i.

I don't even recognize the face I hide, Cause everything I've tried left me hallow inside. Миром правят деньги. Если ты обладаешь внушительным количеством финансов – куча самых разнообразных возможностей открыта. Во власти Дайске Камбэ – безграничный баланс. И у его ног весь мир. Он мог все. *** Хару Като, право, его даже забавляет. Они с ним познакомились в тот момент, когда этот упрямый полицейский пытался задержать Дайске по подозрению в приличном списке преступлений. Но, как и ожидалось, ничего не вышло. И с тех пор количество их встреч лишь росло. Като гнался за Камбэ, а тот каждый раз ловко уходил, напоследок щедро одаривая самодовольной ухмылкой. И Хару каждый раз стискивал зубы до боли в челюсти. — Чего же ты добиваешься, Хару Като? — однажды спокойно интересуется Дайске, когда они опять пересекаются. Като не удивляется, что его раскрывают и во время нахождения под прикрытием на светском мероприятии. А Камбэ даже не пытается ничего сделать с этим. Знает, что при любом раскладе выйдет победителем. Поэтому решает побеседовать. Впервые. — Справедливости, — четко бросает Хару, на что получает искреннюю усмешку. — В этом мире нет никакой справедливости. Все твои действия – бесполезны абсолютно. Сдайся, — Дайске элегантно отпивает красное вино, и наконец переводит взгляд на собеседника. В его голубых глазах отражается безжизненный холод. И больше ничего. У Като невольно пробегают от этого мурашки по спине. Впрочем, иного нельзя было ожидать от того, чьи руки по плечи в крови. — Никогда, — Хару хмурит брови. Его золотистые глаза горят ярко. Камбэ уже давно не видел такого упорства и стремления к собственной цели. — Ты ведь знаешь, что не можешь ничего сделать мне, тогда зачем? Зачем ты продолжаешь лезть под удар, зная, что не выйдешь победителем в этой схватке? — Потому что я верю в силу справедливости. Даже если весь мир встанет против меня, я продолжу бороться за то, что считаю правильным. Если это не сделаю я, то кто еще? Дайске молчит, не спешит с ответом. Осушает бокал и ставит на стол, неожиданно поворачиваясь к Като всем корпусом. — Ты – глупец. Думаешь, кому-то это будет нужно? В нашем сгнившем мире такие люди первыми прощаются с жизнью и о них сразу забывают. Ты либо играешь по «правилам» общества, становясь еще хуже, чем все эти богатые ублюдки, либо погибаешь. В голове Като резко щелкает. — Если так подумать, ты ведь... На самом деле тоже борешься за справедливость. По-своему. Разбираешься только с теми, кто злоупотребляет своей властью и деньгами. Вот только так мир лучше не сделать, понимаешь? Хару внимательно смотрит в глаза напротив, надеясь увидеть хоть что-то, хоть какой-нибудь проблеск сквозь эту пустоту и тьму, в которую Камбэ себя окунул с головой уже давно. — Есть другие способы. Ты можешь использовать свою силу иначе, не уничтожая себя самого при этом. И в глазах Дайске действительно что-то мелькает. И скоро потухает. — Слишком поздно для этого. — Нет, никогда не поздно начать. Will you save me? I am in too deep.