Часть 1 "Покидая отчий дом"

*** — Не мужик растёт, а чёрт знает что, — кажется, что на лице мужчины, изрытом морщинами от постоянной хмурости, не осталось ни одной мышцы, что могла бы выдавать какие-либо другие эмоции кроме гнева и раздражения, — всё за своими книгами, а потом работать пойдё... ТЫ МЕНЯ, БЛЯТЬ, СЛУШАЕШЬ!? — хватает юношу за ухо, да так, что хрящик выворачивается на пару раз. Очень больно. — Да, я слушаю. — с удивительным спокойствием говорит сын, он уже давно привык за столько лет к подобной боли, подобной манере общения с ним и тем фактом, что его увлечения, казалось бы, такие полезные, в отличии от того, чем занимались сверстники в школе, вообще не получали поддержки. — Как мы уже разговаривали, после девятого, пойдёшь в техникум на сварщика, заработаешь сам себе на образование, а дальше... — и так хрипловатый, немного нестройный от некоторого количества выпитой беленькой, стал ещё хрипее и тон понизился, — сиди в книгах хоть до одури, а сейчас. Чтоб через минуту духу этих бумаг на столе не было! — рявкнул. "Я тебя в твоём же доме заварю, без доступа воздуха!" — думал Лололошка, кладя любимые пособия по физике и прочим техническим и гуманитарным наукам в ящик. После чего отправился спать. Подобные ситуации повторялись и повторялись. Согласитесь, если бы ваш ребёнок не в сидел бы в гаджетах круглые сутки, смотря ролики, от которых мозги плавятся, а читал подобное и хотел бы быть учёным, — вы, верояно, всеми способами старались бы поддерживать рвения своего чада к знаниям. В этой же семье было всё наоборот. Восьмой класс, на следующий год экзамены, вроде бы жизнь должна бить ключом: друзья, отношения и прочее. Но в жизни шатена были побои, упрёки, травля в школе. Благо, очки не носил, иначе точно бы вся школа травила его похлеще, чем крепость Осове́ц... *** Единственным светом в его жизни была младшая сестра Саша. Бойкая девушка, с таким милым и добрым взглядом, что не на радуешься. — Ло, как ты? Папа не приходил к тебе? — спрашивала кареглазого, параллельно прикладывая к своему запястью пузырёк со льдом, чтобы унять синяк. Где-то вдалеке послышился хлопок входной двери. — Нет, и слава науке! — его любимая фраза, он перводит взгляд на ненаглядную и видит сине-фиолетовое пятно, — Ох... Он тебя? — Д-да, просто он узнал, что общалась с одним парнем в школе, а мы просто друзья! А он так сильно схватил... — глаза немного начали блестеть. — Погоди, не плачь, — юноша легонько прижимает её к себе, пролезая через кольцо рук снизу, поглаживая по спине, — этого урода я когда-нибудь прибью! — Не говори так, я не хочу чтобы ты потом в тюрьме сидел, жизнь свою под откос пустишь, просто подождём... *** Таких эпизодов насчитать можно очень много, прямо кладезь. Кладезь ментальной боли. Складывалось ощущение, что просвета в этой... Нет "жизнью" назвать сиё действие очень сложно. Просто просвета не будет... Никогда. Пришла пора экзаменов. Расщёлкав их как орешки, можно было поступить в старшую школу и красная дорожка в престижный университет точно выстелится. Но прихоть отца важнее по причине стальной уверенности, что нужно иметь ремесло в руках, что может кормить, а не заумные книжки, которые нисколечки не понимал. Здравствуй, ненавистный техникум... Ужасно скучно... Всё давно знакомо и известно, но жалко нельзя перевестись сразу на курс, эдак, четвёртный, защитить диплом и пойти в долгожданный ВУЗ, а, может, и не один... И новая волна упрёков от старого тирана: — Всё такой же книжный червь, тебе не выбиться в люди, как ни пых... — ЗАТКНИСЬ, СТАРЫЙ ХРЫЧ! Накипело у Ло... Удар в солнечное сплетение был стремительным и точным, поддатый отец рухнул на пол, ударившись о затылок. — На... Отца... Руку?! — зло прохрипел лежащий. — Ты заслужил... Несколько минут сборов и брат с сестрой покидают это пропитанное злобой, негостеприимностью и прочими ужасным вещами место. Продолжение следует