Весна 1

*Весна 1*

***

Солнце приветливо светило. Сакура только-только начинала расцветать. А в воздухе уже зарождался, распространяясь и благоухая незри́мым пьянящим облаком, самый первый проблеск сладостного медового аромата. Девушка, в миловидном свелом платье и в полупрозрачной, белой широкополой шляпке чему-то улыбаясь, шла по тенистой аллее, чуть пританцовывая. Она скользила по ней почти паря, и попутно смотря на набухающие цветочные почки на вишневых и персиковых деревьях. Юная кокектка видела, что часть уже расцвела и теперь в волю источает медово-при́торный аромат, а лепестки некоторых, видимо особо ароманых цветов, срывал со своих уютных гнездышек, разбрасывая над головами прохожих, шаловливый проказник ветер, а она... Она все еще чему-то продолжая улыбаться, все так же шла вперед. Шла, насвистывая под нос, преследующую ее еще с самого утреннего пробуждения, мелодию. Шум, проезжающх где-то вдалике машин, ее сейчас ничуть не волновал. Настроение у нее было хорошим, а денек - погожим. На душе щебетали свои сладострастные трели сладкоголосые пичуги, а сердце... Сердце пылко томилось в предвкушении... В предвкушении чего-то такого... Такого... Такого сладостного и романтичного, как... Как к примеру: ...Первая любовь! Она и сама толком не понимала, что с ней, с чего бы это ей вдруг проснуться с утра пораньше, и... И решить влюбиться?! Нет, ну правду, с чего бы? Предпосылок ведь к этому не было... Ну, если только не... "Весна!..." - прошептало ехидно сознание, вставляя свои ванильные шпильки на задумчивые фразы-рассуждения вредного разума... "Что это? Как-то странно... Она ведь не ребенок, одержимый столь бурными и импульсивными порывами!" - Но стойкое желание влюбиться упорно вело ее в перед. Вело, предвкушающе обещая чудо... Где-то смеялись дети... Кто-то играл в фрисби - бросая цветные тарелочки своим собакам, и... И девшка остановилась. Что-то странное внезапно мелькнуло, пронеслось перед глазами, сверкнув в ее вгляде отблеском какого-то полупозабытого волшебства. Словно она на один многострадальный миг, на одно короткое, но при всем при этом коварно-животрепещущее мгновение, что-то вспомнила... Вспомнила, о чем-то настолько важном, что забыть об этом, само по себе было попросту кощунственным и возмутительным деянием. Даже преступлени́ем! Она нахмурилась прикусив губу. Рука сама по себе - непроизвольно сжавшись в кулачок - поднялась к сердцу... Псы ловили тарелочку. Ловили ее, лаяли, визжали, виляли хвостами, резвились в волю. Они носились по траве веселясь, такие живые и красивые, добродушные и открытые, честные и одухотворенные, возвышенные, словно и не псы во все, а... "Герои... Герои из какого-то старого, престарого романтического рыцарского романа... Словно... Рыцари. Да, Рыцари! Возвышенные рыцари! Или... Или, все-таки... Все-таки Бешенные псы?" - не то в бреду, не то в полусне прошептала она в пустоту, и... моргнула. "Да что же это со мной?! О чем я вообще? Что мне такое только что привиделось?" - испуганно воскликнув произнеса она и легонечко похлопала себя по щекам. "А ну соберись, Лили! Так дело не пойдет! Ты просто гуляешь! Да, идешь, и... гуляешь! Любуешься сакурой, а псы... Псы - это прсто псы! В этом нет чего-то возвышенного, хотя... Да, в рыцарях возвышенное конечно есть, особенно... Особенно, в нем",- пытаясь себя успокоить увещевала она свой расшалившийя не в меру разум и... И, осеклась... Осеклась, внезапно осознав, что ее мысли вновь свернули не в ту степь... Свернув в какие-то странно-подозрительные дебри чего-то таинственного и непознаваемого... "Да, все верно: "Он" и... влюбиться!" - прошептала она, а улыбкá... Улыбка, до этого цветшая на ее лице, погасла... Погасла, внезапно истершись окончательно, словно бы под злым дождем, буд-то бы ее никогда и не существовало, а в глазах сверкнули сталь, и... И решимость… Воспоминания... Воспоминания или сны, она ни как не могла взять в толк: что это, что с ней такое, что не так, почем они стали сниться ей все явственней и чаще, почему во сне ее кто-то постоянно называл не Лили, а Лиринель, и?.. И кем был тот ангел с газами цвета гранатового рая? Имя... Оно... Оно вертелось на самом кончик ее языка, но... Но наотрез отказывалось срываться на цветочный снег, являя себя вó всей своей красе и величии. А оно в нем было, это она знала просто железно. Ей все казалось, что вот-вóт, еще один миг, еще чуточку, и... И оно слетит с ее истосковавши́хся уст, и она все вспомнит. Вспомнит окончательно и бесповоротно, но... Но, нет... Разум предательски, словно шпион на допросе, молчал, а алоокий ангел перед внутренним взором в ее воспоминаниях, слезно умолял ее спасти возвышенных псов, обещая взамен исполнить все ее - Лиринель - желания. "Нет, это просто абсурд! Бред! Конечно, бред! Наверно и вправду весна, гормоны или... или просто усталость... Наверно это даже хрошо, что я все же взяла отуск, иначе даже и не знаю, что случилось бы... Ах, ну почему в реальном мире, а не в мире грез не бывает таких мужчин?! Ну почем он не настоящий, и главное: почему он мне снится и снистя в самых разных, но связанных между собой сюжетах, а если это... Если это и не сны во все, а к примеру... К примеру: воспоминания? " Лили задумалась и помрачнела. Во сне она была демоном, чудовищем способным имитировать человеческий облик. Она была одной из подчиненых короля демонов, и... И влюбилась в… Имя вновь ехидной змейкой ускользнуло из ее ментальных коготков, но стойкое чувство взимности все равно не отступало, не выпуская ее разум из своих объятий... Пусть ее возлюбленный сначала и опасаясь отвергал ее чувства, но после... После он проникся симпатией к ней. Проникся - смирившись и приня́в - полюбил в óтвет. Он поддался ее чарам. Поддался, приняв все и пообещав так же отдать взамен уже все, что было у него самого, но .. Но он ведь уже и так все ей отдал... Ее любимый, ее бог - тот, кто был самым лучшим из всех мужчин и... И героем двух миров - Последним Истинным Героем... Героем, что спас их мир от рабства навязанного бездушно-бессердечным Миром!.. Лили задумалась. "Сердце... Почему я вспомнила про сердце? Да, сердце... Жестокое сердце, и... И сердце - обагренное кровью... Да, все верно, там было два сердца и было много иных..." Лили молча посмотрела вдаль. Псы продолжали лаять, а сакура... Сакура все так же роняла свои только-только пробудившиеся лепесточки в неумолимые воды Леты... Пройдя немного вперед - вдоль аллеи - девушка вышла на небольшой мостик - ведущий к сокрытому прудику, на котором к ее удивлению среди лебедей и кувшинок, в резных лодочках плавали влюбленные парочки. Она чуть улыбнулась. Несколько групп человек разбив пикнички занимались созерцанием сакуры, а на одной из ближайших к ней скамеек сидел молодой человек… У него были длинные и совершенно белые волосы, а еще... Еще он был весь в цветочных лепестках. Самое забавное в этой ситуации было то, что хоть парень и был один, рядом с ним сидели или лежали красивые и здоровые псы: золотистые ретриверы и пастушьи овчарки. Они буквально оккупировали скамейку и все подходы к ней. Парень же тихо напевал себе под нос какую-то тихую песню. На первый взгляд на странном и не вполне понятном языке, вот только... " Шепчет небо тихо, Слов... не разобрать? Кто поспóрит с жизнью - Обязан все отдать! Если грех свершится - Расплата в тот же миг! А если все законы, Разрушет в мире фрик, То небо ужаснется, Затрепетает ночь. И в темном, мрачном зале, Из тьмы запрос прийдет... Нарушивший запреты, Обязан заплатить! Что б было в мире лето, Что б мир продолжил жить! Кошмар кровавый кармы, На чаши злых весов, Покласть сумеет странник, В одеждах из грехов. Перевернуть сужденья, И вызвать Суть на бой, Он сможет в час последний, Вновь став самим собой... Ну а пока зарницы, Ласкают небеса, Идет война в светлице, По имени душа... Все бьется, бьется сердце, Огонь горит в глазах. Герой не ищет чести, Он жертва - на весах... Уж отзвучали грозы И́ горны отгремели, Сложили лорды тризну, О подвигах пропели. Сияют темной сталью И́злóманы мечи. Цветут цветы печалью В стране что спит в ночи. Воспоминанья книга Хранит дремая там. Цветет там Роза Мира Храня души алмаз. Герои дремлют крепко. Сокрыты небеса. На грани между мирья Лишь статуя одна. Воспоминанья вьются - Как вихри мотыльков. В бокалы струи льются Пьянящие стихов. Вкушают нынче вóи Вино запретных кущ, А павшие герои Твердят, что пробужусь!.. И клекот вьется в небо, Смеется дева дня. В руках горит сияя Из золота заря. Воспоминанья нежно Касаются души. И вспоминает разум Деянья старины... Сражения и взлеты, Когорт веселых смех, Принцесс и принцев гордых, И... дьявольский успех. Там громко бьется сердце, Любовь живет в глазах, Ведь смотрит в бездну Вечность, Украв у жизни страх. И страсть уже свободна, Все пьет и пьет вино, А где-то бродят грезы, В которых живо все... И вот герой последний, Взирает в облака. Он на краю обрыва, За коим жизнь одна. Цветут цветы надежды, Смех розы слышет мир. Бегут летя по снегу Минуты словно дым. И час приходит верный. Исполнится обет. Прекрáснейшей царевне Вручи́т любовь ответ" От звучания этой песни, отчего-то совершенно ей понятной Лили моргнула и вздрогнула. О да, она знала эту песню... Знала оба ее куплета... Оба куплета изначальной песни. Песни, ó которой пелось в начале этой. Услышáнная́ сейчас, была песней продóлжением. Продолжением, словно вплетенным в ту - первуюю - мрачную и жестокую - это была песняей о... надежде... И, о исполнении мечтаний... Это была Его песня... Это была песня о Них! Она часто снилась ей, та первая́, а не эта - обнадеживающая. Ее пел ей демон из ее кошмарных снов. Демон по имени Кáбер... Он пел, напоминая о том, что даже если ты - демон, то не стоит свершать слишком тяжелых грехов, а иначе... Иначе Жнец явится, дабы судить тебя за прегрешенья пред Миром... Лили остановлась. Ее губы сами собой что-то зашептали, но она не замечала этого - вспоминая. Послышались голоса. Веселая компания молодых людей - явно владельцы песиков - подошла к скамейке. Красивая женщина несла в руках большую плетеню корзинку, а ее спутники несколько рюкзаков. Кажеся они захотели устроить тут ночевку. Лили вновь моргнула, очнувшись от грез. Ей внезпно показвлсь, что она их знает. Словно она внезапно увидела кого-то из одного из своих снов... Вновь послшались голоса. Кто-то прошел мимо нее, так же неся корзинки и подтрунивая друг над другом, а затем... А затем она услышла: "Ран, ну не будь таки́м букой! Ну идем! Ну что может случиться? Дождя не обещали, а Хиен и Бен подготовили довóльно интересные конкурсы! Да, давай с нами! Да ты знаешь, он заслуженный доктор мед наук и на его счету уже не один десяток спасенных жизней!" - весело щебетал пока невидимый некто, обращаясь к некой Ран... "Да, Дэн, я понимаю, но... Но и ты пойми! Все... Все не так просто как кажется! Óно... Оно сложное! Все слишком сложно! " - каким-то убитым голосом произнела Ран. Лили продолжала стоять, смотря на озеро и людей у скамейки, а потом... Потом услышала еще кое-что: "Ремембер сказал, что привезет салют и мы запустим фейерверки. И Кабер обещал подъехать с саке и мясом для шашлыка!" - послышался голóс кого-то из молодыъ людей. "Чудесно! Я рад! Хоть какая-то польза от начальника, а то одна писанина! Хоть нам на праздники решил выдать премию ввиде мяса!" - мечтательно протянул откровенно воодушивившийся Дэн, и схлотал подзатыльник от Ран. "За что, сестра?! Я ж от чистого сердца!" - искренне возмутился обидевшийся на девушку парень. "Знаю",- мрачно произнесла та, смотря на озеро. К этому моменту она поравнялась с Лили. А Лили задумчиво держала внезано упавшую ей в руку ветку цветушей сакуры... "Может и вправду, влюбиться?"- сама не понимая почему произнесла она вслух смотря на нежные цветы. Проходивший мимо нее Дэн, споткнулся, расслышав странные слова облаченной в белое девушки, чье лицо скрывала широкополая шляпка. Ран, почему-то остановившись смотрела на нее с каким-то потеря нным выражением. Казалось ее лицо стало каменой стеной, а затем она перевела взгляд в сторону скамейки и вздохнула, словно что-то решив для себя. "Иди вперед, Дэн. Мне тут кое-что нужно сделать. И́ передавай Круэллу чтобы не усердствовал слишком уж. Он уж больно надрывается! Отдыхать ведь тоже надо!" - заметила она, сказав это, как-то чуть громче чем раньше. Как показалось Лили, выделев имя одного из людей, словно бы нарочно, сугубо для ее ушей. "Сестра, у тебя все в порядке?" - на всякий случай уточнил слишком уж проницательны для сврего возроста паренек. Ран промолчала, тольтко сжала кулаки не двигаясь с места, а Лили… Лили внезапно подняла голову и порыв ветра словно только того и ожидая, сорвал с ее головы столь кокетливо влекущую его шляпку... "Д.. Деон! " - произнесла девушка и сделала шаг вперед, только чтобы быть пойманной за кисть руки... "Стой, Лиринель. Ты и вправду этого хочешь?" - прозвучал у нее за спиной холодный голос из сказочного прошлого. "Отпусти меня, шаман. Я давным давно все для сбя решила! Я... Я люблю его! И он... Он тоже любит меня! Поэтому, отпусти мою руку! Я хочу быть с тем человеком, с кем мечтала быть всегда - всю свою несбывшуюся́ вечность! Ведь теперь я тоже человек! Человек, а демон! Не "дочь" - творение Кабера! Не командир корпуса арми́и тьмы! Не принцесса мракá и зла! Человек! Слышишь меня? Теперь я такая же как и он! И никто и ни что не может боле помешать нам с ним быть вместе, даже судьба! Он мне пообещал! А свое Слово он держит, ведь он - Истинный Великий Герой и его Слово - ценнее любого золота, ибо всенда исполняется!" - произнесла бы́вшая Лиринель и попробовала вырвать руку из хватки такой же псевдобывшей шамана Рáн. "И... Все же..." - донеслось до Лили. Оглянувшись с улыбкой радости на устах, Лили посмотрела на Ран. В глазах той стояли слезы. "Что ж, ты сделала свой выбор", - с грустью произнесла Ран, печально смотря на одну из самых добрых бывших демонесс. "Ты ведь не заешь, так ведь? Для того, что бы все это было возможным он отдал все что у него было всем остальным, и... И он отдал Жнецу свои глаза. Он не видит Лиринель. Он больше никогда не сможет увидеть тебя - ни тебя ни кого-либо из них - ни в одной из своих жизней. Он знал на что шел... И каждый раз, рождаясь вновь и вновь, он будет переживать этот ад - или рождаясь незрячим, или теряя очи - ибо они - залог Жнецу за благоденствие тех, кто стал жертвами его тщеслáвия́! Он будет несчастен вечно",- произнесла Ран, смотя в землю. Она все же отпустила руку Лили. "Нет, не будет, ведь я тоже прокляла его! Прокляла особенным проклятьем! Что когда я встречу его вновь он наконец-то сможет стать счастливым! Ведь я сожгу дотла, всю карму, что в том аду, тогда, по воле злого Мира его взяла душа!" - произнесла Лили и улыбнлась. В ее человеческих глазах на миг сверкнул отблеск давным давно исчезнувшей магии мира демон. "Ты..." - протянула Ран и замолчала, а Лили... Лили, сжав в руке ветвь сакуры и больше не смотря ни на кого и ни на что, поняв что именно влекло ее все это время, бросилась к скамейке - туда, где ждал ее ее любимый. Ждал, отчаянно моля судьбу о том, чтобы она - Лили - его спасла. "Деон!"- звоко прозвенел ее голос и юноша сидевший на скамейке в окружении псов, оглянулся. В его серебрянных глаз отражалось солнце, что светило в улыбке Лиринель.

***

Тихо пело солнце Песню о любви. Купались в листьях птицы, Текли звеня ручьи. По озеру из сказки Скользили облака, То лебеди порхали, Обет любви творя. Два раненные в сердце Вновь встретились живя, Одетые в мгновенья, В глаза взирали дня. Минули годы злые, Войны прошли века, Уж больше не свчтые, Они нашли себя. Ее он встретил в блеске, Она его нашла, Им пели сойки песню, О том что жизнь одна. Они́ в глаза гляделись, Не в силах устоять, Ведь помнили то время, Когда могли сиять. Теперь насталó счастье, Кры́латы были сны, Развеяв все напасти, Они любовь зажгли. И в пламени салюта, Кружились чудеса. Ловили круг Сансарры, Товарищи шутя... Текли мгновенья змейкой. Улыбка в сердце жгла, Исчезли тьмы лазейки, К двоим судьба пришла.