Часть 1.

Девушка в шоке смотрит на парня. У того со рта от удивления стекает кровь, а труп, что он держал в руках, с глухим стуком и хрустом падает на землю. «Дохлый, что ли?», думает София, прикрывая рот и нос рукой, чтобы не стошнило. С небольших ранок на руке трупа еле вытекают остатки крови, а у виновника этого инцидента, известного на всю школу, по глазам читается «надо убить свидетеля». — Черт возьми, — от этого низкого голоса веет невероятным холодом и даже можно услышать, как во рту парня не находят себе места не до конца проглоченные сгустки чужой крови. Влад приближается стремительно, не давая времени одуматься на побег, и хватает девушку за шею. Успевает заглянуть в напуганные зелёные глаза, прежде чем различает в хрипе девушки «спрячь труп, блять». Тот недоуменно замирает, задумывается: «че бля?». Спустя мгновение, он без сожаления бросает девушку в ближайшую стену, склоняется над ней, хрипящей и болезненно стонущей, и интересуется: — Тебе какое дело. София тяжело дышит: ей овладели страх и боль, но она поднимает настолько сдержанный взгляд, насколько может в этой ситуации, в чужие чёрные в темноте глаза. — Здесь патруль в пятнадцати-двадцати метрах, — почти на одном дыхании произносит девушка. — Полицейский. Не смотря на ночную темноту, было видно как у Влада заиграли желваки от напряжения. Ему совсем была ненавистна мысль о том, что могут возникнуть проблемы, которыми заниматься он не планировал. Он выдыхает, чешет затылок и что-то обдумывает. Прошла минута и Влад рывком за шкирку поднимает девушку на ноги. Та от удивления почти вскрикивает, но парень вовремя зажимает ей рот рукой, смотря настолько яростно, что дыхание ещё сильнее прерывалось и под землю провалиться хотелось. — Заткнись нахуй или подохнешь такой же жалкой смертью, — он кивком головы указывает на труп какого-то незнакомого ей человека. София несколько раз кивает и касается его руки, что почти перекрыла путь к кислороду. Влад убирает ее, толкает девушку поближе к трупу, за которым стоит огромная стена. Тупик. Она зажимает рот двумя руками, закрывает глаза и пытается держать себя под контролем. Получается довольно неплохо: слёзы мимолетно застывают в глазах, но тут же девушка пытается их прогнать. Парень накидывает капюшон толстовки поверх чёрной кепки и выглядывает из-за угла этой скромной подворотни, осматривается и убеждается, что за углом соседнего здания стоит, примостившись в тени от фонарей, полицейская машина, а рядом с ней курит мужчина в форме. — Блять, — тихо шипит Влад, возвращаясь обратно. — Только попробуй что-нибудь выкинуть и я тебя прямо здесь прикончу и похую мне будет на твой труп. В это же время он берет левой рукой девушку за руку, другой достаёт нож из-под толстовки и присаживается к недавно омертвленной туше. И отрезает руку прямо с того места, откуда недавно он высасывал кровь. — О, Боже, — София отворачивается прямо перед началом всего этого действия, пытается перенести сознание куда-нибудь в другое место, чтобы не слышать этот отвратительное хлюпанье разрывающейся плоти. Она чувствует копошение снизу после прекратившихся звуков, замирает, не поворачиваясь, и слышит отчетливый хруст и последующее протяженное «рвак». Очевидно, что парень решил самостоятельно разорвать чужую руку, из которой еле-еле вытекает кровь. Влад встает, а девушка уже синеет, не в силах начать вдыхать воздух. Парень замахивается и закидывает руку на крышу соседнего здания. Слышится, как этот кусок безжизненной и разорванной плоти скатывается по крыше, но останавливается, так и не упав с неё. Парень быстренько отпинывает трупака в самый темный угол, осматривает себя с отвращением, вытирает о толстовку руки, произнеся какое-то злое ругательство. Поворачивается на девушку, стоящей абсолютно покорной и старающейся не дрожать. Чувствует как ее рука вся вспотела, хотя на улице далеко не жарко. Рядом слышится чей-то голос и Влад, не долго думая, быстро поднимает свой нож с земли, чуть его отряхивает, вытирает о и так испачканную кофту и засовывает обратно в чехол под одеждой. — Только пискни, — грозит он раздраженно и закидывает девушку на плечо, без труда запрыгивает на крышу какого-то невысокого рядом стоящего дома. Слышится, как пластмассовые полотна чуть прогибаются под ними, и София еле подавила удивленный возглас, зажмурилась и, ожидая, когда это прекратится, ухватилась за чужую куртку, накинутую поверх испачканной кровью толстовки. И вот, спустя мгновение, она ощущает резкий скачок вниз. Ее бесцеремонно скидывают с плеча, отчего девушка падает на землю, и, пока парень снимал с себя верхнюю одежду, она огляделась, пытаясь приметить что-то знакомое. Ещё одна подворотня, узкий проход между двумя зданиями, но рядом уже оживленнее, чем в предыдущей: слышатся голоса и звуки машин. Влад кидает подальше толстовку, надевает свою длинную джинсовку, застегивая ее. — Ты совсем пизданутая? — парень агрессивно шипит, кусает губу, сдерживая себя от ещё одного убийства. — Нахера полезла в какую-то глухую подворотню и отвлекла меня? — Я спасла твою жопу, кровосос ты паскудный! — она переходит на такой же тон, делает ещё шаг ближе, словно совсем забыла, что этот парень убил человека прямо у неё на глазах и кто знает на что он ещё способен, если его разозлить. — Черт тебя дери, завали хлебальник, — Влад рывком окончательно сокращает расстояние, хватает девушку пальцами за щеки и сжимает, заставляя ту действительно замолчать и раскрыть рот в букве «О», и уже сам, но тише, словно подавая пример как сейчас надо разговаривать, продолжает. — Зачем тебе было это делать? Он отпускает руку, давая спокойно вдохнуть воздух, и явно ожидает ответа. — Тебе ли не все равно? — в ответ она получает только свирепый взгляд и продолжает: — Я не хотела влезать в происходящее, но так уж сложилось, что я проходила мимо и услышала какие-то хрипы и другие звуки… и решила хотя бы поглядеть, подойдя лишь не намного ближе. А потом я заметила как ты держишь в руках мужика, — она все же нервно вздыхает - говорить о подобном не очень приятно. — Я хотела сразу же убежать или хотя бы крикнуть полиции и если бы ты был обычным человеком, то мне удалось бы это сделать. — И какие у тебя мотивы? — Че? Влад раздраженно и нетерпеливо закатывает глаза и продолжает: — Зачем тебе было говорить мне о копах? Если бы ты этого не сделала, то был бы полный переполох, когда полиция бы нашла два обескровленных трупа с несколькими дырками на руках. Может, люди тогда начали задумываться о существовании таких как мы. — А вас много? — с интересом спрашивает София. — Я не обязан это говорить, а ты, в свою очередь, обязана ответить. — Да? Разве? — девушка вскинула бровь. Парень приоткрывает рот и наглядно облизывает заметные клыки. — Ещё как, — он качает головой. — Лучше не играй со мной, уж не в том ты положении. Не смотря на эти слова, Влад стал выглядеть спокойнее. — Я пожить хотела подольше. — Да ты что? — Если бы я не сказала тебе о патруле, ты б, как я на тот момент подумала, не колебался и тут же убил меня. Я подумала: «Может, если я скажу ему о полиции, то он образумится и повременит с моим убийством». Очевидно, что ты не смог бы спокойно оставить свидетеля подобного, но и быть тем самым, из-за кого увеличилось количество регулярных ночных патрулей и их подобающая вооруженность, тебе не хотелось, — расслабиться как убийца напротив не получалось, Софию лишь начало потрусивать. — Это все пронеслось у меня в голове в тот момент, когда ты схватил меня за шею, — она замолкает, делая глубокий вдох. — И как же ты меня убьешь? — А много вариантов? — Ты наверняка уже не голоден, так что можешь убить меня одним из вон тех кирпичей, — София указывает пальцем на несколько одиноко лежащих кирпичей возле мусорного бака поодаль, а сама скатывается по стене, присаживаясь. — Кто сказал, что я не голоден? — он прислонился к стене, скрестив руки на груди, казалось бы, противореча своим словам. — Я так и не допил кровь того человека. Она жмёт плечами, тихо говоря: «я лишь предположила». — У тебя биполярное расстройство? Шизофрения, может? Или ты просто ебанутая? — спрашивает Влад как ни в чем не бывало. Девушка поднимает на него вопросительный взгляд. Задумывается, а затем понимающе мычит, утыкаясь лицом в колени. — Наверное, всего по чуть-чуть, — она жмёт плечами и снова поворачивается к собеседнику. — Тебя это интересовать не должно, зачем-то дающий надежду на жизнь маньяк. — Ха, — он выпускает несдержанный смешок. — Слушай сюда, — он подходит ближе, меняясь в лице, и склоняется прямо над Софией. — Во-первых, ты жива ровно до тех пор, пока сама не совершишь ошибку, а во-вторых, не смей называть меня таким грязным словом. — А я разве не права? — Нет. — Почему? Влад шумно выдыхает через нос, хмурится, хватает девушку за волосы, сжимая и слегка приподнимая, отчего София стала вся как на иголках, но сама понимает, что… — Заткнись лучше, пока моя благосклонность совсем не иссякла и я не придушил тебя. …скоро доиграется. Внезапно слышится шумная вибрация телефона из куртки парня. Он тут же отпрянул и отошёл на пару шагов, принимая звонок. Лицо Софии перекосило то ли от обиды, то ли из-за того, что парень вырвал у неё несколько волос. Она приглаживает их и встаёт на ноги, попыталась украдкой прислушаться к разговору, но услышала лишь только односложное «отъебись и не доебывай», после чего Влад оборвал звонок. Мысленно София разочаровалась, но внешне даже не подала виду. В любом случае манипулировать этим существом не получится. Любой неверный шаг или слово могут стать последними. Этот факт словно так и не был произнесен, хоть и висит в воздухе, ощущаясь физическим давлением. — На этот раз тебе просто свезло оказаться мне полезной в какой-то степени, но я думаю, что ты не совсем тупая и понимаешь, что тебе никто не поверит в любом случае, — парень максимально глубоко вздыхает и выдыхает. — Если же ты все-таки тупая - я придумаю тебе смерть шикарнее обычного грязного кирпича. — У меня нет в этом сомнений, — София натянуто улыбается. Влад куда-то уходит по-английски, бросив напоследок сухое «твоя жизнь в твоих руках», оставляя девушку одну. Она стоит так минуту, после которой ее прорывает на слёзы. Зажав себе рот рукой, она села на корточки, жалко всхлипывая и трясясь.