — Ч-что?! Здесь же никогда не было химер! Что за херня?! Сталкеры моментально отреагировали и приготовились стрелять. Вергас: — Так, не волнуйтесь... Я с этим разберусь. Охотник стал медленно подходить к химере, создалось ощущение, что они оба не боялись друг друга. Эвил: — Мать его!? Что за день то такой? То наёмные, то эта тварь. Сечение: — Не мешай. Группа стояла в оцепенении, пока Вергас вплотную подходил к химере, достал из кармана что-то красное... Это было... щупальце того кровососа с Леса. Химера взяла их с руки Верга и начала медленно уходить, пропала так же неожиданно, как и появилась. Сечение: - Ментальная связь или как это называется? Руфус: — Такой же вопрос... Вергас: — Да вроде того, ещё в детстве мог стаю бродячих собак успокоить, но это не имеет сейчас значения, главное, что химера ушла. Когда группа пришла в себя, они пошли дальше. Спустя пятнадцать минут Брин: — Ну вот мы и прибыли. Он стал подниматься по старой обшарпанной лестнице на третий этаж. Когда отряд поднимался, Золотое Сечение почувствовал в этом месте что-то близкое, родное. Брин открыл дверь одной из квартир и стал рассказывать о ней. — Вон там припасы: медикаменты, патроны, еда и даже немного выпивки. В другой комнате стопка матрасов, на нас должно хватить. Руфус: О-о-о, выпивка? А ну ка... Верзила достал из ящика с едой пузырь «Столичной» и уже собрался её открывать, как вдруг Сечение вырвал у него бутыль из рук. — Мне бойцы нужны, а не алкаши в ходке. Никакого бухла до конца операции. Со стороны эта сцена смотрелась очень смешно: Сечение был среднего роста, а он отчитывал двухметрового бугая за этот поступок. Эвил: — Э, а чё это у тебя там? Гитара семиструнная? — Да... Какие-то сталкеры сюда её притащили, сказали, что нашли её. Вот и лежит с тех пор. — А ну ка отойди, Хм-м… Неплохая гитарка, был у меня один кореш-гитарист, Отлично брынчал на ней, душой компании был, у него почти такая же гитара была. Только сперли у него ее прямо на армейских складах! Играл, пошёл отлить, пришёл, а её уже стырили. Ну вот кому надо было красть гитару в Зоне? Брин: — Бывают и такие люди... В это время Вергас и Руфус развели небольшой костер из того, что было. Брин: — Аккуратней тут, а то спалите мою хату! Руфус: — Ну не сидеть ж в темноте и в холоде *Откусывает кусок колбасы*. Сечение: — Я кстати тоже неплохо играю на гитаре, дай-ка сюда. Все затихли и сели поближе к костру, Сечение начал играть. "Палящее солнце, сквозь аномалию Греет душу, холодную старую Жребий брошен, Ты будешь жить. А ночью бродят мутанты и грешники Забытые богом зоны приспешники И жизнь твоя, меченый Там с горем гнить Сталкееер нащупал фонарик на скомканной карте Маркееер, оставлен свободой, оставленный долгом Сталкееер дойдёт до заветного камня желаний Маркееер, нащупал фонарик на карте сознаний Свобода понятие лишь относимое Свобода в изгнании, свобода фальшивая Свободные головы. Да под прицел Черкнула линия болтом в аномалию Представив пред взором ее очертание И только лишь чудом остался ты цел Сталкееер нащупал фонарик на скомканной карте Маркееер, оставлен свободой, оставленный долгом Сталкееер дойдёт до заветного камня желаний Маркееер, нащупал фонарик на карте сознаний Сталкееер нащупал фонарик на скомканной карте Маркееер, оставлен свободой, оставленный долгом Сталкееер дойдёт до заветного камня желаний" Эвил: — Ну ты выдал, фраер, могешь! Вергас: — Душевно. И да, мы все уже устали и пора бы на боковую, только кто в этот раз останется на «дежурстве»? Золотое Сечение: — Я останусь, а то бесполезным себя чувствую. После того как вся группа легла спать на какие-то матрасы, Сечение присел на свой койку около входа в квартиру и погрузился в свои мысли. — Зачем мне сдалась эта ЧАЭС? Тайна детства? Загадочный исполнитель желаний? Если он там есть, то что я бы загадал?? Не могу представить. А что ведет туда этих людей? Не думаю, что простое любопытство или чувство долга этим управляет. К чему приведет нас эта тяга к исполнению своих сокровенных желаний, являются ли эти желания действительно тем, что нам необходимо… Золотое Сечение так и провел всю ночь в раздумиях. Наступило утро. Первым проснулся Немец. — Guten Morgen, мой друг! Сечение: — Ага... Привет. — О, кто-то слишком много на себя взять *смех*, выглядишь как граф Дракула! Отсутствие сна действительно сильно повлияло на него, тот в свою очередь, этого сперва даже не заметил. — Многое беру... кто бы говорил. Вслед за Немцем проснулись и остальные члены отряда. Руфус: — Ну что, проводничок, расскажешь нам теперь уже о нашем дальнейшем пути? — Вот и расскажу! *достал карту*, в быстром темпе мы двинем на РЛС, там может оказаться много кровососов, но думаю это не проблема, основываясь на том, что я видел вчера с химерой. Эвил: — Слышь, а мы там кукухой не поедем? Брин: — Так тебе нечего там плавить. Впервые Эвил не подколол кого-нибудь, а его самого, от этого он впал в ярость и схватил Брина за горло, но массивные руки Руфуса оттолкнули их обоих в разные стороны. Руфус: — Ну а после РЛС? *Повернулся к Брину* — Дойдем до станции Янов, основательно подготовимся там и рывком через Припять доберемся до ЧАЭС. Сечение: — Вполне рациональное решение, но действительно, что будем делать с ПСИ-излучением? — Ну если вы не додумались изначально взять несколько штук блокады с собой в ходку, то в ящике с припасами предостаточно их лежит. После этих слов, Немец быстро встал и подошёл к коробке и взял несколько таблеток, потом стал читать описание. — О-о-о, «Made in Germany». наша медицина лучшая в мире! Пополнив запас еды и медикаментов, группа потихоньку покинула квартиру. На своем пути отряд увидел статую Ленина. Руфус зачем-то пару раз стрельнул в статую. Немец: — Ты что делаешь, Hör auf damit! — А чего это тебя волнует, хочу — стреляю. — Ты создаешь лишний шум, и-ди-от! — Да ладно тебе... Через час, группа была уже на выходе из Лиманска. Брин повел всех тайными тропами от РЛС до станции Янов. РЛС — это монструозное построение возвышается над лесом,в как вентиляционная труба над атомным реактором. Но в нынешнее время оно выглядит как обглоданный скелет Адама, которого заковали в Аду. А ведь это и есть настоящий Ад: смертельное ПСИ-излучение, которое включили Монолитовцы, испепеляет всё живое, выжигает мозги и существо, случайно попавшее под радиус действия РЛС, превращается в бездумный мешок кожи с костями. Даже после отключения выжигателя мозгов, излучение никуда не делось, оно накопилось там за долгие месяцы и не собирается оттуда уходить. Некоторые посчитали, что если отключили выжигатель, то можно не беспокоиться за излучение, но они были неправы… К сожалению, слишком поздно, сейчас они искупляют свои ошибки: либо бездумно шатаются у антенн или убивают неверных в рядах Монолита. Но мне кажется, что это не самая худшая участь для сталкера, хуже, если ты выживешь после сильного облучения, ведь ты будешь в сознании и сможешь почувствовать на себе все «прелести» излучение: начиная от бреда, заканчивая полным безумием. Но, к счастью для наших героев, им относительно повезло и их не забрала Зона к себе. Брин: — Через сто метров, может мозги спечь, используйте таблетки. Группа последовала совету и приняли таблетки, пока что все чувствовали себя относительно безопасно, Но расслабляться не стоит, обитающие неподалеку кровососы, решили полакомиться сталкерами, однако отряду быстро удалось отбить атаку, но никто после боя не заметил, что Эвил пропал. Сечение: — Твою мать! Его утащили! Руфус: — Эй, вон там кровавые следы, они ведут за угол здания! Сталкеры в спешке направились за угол дома и уже были уверены, что увидят там обглоданный труп. Но вместо этого они увидели Эвила с разодранным плащом, окровавленным лицом, он с особой жесткостью топтал ногой изуродованный труп кровососа, смачно покрывая его матом. — Мудак, сука, паскуда, урод, гандон, прошмандень!! Когда отряд приблизился к нему, он рефлекторно отреагировал выстрелами, но никого не ранило. Сечение: — Успокойся уже, всё закончилось… И хватит издеваться над трупом, пошли уже. — Да-да, щас. Далее группа встретила только пару кабанов и сталкеры приближались к станции Янов без происшествий. Руфус: — Никогда здесь не был. Говорят тут свободовцы в нейтралитете с долгом. Эвил: — Ну в худшем случае пришлось бы выбирать между тобой и Брином. По чесноку, никого бы не взял! Никто не стал реагировать на язвы и так потрепанного Эвила, отчего тот начал падать духом. Пока они шли внезапно начался выброс. Сечение: — Черт, нужно срочно найти укрытие! Брин: — Да до станции недалеко идти. Невозможно описать лица посетителей станции Янов, когда они увидели группу сталкеров, зашедшую прямо под выброс, среди которых был наемник, свободовец, долговец и бандит с окровавленным лицом. Прошло 3 часа, с момента прибытия группы на станцию. Золотое Сечение, Руфус и Эвил о чем-то разговаривали за столом, Вергас говорил с зверобоем о охоте на мутантов, а Немец 40 минут назад вышел прогуляться, чтобы освежиться. На улице стояла довольно тёплая погода для весны, правда ненадолго, ведь скоро начнутся холода и придёт зима, так что нужно наслаждаться последними мгновениями осени. Немец стоял неподалёку от станции и рассматривал в бинокль округу: с его места можно было увидеть огромный карьер, с таким же огромным роторным экскаватором. Махина, которая несчадно перемалывала почву, теперь стоит без дела и ржавеет. На дне карьера находится болото, усеянное аномалиями «Кисель» и «Газировка». Если приглядеться, то можно разглядеть труп сталкера в Заре, говорят что это сталкер Щепка, которого предал какой-то свободовец или что-то вроде того. Вдалеке можно увидеть цементный завод и его большую башню, с которой открывается отличный вид на Юпитер. Справа стоят контейнеры и маленькие домики рабочих, которые, наверное, работали в этом карьере. Но сейчас это место превратилось в поле брани двух крупных группировок: Долг и Свобода. Хоть они и договорились о нейтралитете на базе, но это правило не действует за стенами Янова. Так что они дерутся за клочок земли, идеологию, место под солнцем. То одна группировка лидирует, как тут же происходит перелом на другую сторону и уже другая группировка доминирует. Но никто из них не может окончательно уничтожить соперника, поэтому они безуспешно пытаются перегрызть друг другу глотки, при этом в боях погибают много людей, которые поддались пропаганде. Да и обычным сталкерам это мешает жить: так как обе группировки воюют с между собой, то никто не следит за беспределом, которое устроили бандиты, а обычные одиночки не могут нормально противостоять шайкам головорезам, так что им приходится приспосабливаться к этому, а это не очень выгодно, да и тебя запросто могут застрелить. К счастью, нашему отряду это не мешает и они продолжают свой путь. Пока Немец отдыхал, а остальные занимались своими делами на базе, Брин сидел подальше от всех и переписывался в ПДА: * Наемник: — Надо было сразу сказать, что у вас в группе наемник есть. Нам вообще-то своих по уставу валить запрещено. Но мы нашли способ как не замарать руки и избавиться от твоих ребят, на станции Янов или в ее окрестностях находятся 4 бандита-головореза, профи. Они выполнят нашу работу. * Брин (мысли): — Отлично, надеюсь на этот раз не подведут. Тем временем за столом. Руфус: — Мужики, что-то долго Немец прогуливается, я пожалуй пойду найду. его. Сечение: — Смотри, чтобы я не нашел тебя потом пьяным в кустах... — Да-да... Эвил: (Тихим голосом обращается к главе) — Не, ну ты смотри как те двое быков на нас глазеют, еще и ржут что-то, наверно над нами. Те два товарища и были нанятыми наёмниками бандиты. Коршун — тощий бандит в плаще, высокого роста, предводитель группы головорезов. На его лице постоянно озлобленная ухмылка, а в глазах сверкает злость и ненависть. Рядом с ним сидел его телохранитель: правая рука - Баклан. Махина, ничего не скажешь, наверное он побольше массой будет, чем Руфус, но ростом особенно не выделяется. Золотое Сечение: — Да брось ты, воображение разыгралось. Тебе нужно подольше отдохнуть после того, что произошло на РЛС. — Ну уж нет! Эвил подошел к незнакомцам. — Слышьте бакланы, че на нас так глазеете, а!? Баклан: — Вообще-то меня зовут баклан. Коршун: — Хотим и ржем, а тебе то что? *ухмылка* Баклан: — Валил бы отсюда, сопляк. — Ты чё охренел?! Да тебя… Резкий удар в челюсть от бандита прервал разговор Эвила. Он упал на пол. — Твою мать! Зуб! *тянется к ножу* В это время, все окружающие сталкеры из разных углов монотонно сказали: — Никаких потасовок внутри! Коршун: — Ну пойдем выйдем, разберемся снаружи. Золотое Сечение вместе с Эвилом пошли за головорезами наружу. Баклан (обращается к Сечению): — А ты куда прешь!? — Вас двое, нас двое, все честно. Они, «дружной» компанией вышли со станции и пошли к контейнерам, неподалёку от Ж/Д. Коршун: — Ну как проблему решать будем? Эвил: — На кулаках! — Глупо, но я согласен, первыми будешь ты и Баклан *ухмылка*. — Хорошо! Сечение (мысли): — Ну и идиотизм... Соперники приготовились к бою, они стали бежать на друг друга, казалось, что у Эвила нету шансов, но тут… *выстрел* *выстрел* *выстрел* Золотое Сечение завалил здоровяка тремя выстрелами в голову со своего браунинга. Коршуну удалось быстро скрыться за контейнер. Эвил: — Какого хрена?! У нас же был уговор, да я бы по стенке размазал! — Не мешай *оттолкнул Эвила*. Сечение взял в руки свой автомат, тихо забрался на контейнер, за которым поджидал его Коршун с ножом в руках, навёлся на него и одной пулей убрал его. — Ты можешь объяснить зачем ты застрелил их? — Ну начнем с того, что на твоей челюсти рана явно не от удара обычным кулаком. Эвил пощупал свою челюсть, на ней было несколько вмятин. — Мне твоя рана показалась подозрительной и я стал присматриваться к рукам этого громилы. В общем сам посмотри. Они подошли к трупу и Сечение поднял руку громилы, на ней был надет кастет. — Ах он ублюдок! — Меня не терзает убийство этой крысы. Он, собираясь драться с противником в два раза слабее его, решил поступить подло. Подлость его и погубила... Ну и его дружка за одно. — Слушай... Давай вернемся на станцию. — Хороший вариант. В это время, Руфус бегло осматривал окрестности с другой стороны станции. Его привлекла вышка возле базы. Руфус (мысли): — Если там кто-то есть, он скорее всего видел немца. Он поднялся по лестнице и вошел в комнату долговца, который там обитал. — Здарова мужик, ты случаем не видел Немца... ой, то есть сталкера в комбинезоне, похожий на костюм наёмников? Зулус: — А, что?! Немцы?! Нет, брат, я еще не настолько напился... Но можем это исправить! Руфус (мысли): — Ну а когда еще такая возможность будет? — Наливай! Распитие водочки продолжалось около получаса, в конце концов Руфус разузнал кое-какую инфу о пропаже немца. Зулус: Да-да, мужик этот вроде сначала в бинокль см…смотрел, а потом пош-ё-ё-л к полу-у-станку... Точно тебе говорю! В развалочку, медвежьим шагом, Руфус двинулся к полустанку, ну точнее он пытался спуститься по лестнице. В это время, на полустанке сидел со связанными руками Немец, а рядом с ним стояли два, оставшихся в живых, глуповатых брата головореза Сплит и Флит. Флит: — Гыг, здорово мы его прикладом приложили, да, братан? Сплит: — Неплохо сработано, ха-ха. — А чо мы его держим то, может это… Кокнем его? — Не, а вдруг Коршун с Бакланом копыта откинут и мы одни останемся? А так у нас заложничек будет! — Да ты башка, братан! *обращается к Немцу* Эй, ты, пидрила, чо молчишь? Немец: — Leck mich am Arsch! Флит: — Братан, че то на немецком бормочет походу! Сплит: — Хы, как в сорок пятом! — Внатуре, ха-ха. Пока они там стояли и разговаривали, Руфус уже подходил к ним, но бандиты заметили его. Сплит: — Э, братан, а ну ка посмотри, не долговец ли тот из той группы? — Да походу он, Руфус или как там его... Сплит: — Ща завалю его! Бандит сделал пару выстрелов, но пьяная походка Руфуса буквально спасла его от пуль. Сплит: — Что за? В ответ Руфус высадил весь свой магазин в сторону головорезов. Шальная пуля попала прямо в глаз Сплиту. — Твою мать, брат! Пока головорезы отвлекались, Немец смог выпутаться и резким движением разнес голову Флита об стену. Немец: — Ну и кто тут кого приложил?! Руфус: — О-о-о… Б-братан, Немец, а я тебя искал. Вскоре они вернулись на станцию и встретили остальных. Руфус: — Ха-ха, что с тобой, Эвил? Вломили за твои остроты? — Щас тебе Сечение глаз на жопу натянет, если учует твой запах! Руфус: — Тише-тише, я Немца вообще-то спас и вместе мы завалили двух бандитов, они зачем то его схватили. Золотое Сечение: — Мы тоже кстати двоих отделали, думаю надо бы валить уже в Припять и к ЧАЭС. Эй, Брин, когда выдвигаемся? Брин (мысли): — Либо наемники отправили шпану гоповскую, либо им сегодня очень везет. — Денек тут побудем и двинем, я вижу, что вам всем нужно отдохнуть перед вылазкой. Все посчитали это правильным. На следующее утро группа, набравшаяся сил, уже собралась в полном составе у выхода со станции. Брин: — Пока вы устраивали потасовки с местными гопниками, я тщательно обдумывал путь к АЭС через Припять. И могу ручаться за то, что на пути мы не встретим никакой враждебно настроенной группы. Сечение: — Надеюсь на этот раз ты нас не подведешь, Брин. Эвил: — Ага! А то будет как в Лиманске, химера бл... *Эвил вдруг хватается за свой больной зуб* Несмотря на недоверие некоторых членов группы к таланту проводника Брина, сталкеры добрались до улиц города через несколько часов и продвигались по малоизвестным дорогам. Припять выглядит как огромное кладбище: такое же пугающее, тихое место, в которое редко попадает человек. Этим городом теперь управляет природа, только многоэтажки напоминают о том, что здесь когда-то был человек. Родные улицы Припяти вызвали у Золотого Сечения чувства ностальгии и воспоминания детства. Несмотря на то, что, когда Сечение жил в здесь ему было только семь лет, он прекрасно все помнил, ну или внушил себе это. Чистилище, изображение №6 Немец: — Слушай, Брин, а ты точно уверен, что мы никого не встретить? А то я слышал, что Припять любимое место греховцев, не хочется натыкаться на них. Брин: — Уверен. Эвил: — Хах, что, Немец? Новая фобия? Боишься их? Я то думал, что в наёмниках все бесстрашные. — Lass uns gehen… Сечение: — И тебе бы тоже стоило их бояться, это одна из сильнейших группировок Зоны, если не сильнейшая. Вергас: — Говорят, что они еще более фанатичны, чем Монолит. Руфус: — О да, один раз мы поймали одного из них, пытались его пытать, чтобы выудить инфу какую-нибудь, пытали, пытали, а он молчал как немой, а через пару дней, мы нашли его мёртвого с вырезанными глазами и языком… Не знаю как он это сделал. Брин: — Да не наткнемся мы на... Вдруг изо всех сторон, как из тени, вышли грешники, но стрелять не стали. Все они были в очень странных комбинезонах, кроме одного: он был в плаще, на вид старше и главнее всех остальных. От них веяло какой-то странной аурой, никто не начинал стрелять по ним. Брин: — Твою мать! Это невозможно... Эвил (шепотом): — Если живыми выберемся, грешники станут твоей меньшей проблемой, Брин. Грешник в плаще стал подходить к группе. — Хе-хе, по вашим лицам я вижу, что вы не ожидали встретить нас тут, ведь довольно трудно было бы вас найти... Если бы не одно «но» - от вас на всю округу несет... М-м... если это так можно назвать «запахом смерти». Эвил: — Да что он черт побери такое несет! *направил свою Гадюку на грешника* Сечение: — Спокойно, иначе его слова обретут вполне буквальный смысл. — Так вот, такой «запах» я обычно чувствую рядом со своими товарищами, ведь наши души давно уже мертвы! *Оглядывает остальных грешников*, но тут нечто иное! И мне стало дико интересно, вот поэтому мы и нашли вас, приближаясь все ближе к «запаху». Сечение: — Ну так и что тебе надо? — Всего один вопрос: Зачем и куда вы идете? — К ЧАЭС, за Исполнителем Желаний. — И все? Не может быть так просто. Ну хорошо, хе-хе. Уходим, они искупят свои грехи позже и мы не понадобимся для этого! Грешники исчезли также неожиданно как и появились. Эвил: — Что, мать твою, сейчас было?! Сечение: — Не знаю… И знать не хочу, нужно двигаться дальше... По дороге группа останавливалась и обсуждала план прорыва к ЧАЭС. Несмотря на то, что Монолитовцев стало меньше, в связи с недавней операцией «Фарватор», которая хоть и провалилась, но дала свои плоды: Монолит ослаб, она всё равно представляет большую угрозу. К вечеру сталкеры добрались до ЧАЭС. Золотое Сечение: — Начнем! Группе удалось незаметно подобраться и устранить внешний охранный пост Монолита. Золотое Сечение и Немец были основной ударной силой, Руфус и Эвил были их прикрытием, Брин крыл верх, а Вергас тыл. Все таки Золотое Сечение не ошибся, когда набирал этих людей, это были действительно первоклассные бойцы, то ли общая тяга к неизвестному, то ли страх, а может быть чувство долга, но что-то заставляло этих людей действовать складно и виртуозно, несмотря на прошлые разногласия. Медленно, но верно группа продвигалась к цели сквозь кучи трупов фанатиков, хотя кто в той ситуации был фанатиком вопрос спорный. Наконец, превозмогая боль от ран и усталость, сталкеры добираются до помещения с исполнителем. Но что-то вдруг, что-то необъяснимое, похожее одновременно на взрыв, град пуль или светошумовую гранату, валит с ног и контузит всю группу. Золотое Сечение потерял сознание. Очнулся же он в каком-то складском помещении. Руфус: — О, неужели, живой! А мы тут два дня как думаем, что ты помер! Сечение: — Ч-что? Где мы? Где все? Эвил: — Да хер знает, где мы! Занесло в какую-то жопу, сука! Руфус (шепотом): — Хоть у него уже крышу начинает сносить, но частично он прав. Насчет остальных: Немец ушел в первый же день как мы здесь оказались, от помощи отказался, говорит мол: — «Да чтобы тут не было, я сам разберусь! Я и не из такого выкарабкивался, вы лучше Сечение в чувство приведите!». С тех пор не появлялся. Брин сегодня пошел его искать. А Вергас готовит плотей, здесь есть стая неподалеку, черт знает как он это сделает, но я бы сейчас и сырую съел бы. А мы вот тут за тобой смотрим. Сечение: — Да со мной все в порядке, вроде... Лучше за Брином пойти, а то тоже потеряется. В помещение заходит Брин. — Я то не потеряюсь, в отличии от него *бросает противогаз наёмников на пол*. Сечение: — Нет... — Есть две плохие новости: первую вы уже поняли, нашел его труп у границ аномалии… Пространственной аномалии, да-да, это вторая плохая новость — мы в пространственной аномалии! Руфус: — Я слышал, что в одной из таких генерал долга сгинул... Эвил: — Да потому что долговцы - идиоты! Я это уже давно понял, на твоем кстати примере! Хорошо, что у нас кроме тебя есть еще люди… С мозгами! — Заткнись... Сечение: — Руфус, нужно Немца похоронить, поможешь? Брин отведет нас. В складском помещении были инструменты, включая лопату. После захоронения Брин и Руфус ушли, а Сечение еще десять минут сидел у могилы. — Хороший был мужик, жаль, что самоуверенный слишком... По возвращению, Сечение спросил у Эвила, где Вергас готовит еду. Прибыв на «кухню», вместо Верга он увидел лежащего в агонии Руфуса — Темно... Темнота... Нет!!! Страшно!!! Вергас: — Всего на пару минут оставил, говорил же не жрать! Сечение, зови остальных! Вскоре все собрались возле агонизирующего Руфуса. Эвил: — Ну и что с ним делать? Могилу я не буду ему копать! Верг: — Еще всё не поздно, если будут нужные медикаменты, можно будет его спасти. Брин: — Ну когда я тут осматривался, видел здание похожие на казармы, только оно уже уходит под землю, возможно там есть медпункт или что-то типа того. Золотое Сечение: — Ну вот раз Эвил не хочет копать могилу, то он со мной и пойдет! — Лады... Вергас: — А я тут постараюсь ему помочь дождаться лекарств. Собрав список необходимых лекарств, Сечение и Эвил пошли к зданию казармы. Окна были заколочены, а сам дом уже понемногу уходил под землю. Сталкеры вошли помещению и стали продвигаться дальше, освещая путь тусклым светом фонаря. Сечение и не заметил как появился в здании прачечной Припяти, а слева от него вели разговор военные. Павел: — По скорей бы выполнить это задание и свалить от сюда! Митяй: — Да... Завтра разнесем этих фанатиков и дело с концом! Вован, сыграй что-нибудь! Военный с гитарой стал петь песню. "Миф, что с утра был слухом, Днем был на хит-параде, Каждого достиг уха, В эфире помехи, обломки сзади. Ветер скребет по коже, В нем тонут чьи-то всхлипы. Мы исчезаем тоже, Мы покидаем Припять. Мы покидаем Припять, В панике все одиноки. Мы покидаем Припять, Глупо уносим свои ноги. Радиоактивный ветер - Так говорят, но я не верю. Радио вопит и кричат дети, Мы покидаем Припять. Миф, что с утра был слухом, Нынче не актуален, В газовом облаке глухо Рычат моторы, и умирают. Прочь все ходы, траншеи, Рвется на коже отрепье. Нет ничего страшнее, Мы покидаем Сен-Пьер. Мы покидаем Сен-Пьер, В панике все одиноки. Мы покидаем Сен-Пьер, Глупо уносим свои ноги. Яд вулканических газов - Так говорят, но я не верю. Радио вопит, список жертв указан, Мы покидаем Сен-Пьер. Сквозь молотки и решетки, Через чужие руки, Словно песок, забивая в глотку День городской разлуки, Мчится, круша разметку, Километровые вехи, Время сегодня летит по ветру, мы покидаем... В каждом городе детства Есть что забыть и вспомнить. Если ты хочешь согреться - Встань у огня, протяни ладони. Близко ревут моторы; Что ж, на прощание выпить - Мы покидаем любимый город, Не важно, Сен-Пьер или Припять". Под конец песни раздается крик Эвила, который отталкивает Сечение, но сам получает две пули в челюсть. Сталкер в недоумения держит на руках умирающего Эвила с простреленной челюстью и выбитыми зубами, он захлебнулся своей же кровью. Сечение, придя в себя, делает пару выстрелов в ответ. Тишина. Он идет вперед и слышит: *щелчок* *щелчок* *щелчок* Перед ним лежал военный, который пытался выстрелить из разряженного АКСУ. Он молчал, но его безумный молчаливый взгляд говорил о многом. Сечение застрелил его и проверил труп на наличие ПДА, обнаружил его и стал читать: Василий Вист. Военный. Майор. Последняя запись: * Почти все наши полегли, но я и еще несколько добрались до Исполнителя как и было приказано. Но по прибытию нас оглушило и забросило сюда, еды нет, связи тоже, ничего нету... Нашел странный артефакт, после чего забросило сюда... В темноту... Тело не хочет двигаться, хочу застрелиться, не могу... * Сечение заметил артефакт военного. Это был небольшой шарообразный артефакт, на вид электрического вида. Как только Сечение взял его, артефакт превратился в пыль. — Медикаментов нет, Немец и Эвил мертвы, Руфус на волоске от смерти, нужно валить отсюда... Сталкер вернулся и увидел как Вергас роет могилу Руфусу. Верг: — Не успели... А Эвил где? — Не рой могилы, старик, не успеем, нужно выход искать срочно... Объявляется Брин. — Значит мы в троем остались? Я кстати нашел выход, кажется, но думаю одному глупо туда идти. Золотое Сечение: — Пошли... Все трое двинулись к выходу, когда они пришли, то увидели что-то вроде разлома в аномалии. Верг: — Похоже на выход. Сечение: — Выбора у нас нет, пошли. Брин: — Постойте, видите артефакт? Больно не хочу после пережитого с пустыми руками возвращаться. — Только о деньгах и думаешь... Вдруг Сечение разглядел артефакт, он был такой же, как и у того военного. — Стой! Но было уже поздно, незаметно для всех и для себя самого, Брин отошел далеко ото всех, а артефакт не приближался. Позже Вергас и Сечение, вместо Брина, видели только облако тумана и артефакта тоже не было. Сталкер очень не хотел верить своим догадкам по поводу этого. Верг: — Таков его путь, слушай, не будет монетки? — Что?! Какая монетка, ты спятил? — Просто дай монетку и иди в разлом. — А как же ты!? — Еще успею выбраться, у меня тут... дела. Сечение хоть и решил, что старик свихнулся, но все же дал ему пятирублевую монетку из своего кармана. Вергас: — Ступай. — Ага, удачи. *закрыл глаза и зашел в разлом* Когда Золотое Сечение зашел в разлом, он почувствовал невероятное чувство эйфории. Он открыл глаза и оказался на прекраснейшем зеленом лугу, он чувствовал себя моложе, чем раньше, а в далеке видел своих родителей. Автор: Иван Корнев Редактор: Ратибор Лебедёв