Зачем?

Дазай стоял на самом краю здания. На его лице застыла безмятежная улыбка. Его глаза были закрыты, руки были убраны в карманы длинного бледного пальто. Шум ветра заглушал гудение машин, громкую музыку, доносящуюся из клубов ночной Йокогама, плач ребёнка, которого отчаянно пыталась успокоить уставшая мать. Ветер заглушал жизнь города, как и Дазай сейчас пытался заглушить свою. Потускневшие глаза оглядели мерцающий пейзаж. Ах, как прекрасна была ночная Йокогама, пронеслась мысль. Однако даже ее яркие огни магазинов, вывесок, рекламных стендов, дорог, ничто не могло придать искры глазам Осамы. Сделав глубокий вдох и расправив плечи, Дазай последний раз оглядел родной город и сделал шаг. Он полетел. Будто наконец-то у него раскрылись крылья и он смог сделать ими взмах в сторону ласкающей смерти. Осаму раскрыл руки и прикрыл глаза. До заветного конца оставалось всего пару секунд. Неожиданно его кто-то резко дернул за плащ и Дазай завис в воздухе, не долетев каких-то жалких 17 этажей. Осману обернулся. Объятый красным сеянием Чуя крепко держал бледную ткань пальто, хмуро смотря на бывшего напарника. - Зачем? Дазай спросил без каких-либо эмоций, не ожидая ответа. - Тебе не поможет твоя способность С этими словам Осаму ловко крутанулся, крепко сжав своей ладонью локоть Накахары. «Исповедь неполноценного человека» обнулила «Смутную печаль» и они оба полетели вниз. Двойное самоубийство, прям как я хотел, - улыбнулся Дазай. Внезапно Накахара подтянул Осаму ближе к себе и поменял их положениями. Теперь Чуя летел спиной вниз и крепко удерживал бывшего напарника за живот так, что Дазай всем позвоночником ощущал тепло от тела Чуи. 3 2 1 …. Послышался громкий хруст, в ушах загудело. Дазая откинуло в пару метрах от Накахары. На улице было пусто. Машин не было. Люди не проходили. Осаму открыл глаза. Он все еще был жив. Он все еще был здесь. Левая рука, как и нога оказались сломаны. Несколько рёбер тоже пострадало. Осаму огляделся. Как только пыль улеглась, взгляду привстала неприятная картина. От точки их падения расползались небольшие трещины, а в самом центре обездвижено лежал его бывший напарник. Все его тело было изуродовано. Руки, ноги, шея, пояс находились в абсолютно не свойственным им положениям. Дазай подполз ближе. Еле-ели различимо было сиплое дыхание Накахары. Кровь была повсюду. Осаму заметил вылезающие, раздробленные кости в нескольких участках тела. Он не понимал Он просто не понимал Зачем? Для чего все это было? Не в силах подняться, он перевернулся на спину и поднял глаза на ночное небо. Звезды Это было необычно Когда он в последний раз наблюдал звёзды? Какая же Йокогама маленькая по сравнению с этим бесконечным небом. С этим космосом. С этой вселенной. Мы всего лишь жалкие букашки в этой необъятной жизни. Дазай повернул голову на Чую. Его веки подрагивали, из носа и со рта стекали тёплые капли алой жидкости. Что-то очень больно екнуло в груди. Даже это необъятная неизвестность, скрывающаяся за звездным небом была куда ближе тем то, что происходило здесь, сейчас, на земле, рядом с ним. По щеке неожиданно скатилась слеза. Дазай замер. Он плакал? Дазай сморгнул. Действительно, как иронично получается. Чтобы почувствовать что-то такое близкое каждому человеку как эмоции и чувства, нужно стать ближе к полному их исчезновению. Мокрая пелена закрыла обзор. Осаму горестно улыбаясь закрыл глаза. Сил не оставалось. Он больше не мог туда смотреть, он больше не мог чувствовать. … Проснулся Дазай только на следующее утро. Рядом с ним оказались Акико и Доппо. Они беспокойно смотрели на коллегу. Осаму криво улыбнулся. - Как Чуя? Дазай приподнялся на руках и принял сидячее положение. Оказалось, что Йосано полностью вылечило его травмы. Осаму повернулся к девушке. Та, неожиданно замялась. - Понимаешь, травмы были ужасающими. Я сделала все что смогла, но… У Дазая вновь что-то неприятно сжалось. Он вновь почувствовал ту неприятную близкую боль. - Отведи меня к нему, - хмуро бросил тот. Акико, обменявшись взглядами с Куникидой неуверенно кивнула и направилась к выходу. Осаму последовал за ней. Они прошли несколько дверей и наконец остановились. Йосано не стала заходить внутрь, она толкнула серую поверхность, впуская Дазай. Он молча прошёл внутрь. Дверь позади закрылась. Перед ним на койке лежал его бывшей напарник. Все тело было перевязано в бинтах. На руках и ногах можно было наблюдать гипс. Не было видно и края кожи, лишь пристальный взгляд лазурных глаз прожигал Осаму. Дазай также молча подошел к тумбочке возле кровати. Он буквально ощущал на себе эти леденящие глаза. Протянув руку к бумагам, лежавшим на деревянной поверхности, его пальцы дрогнули. «Критическое положение. Организм пациента неожиданно начал сопротивляться способности «Не Отдавай Жизнь Свою». При столкновении со способностью, органы начинали покрываться чёрными полосами, тем самым нанося вред организму. Органы пациента отказывают.» Чёрными чернилами было выведено заключение: «летальный исход» На лице Осаму не промелькнула ни одна эмоция, не дрогнул ни один мускул. Но, то чувство, оно нарастало с пущей силой. Дазай отнял руку от листков и посмотрел в глаза бывшего напарника. Их взгляды пересеклись. Оба смотрели молча, не двигаясь. Наконец Осаму решился начать. - Зачем? Сердце вновь сжалось. До этого этот вопрос не вызывал каких-то ощущений, но сейчас это было как если Дазай уже знал ответ на этот вопрос. - Ты так и остался преданной собачкой, да Чуя? Ты не можешь перестать заботиться обо мне? - Осаму изобразил язвительную улыбку. Он не понимал зачем это говорит. С каждым словом становилось все больнее, но он не мог остановиться, как будто пытался проверить насколько далеко зайдут его собственные чувства, как долго он сможет вытерпеть. - Ты не смог забыть меня? Даже когда я тебе предал, когда разорвал все, что нас связывало? Дазай закапывался все глубже и глубже, как было больно и приятно одновременно. Он чувствовал, он наконец чувствовал. Неожиданно глаза Чуи расширились и он усмехнулся. Он поднес ладонь ко рту и залился в историческом хохоте. Дазай замер. Что-то не так. Он где-то ошибся? Он неправильно что-то понял? Не до конца что-то разобрал? Наконец Накахара успокоился и устремил свой насмешливой взгляд на бывшего напарника. - Ты не знаешь? Осаму остолбенел. Он действительно что-то не знал. Его обыграли, его обошли. - Неужели великий гений Йокогамы так ничего и не понял? Чуя вновь усмехнулся. По телу Осамы прошлись мурашки. Накахара прищурился и его глаза недобро сверкнули. - Все это время это был приказ. Приказ сделать все возможное, чтобы Дазай Осаму не погиб. Осаму окатил холод, жуткий холод. - Мори всегда не оставлял надежды, что ты вернёшься, а я всего лишь исполнитель. Я ЛИШЬ ИСПОЛНЯЮ. Чуя наконец отвёл взгляд. Дазай был не в силах пошевелиться. Как было БОЛЬНО. Очень больно. Невыносимо. Он ошибся. Он ошибся не в теории, а в чувствах. Эти чувства… Он не ожидал такого… Он не ожидал таких ощущений. Рука сама дернулась к области сердца и сильно сжала ткань. Осаму почувствовал, что задыхается, он не может ровно дышать. Дазай развернулся и бросился прочь. Его пытались окликнуть, но он никого не слышал. Осаму не понимал куда бежит, ноги сами несли его по улицам, пока он не оказался на береговой пристани. Дазай остановился. Оттенков рыжего, розового, желтого закат переливался в бликах воды. Закат. Снова что-то далекое, что ощущалось так близко. Дазай наконец смог вздохнуть полной грудью. Кто он? Зачем он? Почему он? Закат…вновь мысли возвращались туда, а вопросы оставались без ответов. Что он здесь делает? Почему он пытается спасти жителей этого города? Почему он пытается спасти этот город? Он не знал других мест. Он не знал других закатов, другого звездного неба. Неожиданно прозвучал громкий гудок. Осаму обернулся. Это пароход объявлял об отплытии. Действительно, если он не будет искать, то он и не найдёт. Осаму закрыл глаза. Приятный, прохладный ветерок зашевелил волосы и одежду. Дазай сделал еще один глубокий вздох. Перед глазами до сих пор оставались те самые лазурные глаза. Осаму зажмурился. Он должен был что-то сказать, он должен был что-то сделать, но… Он больше не может туда вернуться… Дазай запустил руки в свое пальто и неспешным шагом направился в сторону причала. … Чуя крепко сжал зубами костяшки кулака и сильно зажмурил глаза. Соленые капли начали стекать по щекам. Комнату оглушил рваный вздох. Акико дёрнулась и посмотрела на Куникиду. Тот сочувственно посмотрел на главного исполнителя портовой мафии и, кивнув девушке, вышел из комнаты. Йосано последовала за ним. Захлопнув дверь, девушка услышала отчаянный крик. Что-то разбилось в палате. Она сильнее сжала ручку. Внезапно чья-то рука дотронулась до плеча. Акико подняла взгляд. Доппо внимательно посмотрел на девушку, а затем отрицательно покачал головой. Смотря в лицо коллеги, Йосано пыталась найти ответы на вопросы, которых так и не смогла отыскать. Пальцы разжались и двое сотрудников ВДА отошли от палаты.