фригг, прядущая облака

— Здесь всё также воет ветер и стонут деревья… — девушка, чью красоту совсем немного оставила молодость, всматривалась в холодный пейзаж за окном, тихо вздыхая. Её шелковые волосы струились по накидке, состоящей из теплой шкуры животного. Несмотря на то, что от лютого мороза и метели её отделяют стены крепости, свежий воздух всё равно щекотал глотку при глубоком вздохе. — Могучий Улль проклял этот край и наслал холодное безмолвие, что длится по сей день. — мужчина, облаченный в такую же накидку из шкуры дикого зверя, переступает порог и проходит вглубь комнаты. — Ты чем-то встревожена, о прекрасная Сиф? — Побойся, Нацу. — смеется «Сиф» — Называть меня именем богини, именем супруги Тора… Даже для тебя это слишком, неужели не боишься их гнева? — Не моя вина в том, что у тебя слишком много совпадений с великой красавицей Асгарда. Взять хотя бы твои золотые волосы. Я никогда не перестану считать тебя богиней. — Ты и остальные уже вернулись с охоты? Что-то случилось? — Драгнил подошел к девушке вплотную, желая обнять и почувствовать долгожданное тепло после вылазки в лес. Волосы его были жесткие после прилипшего к ним снега, а болотного цвета глаза смотрели слегка уставши. — Снег покрылся льдистым слоем наста, да таким крепким, что звери не оставляют следов. Но нам всё же удалось поймать пятак кабанов, благодаря Фенриру. — произнося это имя, его усталость как будто на секунду пропала и взамен ей появилась гордость за своего питомца. Люси лишь тяжело вздохнула, она не была набожной, но даже после стольких лет не может привыкнуть к равнодушию этого северного края к богам. Нацу нашел этого волчонка в своей далекой юности и прозвал Фенриром, назвал также, как и того, кто сулит рагнарёк. Может гигантским, как тёска, волк не вырос, но всё же он отличался поразительным нюхом, который отлично помогал при охоте. — Я так устал… — прижимая крепче к себе супругу, шепчет мужчина в золотистую макушку. — Рядом с ней он может позволить себе это, может побыть не вожаком и суровым охотником, а мягким влюбленным человеком. Улыбаясь, не говоря ни слова, она мягко прикасается своими нежными ладонями к его лицу и целует каждый шрамик, полученный на том или ином сражении. — Ты хорошо поработал сегодня, любимый. — она игриво бодает его лбом, пытаясь так передать свое спокойствие и ощущение счастья. Чувствуя всё это, Драгнил благодарно улыбается, легко целуя Люси в ее мягкие губы, отдающие вкусом дикой ягоды. Приятную тишину нарушает лишь ветер на улице, что беснуется словно дьявол. — Не страшно, что меня как вожака проклял Улль. — он со всей нежностью, присущей его крепкому охотничьему характеру, целует её румяные щеки и сильными руками оглаживает хрупкую девичью талию. — Главное, что на любовь с тобой меня благословила прекрасная Фригг.