Путешествие на восток 1 (ч. 14)

— An, an, an, an An ina kotoba wa iranai Demo nande darou Zenzen, zenzen Zenbu boku no mono ni shitai I wanna, wanna touch your Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! Body! (Мы, мы, мы, мы, мы обойдёмся мы сегодня без слов. Чем же заняты будем? Я, я, я, я, вознесу тебя вмиг до облаков. Не терпиться коснуться… Тела, тела, тела, тела тела. Тела, тела, тела, тела, тела, тела. Тела, тела, тела, тела, тела. Тела, тела, тела, тела, тела, тела!), — орала я на японском, радуясь, что никто не знает перевод. В комнату зашёл Миша. Посмотрев на меня скептично, он сказал: — не время петь, Александра. Мы уже завтра выезжаем, если вы не забыли, — в ответ я закатила глаза: — и без тебя знаю. Я уже собрала всё, что мне нужно, — я указала на чемодан в углу. Миша оценил его взглядом и со словом «ладно» удалился. Ну а я продолжила своё занятие: — как снеееег… Который не растаял как на грех. В густой тени, свой холод скрыв от всех. Как чувства в глубине душевных вех… — начала я новую песню, но меня снова прервали. В комнату постучали. Тихо проматерившись под нос, я впустила незванного гостя. Точнее гостью: — Александра Петровна, ужин накрыт на стол, — известила служанка и ушла. Вся моя злость куда то испарилась и я радостная поскакала кушать На след. день. Саша проснулась рано, часов в 5. Но все остальные участники поездки уже не спали. Миша руководил обустройством карет, несколько чиновников приспокойно пили чай. И Саша с удовольствием к ним присоединилась. Не из-за чиновников конечно, их Романова достойными для разговора не считала, а из-за их клюквенного чая. Этот чай за время пребывания в этом мире стал Сашиным любимым. Спустя час, их с Мишей посадили в одну карету, а чиновников в другую. Уже спустя 15 минут поездки Саше стало скучно. Она конечно набрала с собой книг, но сейчас не хочется читать особо. Миша же сидел спокойно и глядел в окно. Саша решила последовать его примеру. Пов: Александра Романова Я достала из чемодана бумагу, планшетку, и карандаши со стёркой. Порисовать захотелось. А что рисовать? Я оглядела своё окружение. Несколько подушек, бутылка воды, чемоданы, Миша. О, Миша! (Только что его заметила) Его и нарисую, он как раз сидит красиво. Уже в процессе работы Миша вдруг обратил на меня внимание. (И поломал красивую позу!) — чем вы занимаетесь, Александра? , — спросил он. Я нахмурилась и шикнула на него: — блин, Миш, назад повернись! , — тот смотрел на меня вопросительно, но повернулся назад. Я улыбнулась и продолжила рисовать. Спустя где то 20 минут, я закончила и разрешила «модели» двигаться. Миша недовольно на меня глядел: — и зачем это было? — мне тебя нарисовать захотелось 😊, — улыбнулась я и показала ему рисунок. Тот поднял брови и дал оценку: — неплохо, — в ответ я победно улыбнулась. «Неплохо» от Миши на языке нормальных людей значит «охуенно» Спустя недельки так две мы добрались до Казани, где нас уже дожидалась Камалия. Только мне открыли дверь кареты, я сразу же поскакала обниматься с Камой. Она обняла в ответ и сказала: — Сашенька! Сезнең килүегезгә мин бик шат! (Я так рада что вы приехали в гости!) — Әйе, ниһаять, мин килә алдым! (Да, наконец то я смогла приехать!), — радовалась я. Кстати татарский я всё же выучила. Сзади подкрался Миша: — я вам не мешаю? , — закатил глаза он. Я ухмыльнулась и повернулась к нему: — что, ревнуешь? Правильно, это теперь моя женщина — ах ты… мерзавка мелкая! , — крикнул он на меня. — кто — кто?! , — обиделась я. Сзади Камалия ухахатывалась с этого концерта: — хорош ругаться, у нас обед стынет! , — этот аргумент подействовал на нас обоих и мы как миленькие пошли кушать. Уже вечером, когда все отоспались с дороги, Камалия решила провести нам экскурсию по Казани. Ну точнее мне, Миша тут и так всё знает, его просто чтоб жизнь малиной не казалось с собой потащили. Первым делом Зилант повела нас в кремль, попутно рассказывая об истории своего города. Когда же дело дошло до взятия Казани в 1552 году, в рассказ вступил Миша. Правда, они начали перебивать друг друга и ругаться, вспоминая старые обиды, так что дальше я потеряла нить повествования. Я стала любоваться архитектурными сооружениями кремля и сравнивать их с современными. Я, всё-таки была в Казани, и не раз. В итоге нормально опознать все здания мне не удалось, так что я бросила это занятие. А в это время мы как раз собрались в сторону нашей «гостиницы». Поужинав, Миша с Камалией ушли в другую от меня комнату, якобы, поговорить. Ну и я естественно решила подслушать. Бляха муха, откуда у Камалии такая звукоизоляция?! Не слышно нихера. И о чём они там болтают? Теперь, я этого видимо не узнаю, потому что хер кто нибудь из них мне расскажет. В следующую секунду мне чуть не ударили дверью в лоб, благо я успела отскачить. Это Камалия радостная расхлебенила со всей дури дверь. За ней вышел Миша с совершенно спокойным видом. Но стоило ему заметить меня около двери, как он сразу нахмурился: — вы подслушивали, Александра? , — сурово спросил Московский, а я сделала самый возмущённый вид, какой только смогла: — как ты можешь так обо мне думать?! Я бы никогда в жизни! , — но Москва в ответ лишь закатил глаза. М-да, я ему тут своё актёрское мастерство демонстрирую, а он ни ни. Ахуел совсем ( Мы сидели в гостиной, и тут начался спор: — Миш, а не слабо Камалию поднять? , — выдала я, когда разговор зашёл в тупик. Московский, выгнул одну бровь, а потом встал со стула со словами: — не слабо, — Зилант поняла намёк и чуть ли не запрыгнула на руки к мужу. Тот стоял, как будто не напрягаясь вообще. Я удивилась. Вот кто-кто, а Миша скорее походит на корейского мальчика, чем на качка. — まあ、結婚した人たちはね）(ну женатики мои)), — улыбнулась я. Камалия в ответ хитро ухмыльнулась: — ул бик көчле булганга, арттан аңа сикер, Саш)) (раз он у нас такой сильный, так прыгай на него сзади, Саш))), — произнесла она на татарском. Я, поняв идею осторожно обошла Москву сзади. Тот почуял неладное: — эй, что вы задумали?! , — и в этот момент я прыгнула ему на спину. Тот, не удержав равновесие рухнул на пол и мы вместе с ним. Больше всех досталось Камалии, но её это похоже не смущало. Она ржала громче всех. А Миша на нас орал. Но, к сожалению, уже на следующий день нам пришлось вновь садится уже в надоевшую карету и ехать до следующей остановки — Екатеринбург. До Екатеринбурга мы доехали относительно спокойно. Ели Чак Чак который дала в дорогу Камалия, фигнёй страдали, срались иногда. А ещё заехали в какое то болото и пришлось толкать карету. Но не суть, ведь сейчас мы уже подъезжаем к городу. Пов: Екатерина Уралова Я ношусь с самого утра как заведённая. Да и не только я, всем же хочется впечатлить столицу. Правда, никто кроме меня не знает, что она тут уже была, ну ладно. Да и я не ради неё стараюсь. Этой то похуй. Я хочу впечатлить Москву и тех чиновников, чтобы повысить свой статус среди городов. А то мне как бы скучно целыми днями в поле задротить, я хочу как дворянинка жить, на балы ходить и т.д. Но всё это потом, Саня же приезжает! Мда, что то в последнее время её приезд для меня как праздник. Я бежала к губернатору спросить, где ж там моя подружаня, но в кого то врезалась: — ой, извините, простите… — пролепетала я вставая. Но вдруг на меня накинулись с обнимашками: — Катюха! , — это была Саша. Я обняла её в ответ. — давно не виделись, хламидоманадка моя) — хехехе), — посмеялась Саша. Но тут откуда то сверху послышался строгий голос: — Александра, Екатерина, что происходит, — спросил Михаил Юрьевич. До меня только дошло, как странно это выглядит со стороны. Мы буквально лежим посередине дороги и обнимаемся. — мы лежим. Не видно что ли, или очки подобрать? , — огрызнулась Саша, поворачиваясь к Мише. Тот цокнул и сказал: — вставайте, а то простудитесь, сами лечится будете, — Саша в ответ закатила глаза и мы всё же встали. Подруга спросила: — так, мне надо тут что то смотреть, оценивать? — можете не утруждать себя, Александра, я сам всё сделаю, — ответил Московский, а потом добавил, — пусть Уралова покажет вам город. — а, ну ладно. Увидимся через недельку, может, пока), — улыбнулась Санька и под возмущение Михаила, схватив меня за руку, убежала. Мне пришлось тащится за ней. Когда мы сбежали от Москвы достаточно далеко, я наконец спросила: — а чёй это ты с ним так общаешься? — как? , — не поняла она — как с говном каким-то — по фактам. Летс гоу на речку купаца), — предложила Саня. Я посмотрела на неё как на дуру и ответила: — ты прям в платье собралась купаться? — да, — невозмутимо сказала Романова — пизда) — ах ты. негодяйка. И вообще мне похую чё ты там хочешь, пошли на речку, — схватила меня за руку эта одноклеточная. Я вырвалась и продолжила гнуть своё: — да иди ты в лес за дровами со своей речкой — а кто последний до речки тот лох), — ухмыльнулась она и драпанула со скоростью света в сторону реки. Я возмутилась до глубины души и побежала следом. Лидировать продолжала Саша. — хахахах ну ты и абобус, — посмеялась столица, оглядываясь на подругу. Та в свою очередь только улыбнулась: — щас сама им станешь, — и в этот момент Саша наебнулась в какую то вонючую яму. — эй! Помогиии Катенька милая вытащи меня отсюдова! , — резко переменилась в настроении Саша. Катя же, смеясь как ненормальная вытащила свою подружку — вонючку из этой дыры. — АХАХАХАХА ЕБАТЬ ТЫ ЛОШПЕДКА, — не угоманивалась Уралова, пока подруга любезно не прописала ей подзатыльник. Так эти две дуры дошли до реки (алилуя). Там первым делом Катя окунула Сашу в воду, чтоб смыть с неё этот пиздец. А потом и сама занырнула. Всё было хорошо до одного момента: Катя увидела в кустах ужа. Длинного такого, жирненького. — АААААААААААААААААААААА!!! , — заорала девушка и отключилась прямо в воде. — Катя! Катюха блин, подъём! , — услышала я в отдалении чей то голос. Это был Сашин. Я приоткрыла глаза. Солнце нещадно жгло мне глаза и я отвернулась. Но человека перед собой увидеть успела. Это была Саша. Не Александра Романова, а Саня Морозкова. Так стоп. КАК ЭТО ВЫШЛО?! Мы что, вернулись назад?! Я быстро огляделась по сторонам. Мы были на пляже, подозрительно похожим на тот, что около моей дачи. — ты чего какая потерянная? Тебя солнечный удар что ли стукнул? , — подала голос моя подруга. Я осторожно спросила: — а… Тебя ничего не смущает? , — в ответ Саша посмотрела на меня как на ебанутую: — меня смущает только то, что мы пришли купаться, а ты легла дрыхнуть посреди пляжа, — закатила глаза она. Так стоп. Она не помнит? Ну не могло ж мне попадание в другой мир присниться! Или могло… Я подскачила и побежала к воде. Посмотрев на своё отражение, я увидела обычную себя. Никаких двухцветных волос, золотых глаз. Ну не могло же мне с дуру всё померещится! Спустя какое то время мы с Сашей в обнимку с полотенцами пошли домой. Точнее ко мне на дачу. Я всё ещё была в размышлениях, а Саня до меня докапывалась. — ты чё с тобой?! Тебе кошмар что ли приснился?! , — уже орала на меня подруга. Мне было непривычно видеть её с такой внешностью. — всё нормально, — уже в который раз говорю я. И наконец мы дошли до дачи. Там нас встречала… Мама… Моя мама… Я кинулась к ней и обняла с такой силой, что она испугалась: — Катюш, ты чего? , — она обняла меня в ответ. Я промолчала. — я не знаю что с ней, тёть Оль, — развела руками Саша. Мама улыбнулась и сказала: — ладно, идите кушайте, там дядя Витя шашлык пожарил, — Саша встрепенулась и поскакала на задний двор с криками: — УРАААА ШАШЛЫК! , — я посмеялась и побежала следом. А может и не плохо, что это был сон? На заднем дворе около мангала, со стаканом пива в руке стоял Сашин отец — Виктор Антонович. Рядом в беседке сидели остальные родственники — Сашина мама — Мария Михайловна и мой папа — Денис Владимирович. Я подошла к ним и обняла обоих. Мария удивилась: — ой, ты чего? , — я так же ничего не ответила. Так приятно снова их всех увидеть! — у неё сегодня прилив нежности походу, мам, — сказала Саша, жуя шашлык. Я уселась рядом и тоже приступила к трапезе. С наступлением вечера все взрослые напились, нам пришлось слушать как они врубили на колонке Артура Пирожкова и орали слова из его песен. Мы с Сашей решили уйти на лавку, что находилась за баней (неизвестно накой она там). Там я вдруг сказала: — знаешь, пока я там на пляже лежала, мне такой ебанутый сон приснился — опана, — она открыла пачку чипсов, — рассказывай — мне приснилось, будто мы с тобой попали в прошлое, и стали там воплощениями городов, — сказала я с улыбкой, а Саня поржала: — мне б такие интересные сны, как у тебя. А то мне вообще нихуя не снится (, — мы с ней вместе посмеялись и тут мне пришло уведомление на телефон. — эт чё? , — спросила моя подруга — хз. Неизвестный номер, — ответила я, открывая ватсап (кто вообще пишет в ватсапе?!) Но сообщение заставило меня похолодеть от страха:

«Это всё сон. Проснись»

— М-да, тебе какие то ебанутые пишут, — сказала Саша. Я судорожно перевела взгляд на неё. Всё моё окружение становилось мыльным, размытым. Я тут же захотела дотронуться до подруги, но не смогла. Руки прошли сквозь неё, а вскоре она растворилась, словно призрак. Я стала задыхаться, пока не потеряла сознание… На меня вылили ведро холодной воды. Я вскрикнула и подскочила. Рядом со мной стояла Романова с ведром, поодаль, облакотившись на стенку, стоял Михаил Юрьевич. Мы находились у меня в избе. — о, оклемалась, — сказала Саша, ставя ведро на место. Так, получается, всё же не сон… Из моих глаз полились слёзы. Саша в непонятках уставилась на меня: — ээээ ты так из-за воды обиделась? Это он если что предложил, — сказала она, указывая на Мишу. Тот цокнул и закатил глаза: — ну, раз она очнулась, я пошёл, у меня ещё дел полно — ага, катись уже куда нибудь, — огрызнулась Романова и Михаил ушёл. — что случилось? Тебе кошмар приснился? , — спросила Саша, накидывая на меня полотенце. Я, сбиваясь, рассказала ей о своём сне. Та обняла меня и так мы уснули в обнимку. Через несколько дней Саше уже нужно было ехать дальше — в Сибирь и мы закатили Мише скандал: — ну Мишаааа можно она с нами поедет? , — канючила Саша, а я поддакивала: — я не буду мешать, честно! — сколько раз вам повторять — поездка рассчитана ровно на семь человек, мы просто не можем взять с собой ещё одного! , — восклицал Миша. Саша в ответ сначала нахмурилась, а потом поняла: — я ж столица, просто возьму и напишу письмо с просьбой чтоб организовали жильё и еду ещё на человека, — Михаил, видимо надеявшийся, что Саша про это не вспомнит, вздохнул и сказал: — ладно. Мы обрадовались и поскакали рассылать письма по городам, в которые поедем, а именно — Тюмень, Красноярск и Иркутск.