Часть 1

Она никогда не была той, что любила сплетничать. Все тайны, которые когда-либо доверялись, Аллен хранила в секрете. Ведь она считала, что молчание — золото. Потому молчала. Всегда. Нет, она не была замкнутой или озлобленной на людей настолько, что не хочет говорить. Наоборот, Авадония обожала беседовать с друзьями, мило улыбаться и тому подобное. Наверное, именно поэтому у девушки всегда было много друзей. И они доверяли ей свои тайны, зная, что их никогда не раскроют. Это правда, Аллен давала обещание, что пойдёт на гильотину, если расскажет. Возможно это потому, что на её душе камнем лежала собственная тёмная тайна? Даже в тот день, когда это произошло, словно гром среди ясного неба, девушка поклялась самой себе, что никто не узнает. Когда в Театре Зла он подошёл к ней и заглянул в прекрасные, цвета морской глади глаза. Она не смогла отвести взгляд от него, лишь присмотрелась получше. И зря. Когда его синие глаза сменили цвет на алый, как кровь, девушка поняла, но было слишком поздно. Даже тогда она промолчала. Хотя могла закричать, несмотря на то, что никаким образом не могла воспротивиться. Когда её резко дёрнули за руку, оставляя красноватые отметины. Когда сильная рука сдавила её горло, едва оставляя возможность дышать. Когда спина ощутила прикосновение к холодному полу, а глаза со страхом смотрели на него. Когда белую ткань рубашки разорвали, обнажая небольшую и упругую грудь, а юбку задрали вверх. Когда стройные ноги он насильно раздвинул в стороны и грубо вошёл в её лоно, лишая девственности без явного на то согласия со стороны Авадонии. С её губ сорвался болезненный стон, но не более. Пальцы лишь крепко сжали синие волосы. Каждая секунда казалась ей вечностью. Мучительной вечностью. В низу живота всё горело огнём, в горле пересохло, а пустой взгляд был устремлён в потолок. Даже слёзы не катились по щекам. В одно мгновение гнев камердинера и похоть судьи смешались, но тут же отступили, поддаваясь бесконечному унынию и оставляя в душе девы только пустоту. Аллен не знала, сколько времени прошло, но наконец он закончил. И ушёл. Впрочем, ей было плевать, что с ним и куда он направился. Девушка собрала оставшиеся силы и встала с пола. Колени дрожали, отчего она чуть ли не падала. Сжав в кулаке небольшую прядь синих волос, Авадония лишь прошептала: — Галлериан… сука… я тебя ненавижу… Прошло достаточно дней, но тот самый она не забудет никогда. День, когда душа её погрузилась в уныние. Неважно, кто будет рядом, она натянет на лицо улыбку и затянет лёгкий и интересный разговор. Однако, никто так и не узнает, что Аллен хранит. Она никому не расскажет. Это только её тайна.