-

У меня есть рука, что держать ты презрела, и в мысли Отпрянула, закрылась, замкнулась под тяжестью строгой… Я не знал, что когда-то ты лгать научишься быстро, Опьянённая алчным страданьем в своею берлоге. У тебя есть рука, но и я утолю свою жажду иным, Чьи-то пальцы сожму, до хруста костяшек, стона!.. Не могу прекратить глотать слёзы, кричать в седину, И в мазут окунаться, согретый богом притона. У меня есть рука… И твоя кисть овеяна светом. Не могу не тянуться. Не могу оказаться не близко. Мы теплы, холодны… Я всё голоден… Солнце так низко; «Убаюкивай Память Последнюю», — шепчешь ты диску.