***

Ты рядом, ты зá руку, за спиной, как отложенный до выходных суицид; Ты, где нервов сплетенье, где сердце болит. Всё в порядке, приму антацид. У меня на столе биография, у тебя за столом – настоящий Черчилль, Ты ведёшь с ним живые беседы, а я конспектирую эти речи. Это ложь. Город не высверлен, не разбит; как гнилой зуб, чуть прихваченный шаткой пломбой. Я не вижу ист-эндских доков и мёртвых шлюх. Это твой, а не мой Лондон! Я не чувствую запах твоих сигарет дефицитных и чая. Господи, чай с бергамотом... Это бред. Только сердце моё – кровью, а тело моё обливается пóтом. Время стало рекой полноводной, нас всё дальше и дальше с тобой разделяя. Я теряю тебя в кровеносной системе города, с каждым стуком Биг-Бена навеки теряю. С фотокарточки смотрит мужчина с громом в глазах, вихрь – в волосах, до последней морщинки – мой человек. Раз вернуться – никак, оторваться хочу. Но он рядом. Меня не спасает бег.