Часть 1

      Из зеркала на меня могла смотреть заспанная девушка с огромными синяками под глазами и растрёпанной шевелюрой. Но я была уверена, что в том далёком мире зазеркалья эта «я» лучше. Совершеннее. Идеальнее.       Ведь иначе и быть не могло. Это у неё порой был блеск в глазах, тогда как я точно знала: поводов так радоваться у меня нет. У неё была красивая улыбка, тогда как я чувствовала, что я так никогда не улыбаюсь и вообще не умею.       Она ходила за мной по пятам, чтобы отразиться в зеркале в школьном туалете или в витрине магазина, мимо которого я проходила, не удержавшись от искушения заглянуть туда, чтобы тут же пожалеть, заметив себя. Она показывала, насколько я нелепа. А потом появлялась во сне. Ослепительно улыбалась, гораздо красивее, чем в зеркале. И всем своим видом демонстрировала превосходство надо мной. Надменный вид подходил ей. Он не делал её нелепой, как меня. Её волосы всегда красиво лежали, у неё был безупречный макияж, а одежда подчёркивала фигуру. Та «я» прекрасно играет на фортепиано и гитаре, ведь она их часть. Та «я» не тратит время попусту, ведь когда она не отображается в экране телефона или карманном зеркальце, она точно занимается чем-то полезным. Она не думает о том, как она ничтожна, потому что она хороша и даже более того. И мне никогда не стать ей. Из нас двоих, скорее, — это я отражение, причём в кривом зеркале. Я знала, что я нелепая и растрёпанная, я не умею так улыбаться, я не умею быть эффектной. Так говорили многие. И я была убеждена, что они правы.       Та «я», что на фото, уже была ближе к тому, как я себя ощущала. Я никогда не любила свои фотографии. Они всегда были с дурацкого ракурса: на одной нос смотрелся отвратительно, на другой я непонятно как поставила ноги, на третьей смеюсь, жутко некрасиво демонстрируя зубы. И всё равно та «я» была лучше меня. Она искренне смеялась и не боялась плохо получиться на фотографиях. Она была живой. Я же ощущала себя лишь существующей, не более.       Даже моя тень была лучше меня. Если она некрасиво вытягивалась, когда я приближалась к источнику света, я знала, что она настоящая другая. С красивыми изгибами тела, с видом, где не заметны недостатки, даже если они есть. Та «я», что была моей тенью, не переживала по поводу некрасиво сидевшей одежды или выскочившего на лице прыща. Это было не заметно и не причиняло ей никакого дискомфорта. Она всё равно была прекрасна.       Искажённая, «я» в воде была прекраснее меня. Свободнее. Ей не нужно было волноваться от отношениях с близкими, будущем, своей жизни. Она просто была собой, без всяких проблем, они все были для неё пустым звуком. Она не переживала по поводу того, как выглядит, ей было всё равно. Она принимала себя такой, какая она есть.       Но самой свободной была другая «я». Та, что отразилась в лезвии бритвы. Та я, что победно улыбнулась, чувствуя, что всё совсем скоро закончится, весь этот кошмар уйдёт прочь из моей жизни. Как, впрочем… и сама жизнь.