Those Three Words

Даже после всего, что произошло между вами и живущим в этом мире человеком, наслаждающимся жизнью, вы, на удивление, по-прежнему чувствовали себя непринужденно с мистером Сильвером. Однако это ощущение комфорта заставило вас серьезно задуматься о своем здравомыслии. В конце концов, это, наверное, ненормально - чувствовать себя комфортно рядом с кем-то, кто с удовольствием разберёт тебя на части и будет наблюдать, как твое тело снова и снова регенерирует себя. И все же, ты не возражала против своего нынешнего положения так сильно, как, вероятно, возражала бы в прошлом.  Дом мистера Сильвера был разрушен в результате взрыва, по его же вине, поэтому вы предложили ему помощь в поиске нового. Вам удалось найти большую комнату, которую он счел достаточно подходящей, чтобы назвать своей базой, и с тех пор вы жили у него неопределенное время. Пока у вас была удобная кровать, на которой можно было поваляться, и кто-то составлял вам компанию, вы были счастливы.  Другие ваши друзья(?) тоже часто заходили поздороваться, чаще всего это были мистер Кроули и мистер Чапт. Иногда на тебя накатывало чувство одиночества, но это было тяжело, когда вокруг было так много дружелюбных лиц. Что ж...может быть, их лица и не были такими дружелюбными, но они были добры и нежны с тобой, и это действительно имело значение.  Вы слышите, как мистер Сильвер ходит по комнате, смежной с той, в которой вы обычно останавливались, и задаётесь вопросом, какие у него планы на сегодня. Высокий длинноволосый мужчина большую часть времени проводил за исследованиями. Вы виделись с ним не так часто, как можно было бы ожидать, несмотря на то, что вы были практически соседями. Все, что вы могли сделать, это надеяться, что он не возился с какими-нибудь ужасающими, жестокими призраками и впоследствии не вызывал их гнев. Вам нравился ваш нынешний дом, и отправка на поиски другого не входила в ваш список дел, которые нужно было сделать.  Кубик рубика в твоей руке был по-прежнему разобран , и казалось, что независимо от того, сколько времени ты потратила на его сборку, тебе удалось успешно сложить только одну сторону. Мистер Маска был так любезен, что подарил его вам (очевидно, у него где-то был запас предметов для фокусов), и вы были безмерно благодарны за его подарок. Попытки разгадать головоломку помогали вам скоротать время, когда вы были одни, и скорее всего, это помогало вам сохранять ясность мышления.  В данный момент вы лежите на спине на мягкой кровати в относительно пустой комнате, уставившись пустым взглядом в серый бетонный потолок. Как только вы решили, что достаточно отдохнули, вы медленно встаете с кровати и аккуратно кладете кубик на покрывало кровати. Ты вытягиваешь руки над головой, из твоего горла вырывается сдавленный звук, когда напрягаются твои затекшие мышцы, и ты начинаешь пробираться в другую комнату, где твой… Кем вообще был для тебя мистер Сильвер? Хотя да, он тебе нравился – черт возьми, ты бы даже сказала, что любишь его, – ты знала, что он не чувствует того же. Ты помнишь тот момент, когда он сказал тебе: “Я не понимаю, что это значит”, и что он не хотел спасать тебя от твоего состояния, нет...он находил тебя интересной, чтобы держать рядом, и именно поэтому он сделал то, что сделал.  Ты подумала, что это сложно - пытаться наладить отношения с человеком, который не понимает, что такое любовь. Но в глубине души ты знала, что не изменишь этого ни за что на свете. Он наслаждался твоим присутствием, и это было все, о чем ты могла просить.  Вы подходите к металлической двери и стучите, ожидая ответа. Через мгновение вы слышите, как голос мистера Сильвера отзывается эхом: “Войдите”. Дверь открывается с легким скрипом, когда вы поворачиваете ручку и заглядываете в довольно грязное помещение. В комнате, все еще довольно новой, было не так много крови, как в его старой. Вы заметили, что на полу и стене были свежие пятна, и не могли не задаться вопросом, от кого или от чего они остались. Однако, по большому счету, это не имело значения, поэтому ты не стала спрашивать.  Ты улыбаешься высокому мужчине и слегка машешь ему рукой, тихо говоря: “Привет. Я не беспокою?” Он улыбается вам в ответ и кладет скальпель, который держит в руке, на поднос из нержавеющей стали, на котором лежат различные медицинские инструменты. Похоже, он был занят чисткой многочисленных, как правило, запятнанных кровью инструментов. Мистер Сильвер поворачивается к вам лицом и мягко отвечает: “Привет. Не беспокоишь, можешь входить”. Он наклоняет голову набок, и при этом его длинные серебристые локоны колышутся, каскадом спадая с головы и спадая с плеч. Его улыбка слегка увядает, прежде чем он спрашивает: “Плохо себя чувствуешь? Ранена? Нужно лечение?” “Нет, лечение не нужно“. Быстро отвечаешь ты, не в том настроении, чтобы тебя препарировали или разбирали на части прямо сейчас, хотя, честно говоря, у тебя никогда не было такого настроения, даже если ты понимал, зачем это нужно. Вы останавливаетесь у двери, прежде чем, наконец, закрыть ее за собой, и вы оба остаетесь одни в этом уединенном месте.  Почему было так трудно сказать, что у тебя на уме?? Потратив немного времени на то, чтобы обрести уверенность, вы говорите мистеру Сильверу, теребя резинку прозрачного дождевика, который был на вас надет: “Я хочу побыть и пообщаться с тобой”. Он хмыкает и улыбается в ответ на твое признание, подходит к тебе и кладет ладонь на твое лицо. Ты инстинктивно закрываешь глаза и прерывисто дышишь, когда он проводит большим пальцем по твоей щеке. Какая-то часть тебя хотела разозлиться на него, поскольку он должен был осознавать, какой эффект производит на тебя, но ты не хотела рисковать тем, что он уберет свою прохладную ладонь с твоей кожи, поэтому держала рот на замке.  Мистеру Сильверу потребовалось довольно много времени, чтобы дойти до такой степени физической привязанности к вам, он начал делать это чаще после того, как увидел, как сильно вам нравится, когда мистер Кроули гладит вас по голове, поэтому вы не хотели разрушать прогресс, достигнутый вами в ваших сложных и нетрадиционных отношениях. отношения.  “Хорошо”, - начинает мистер Сильвер, убирая руку с твоего лица и указывая на один из двух стульев в комнате. Он улыбается тебе, прежде чем сказать: “Садись. Мы пообщаемся". Вы делаете, как вам говорят, не произнося больше ни слова, сложив руки на коленях, после того как садитесь, наблюдая, как мистер Сильвер садится на стул напротив вас. Вы разговариваете с ним довольно долго, делая все возможное, чтобы сообщить ему о своем текущем прогрессе в решении головоломки, поскольку это было практически единственное, что происходило в вашей жизни. Хотя говорить на языке другого мира было некомфортно, потому что при этом, как правило, не улавливалось большинство нюансов речи, но это был единственный способ общения между вами двумя.  Мистер Сильвер, похоже, уловил ваше разочарование, заметив, что вы все больше раздражаетесь из–за нехватки слов в вашем арсенале - термин, который вы искали, не приходил на ум. В ответ он наклоняет голову набок и спрашивает вас: “Ты расстроена. Почему?” “Не те слова“. Ты отвечаешь, нахмурив брови, когда смотришь на него снизу вверх, твой взгляд падает на окровавленные бинты, обмотанные вокруг его глаз. Ты поворачиваешь голову и смотришь на пол, на лужицу свежей крови, идеально подходящую по цвету к кубику рубика. Вы указываете на лужу и поворачиваетесь, чтобы спросить Сильвера: “Как это называется на вашем языке? Не мог бы ты сказать мне, как произносится этот цвет?” “Кровь”. Мистер Сильвер отвечает, не понимая, что вы хотели от него услышать. “Нет, нет“. - быстро отвечаешь ты, качая головой. Ты продолжаешь переводить взгляд с него на кровь, четко выговаривая свои слова, хотя он не понимал твой язык так, как ты могла понимать его. Однако ты не отступила и не сдалась, повторив еще раз: “Цвет – я хочу знать, какого цвета кровь”. Он замолкает, подперев рукой подбородок, и, похоже, ему требуется время, чтобы понять, о чем ты его спрашиваешь. Через несколько секунд мистер Сильвер произносит слово, которого вы еще ни от кого не слышали: “???” Ты заметно оживляешься, услышав новое слово, и выражение твоего лица заставляет мистера Сильвера издать легкий смешок, прежде чем он закинет ногу на ногу. Ты делаешь глубокий вдох, прежде чем сказать ему: “Хорошо. Спасибо.” После очередной паузы вы продолжаете говорить: “Итак…Одна часть объекта сделана, красная часть. Другие части трудно закончить.” Мистер Сильвер наклонился вперед в своем кресле, упершись локтем в колено, а рукой подперев подбородок, подняв голову и уставившись на вас неморгающим взглядом. Он всегда слушал вас с пристальным интересом, и вы бы солгали, если бы сказали, что от постоянного внимания ваше сердце не замирало в груди. Однако он внезапно говорит, указывая на лужу крови, на которую вы указывали несколько мгновений назад: “Как это называется?” "Хм?" - Спрашиваете вы, прерывая свой рассказ, чтобы посмотреть на него. Мистер Сильвер больше ничего не говорит, давая вам время осмыслить то, о чем он вас спросил. Вы оживляетесь, когда ваш мозг, наконец, осознает, что сказал мистер Силвер, и радостно отвечаете ему: “О, это красный цвет. Итак, кровь обычно бывает красной – кроваво-красной”.  ”Красная?" Он вторит, и от звука его голоса, произносящего слово, которое ты смогла понять, не листая свой мысленный словарь, у тебя перехватило дыхание. Это прозвучало так странно, но так приятно в его устах.  “Да, красный! Кровь красная!” Мистер Сильвер солгал бы самому себе, если бы сказал, что выражение вашего лица и тон вашего голоса не показались ему милыми. Затем выражение вашего лица слегка меняется, вы наклоняетесь вперед на стуле и с энтузиазмом говорите: “Боже мой, у меня только что появилась идея! Я научу вас своему языку!” “...Твой язык?“ - спрашивает мистер Сильвер через мгновение, слегка ерзая на стуле.  "да! Я научу тебя!” Отвечаешь ты, указывая руками и на него, и на себя. Ваш разум помнит, как мистер Сильвер и мистер Чапт помогали вам вскоре после того, как вы только попали сюда, обучая вас счёту, направлениям, частям лица и многому другому. Они помогли тебе расширить свои знания языка этого мира и, вероятно, были ответственны за твое выживание во многих ранних взаимодействиях. Итак, ты улыбаешься ему и говоришь: “Мы похожи”. Он улыбается в ответ, кивает головой и просто отвечает: “Хорошо”. “Хорошо, дай мне подумать...” Ты бормочешь что-то себе под нос, откидываешься на спинку стула и закрываешь глаза, размышляя, с чего бы тебе начать. Части тела, казалось, были первым, что приходило вам в голову, и в конце концов именно с них вы решили начать. Сидя на стуле, вы указываете на свою руку другой рукой, постукивая пальцем по ладони, и говорите: “Хорошо, итак, это моя рука - рука. Ты можешь сказать "рука”?" Как ни странно, было довольно мило наблюдать, как мистер Сильвер тратит время на то, чтобы снова и снова мысленно повторять произнесенное вами слово, пытаясь согласовать движения ваших губ со своими собственными. Ваши языки сильно отличались по звукам, слогам и тому подобному, так что он практиковался в том, что говорить, прежде чем заговорить на самом деле. После нескольких мгновений раздумий он отвечает: "…Р-у-ка“ “Эй, это было очень здорово! Неплохо для твоей первой попытки, Сильвер, даже если с произношением у тебя небольшие проблемы”. Говорите вы с широкой улыбкой и хлопаете в ладоши, одобряя его усилия. Он снова усмехается, находя ваш способ преподавания...милым.  Затем вы снова заговариваете, снова привлекая его внимание. Вы постукиваете подушечкой пальца под глазом и спрашиваете его: “Ты помнишь, как это называется? Кажется, я уже говорила тебе об этом раньше.” На этот раз мистер Сильвер отвечает быстрее, поскольку слышал, как вы спрашивали его о его собственных глазах, и он спокойно отвечает: “Глаз“ “Да! Отличная работа!” Вы хвалите его еще раз, показывая в ответ поднятый вверх большой палец. Затем он встает со своего места и подходит к вам, а его некогда белый лабораторный халат развевается у него за спиной. Ты запрокидываешь голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх с того места, где все еще сидела, и с твоих губ срывается простое и глупое “...А?”.  Мистер Сильвер протягивает руку к твоему лицу, нежно обхватывая твой подбородок своей ладонью. Ты чувствуешь, как его большой палец ложится на твою нижнюю губу, и он начинает водить пальцем взад-вперед по слегка потрескавшейся коже, слегка подергивая ее. Он наклоняет голову набок, серьезно спрашивая тебя: “Как это называется?” “О, э-э...” Ты знаешь, что в этот момент твое лицо, вероятно, невероятно раскраснелось, если судить по тому, какой жар разливается по твоей голове, и твой разум и сердце застигнуты врасплох его внезапным прикосновением и вопросом. Ты отводишь взгляд в сторону, резко сглатываешь, прежде чем, наконец, ответить: “Это мои губы – они, ммм... похожи на рот. Губы, рот, то же самое.” “...Губы?” - снова спрашивает Сильвер, чтобы уточнить, и его голос звучит почти хрипло, отчего у вас по спине пробегают мурашки.  Вы киваете в ответ, бормоча едва слышно: “Да...” Мистер Сильвер хмыкает в ответ, и легкая улыбка появляется на его губах. Он наклоняется, и его лицо оказывается так близко к твоему, прежде чем он спрашивает почти дразнящим тоном: “Хочешь прикосновений?” “Д-да”. Ты отвечаешь почти ошеломляюще быстро. Мужчина, к которому вы так привязались, посмеивается над вашим энтузиазмом, прежде чем наклониться вперед и нежно прижаться губами к вашим губам, держа ваше лицо в своих ладонях. Поцелуи не были обычным делом для вас двоих, и на самом деле мистер Сильвер инициировал их только тогда, когда ему этого хотелось. Ты чувствовала, как сильно бьется твое сердце из-за его внезапной привязанности, и какая-то часть тебя боялась, что оно вырвется у тебя из груди прямо здесь и сейчас.  Твои глаза закрываются, и ты наклоняешь голову набок, твои руки ложатся поверх его рук, которые так нежно держали твои щеки. Было почти некомфортно от того, как он держал тебя, словно ты могла сломаться в любой момент.  Затем, почти так же быстро, как и начался, поцелуй закончился, прежде чем ты успела это осознать. Лоб мистера Сильвера прижался к твоему, и он не сделал ни малейшего движения, чтобы убрать руки с твоего лица. Ваши губы больше не соприкасались, но он все еще медлил.  Мистер Сильвер вел нечестную игру, подумала ты, но все же не могла не задаться вопросом, почему он захотел поцеловать тебя так внезапно, так случайно. Ты закрываешь глаза и хмуришь брови, чувствуя, как сжимается горло, ноющее ощущение медленно распространяется по твоей груди, как болезнь, прежде чем ты шепчешь: “...Я люблю тебя”. Наступает тишина, промежуток небытия, прежде чем Сильвер внезапно спрашивает тебя, его голос такой же мягкий, как и твой: “Повтори?” “...Нет”, - Твой ответ почти мгновенный, и ты качаешь головой, прежде чем повторить еще раз: “Ничего“ “...Я люблю тебя”. Звук этих трех слов, слетающих с его губ, почти заставляет твой разум взорваться. Это звучало так сладко, но в то же время было хуже, чем любые страдания, которые вы испытывали раньше. Жгучая и мучительная боль, ощущение лезвия, вонзающегося в плоть вашего тела, не могли сравниться с той глубокой мукой, которую вы испытывали прямо сейчас. Мистер Сильвер что-то бормочет, склонив голову набок, в то время как его большие пальцы продолжают поглаживать твои щеки: “Что это значит?” Ты знала, что нет смысла пытаться объяснить свои чувства еще раз, но ты это делаешь. Ты все еще хочешь, хотя и знаешь, что пытаться бесполезно. Ты не можешь заставить себя посмотреть на него, когда говоришь, и бетонный пол кажется тебе более интересным: “Имеется в виду...Значит тоже что и «ты мне нравишься». Очень похоже”. Наступает пауза, мгновение раздумий, прежде чем Сильвер произносит: “...Не понимаю”. "я знаю." Ты отвечаешь, кивая головой в ответ.  “Ты знаешь?” Он спрашивает вас несколько растерянно, таким тоном, который вы очень редко слышите от этого человека. Забыл ли он тот момент, который вы, казалось, не могли забыть, воспоминание о котором постоянно прокручивалось у вас в голове, как заезженная пластинка? Это было несправедливо, подумала ты, что только ты была вынуждена хранить такие болезненные воспоминания.  “Мы говорили раньше”. Ты уточняешь, наконец, заставив себя посмотреть ему в лицо. Выражение лица мистера Сильвера было напряженным, губы сжаты в тонкую линию.  Тебе нужно было уйти, просто убежать от этого момента в надежде, что он забудет весь этот разговор, как, по-видимому, он сделал в прошлый раз. Ты поднимаешь руки и хватаешь его за запястья, убирая его ладони от своего лица, прежде чем встать со стула. Ты отказываешься смотреть на него, поворачиваешься и направляешься к двери, произнося: “...Я собираюсь прогуляться, так что вернусь позже. До свидания”. И тут ты чувствуешь, как кто-то тянет тебя за рукав плаща. Оно не было сильным, ничего такого, что могло бы на самом деле помешать вам двигаться, но ваши ноги сами собой подогнулись от этого небольшого движения. Мистер Сильвер говорит, и в его тоне нет ни малейшей требовательности – скорее, это прозвучало как мольба, когда он произнес: “Не уходи”. Ты делаешь глубокий вдох и поворачиваешься к нему лицом, спрашивая таким тихим голосом, что это даже застало тебя врасплох: “...Почему?” “Я хочу, чтобы ты была здесь”. Мистер Сильвер отвечает быстро, так быстро, что, кажется, это застает врасплох вас обоих. Вы двое некоторое время смотрите друг на друга, прежде чем он спрашивает, наконец, выпуская ткань твоего плаща из своих пальцев: “Останься…Ты останешься?” Вы снова задаетесь вопросом, осознавал ли мистер Сильвер, какое впечатление он на вас произвел, когда с ваших губ срывается вздох. Вы слегка киваете головой и отвечаете: “Я останусь”. "Хорошо." Он говорит в ответ с нежной улыбкой на лице, когда повторяет во второй раз: “Я люблю тебя”. Ты хмуришься и качаешь головой, говоря с легкой ноткой разочарования в голосе: “Не говори так. Это неправда”. “Это правда…Поверь”. Быстро говорит он, протягивая руку, чтобы снова коснуться твоей щеки. Ты не двигаешься, не уклоняешься от его прикосновений – ты по-прежнему наслаждаешься тем, как он держит тебя, словно хрупкий кусочек стекла. Брови мистера Сильвера слегка нахмурены, когда он бормочет: “Ты в замешательстве”. “Ты говоришь мне…Как, по-твоему, я себя чувствую?” Раздраженно спрашиваешь ты, беря его за руку и утыкаясь носом в его ладонь. Болезненное ощущение в груди все еще присутствовало, но уже не было таким мучительным, как раньше. Ты находишь в себе силы улыбнуться, глядя на него снизу вверх, и говоришь: “...но мы пройдем через это вместе – мы вместе. Верно?” “Вме-с-те...“ повторяет он, наклоняясь, чтобы еще раз прижаться своим лбом к твоему, и тихо говорит: ”Да“.