Кавех

      Ошибка в чертежах раздражала, будто назойливая муха, что беспорядочно летает по комнате. Кавех почти физически ощущал, что что-то не так, но не мог достаточно сконцентрироваться, чтобы ее вычислить. Колонны, своды, опоры, масштаб... для обывателя его рисунки показались бы вершиной мастерства, но только не для него. Не для него. Недостаточно идеально.       Тусклый свет лампы едва справлялся с освещением рабочего стола, а бумаг наваленных вокруг казалось слишком много. Неприятное чувство зуда из-за собственной глупости и беспомощности расходилось по телу, лишь добавляя раздражения и без того уставшему архитектору. Хотелось скорее закончить и вытянуться на диване, хотя бы до утра забывая о работе и деньгах, о славе и репутации, обо всем в этом мире.       Кавех чуть не сломал карандаш. Скрипнувшая дверь соседней комнаты лишь прибавила раздражения, заставляя отбросить на стол надоевший кусок дерева с грифелем. Он откинулся на спинку своего стула и устало потер глаза, заодно пытаясь убрать со лба растрепанную челку, что добавило еще больше раздражения. Хотя, казалось бы, куда уже больше.       Сейчас главное не впасть в уныние и закончить работу. Закончить работу, сдать проект и завтрашним вечером снять всю усталость в таверне. Мужчина вздохнул и снова склонился над бумагами: мелкие цифры буквально заплясали перед глазами, не желая складываться в выверенные рассчеты, а каждая линия казалась ужасно кривой. Сосредоточиться не выходило совсем, из-за чего приходилось крепче сжимать зубы и кулаки.       — Да в бездну это все, — карандаш полетел в стену, а бумаги рассыпались ровным полотном по всему полу. В бездну все! Решив не обращать на воцарившийся хаос абсолютно никакого внимания, Кавех устало прошел к дивану и рухнул на него, засыпая мгновенно.       Когда Аль-Хайтам решился заглянуть на шум, Кавех уже спал, поэтому тот осторожно прошел к столу, чтобы лишь погасить лампу на столе. Нечаянно его взгляд зацепился за один из чертежей на полу, заставляя мужчину усмехнуться: на крыше одного из зданий весело маячил крошечный человечек, которого Хайтам нарисовал там накануне шутки ради. Нужно будет утром сказать об этом Кавеху.