Dancing by appointment

      Танцы были призванием Грэйс. Ходьба, бег, прыжки, подпрыгивания, скачки, скольжение, повороты и раскачивания во время занятий ей безумно нравились. Она любила танцевать, передавая своим телом различные эмоции: начиная от радости и заканчивая скорбью. Все учителя по танцам, что могли увидеть её танец, твердили одно: Грэйс талантлива, и её ждёт успех. Признаться честно, она и вправду верила, что добьётся успеха, и в этом ей никто и ничто не помешает. Но она ошибалась.       — Что? Но, отец… этого не может быть!       Слова отца пришлись не по душе Грэйс. «Ты прекратишь тратить своё время и молодость на какую-то ерунду, что ты называешь танцами, и выйдешь замуж. Я нашёл прекрасного супруга для тебя, и у вас завтра свидание», — эти слова прозвучали как самый настоящий приговор.       — Ты выйдешь замуж по расчёту, — твёрдо заявил господин Адамс, поправляя очки и листая дальше газету.       — Но мои танцы, я не могу их…       — Эта тема больше не обсуждается! — повысил тот голос и прожёг взглядом свою жену, что стояла в стороне, не решаясь вмешиваться в разговор.       — Грэйс, доченька, выйдем-ка на минуту, — она положила руку на плечо дочери и увела её подальше от кабинета.       Они спустились вниз по лестнице и пришли в большой зал.       — Сядь, — сказала мать, присев на кресло, указывая взглядом на противоположное кресло. Грэйс не промолвила ни единого слова и исполнила приказ.       Тишина бы продолжалась, если бы госпожа Адамс не решила начать разговор:       — Смирись со своей судьбой, — она отпила кофе из чашки, что взяла со столика. — Твой отец лишь желает тебе всего наилучшего. В конце концов, ты бы вышла замуж рано или поздно. Выйти замуж за того, кого родители считают лучшим кандидатом и большой выгодой меж двух семей — участь любой дочери, которая родилась в достаточно богатой семье.       — По-вашему, — начала Грэйс, наконец-таки подняв на мать взгляд, — отдать дочь в семью неизвестно кого ради собственной выгоды — правильно?       — Семья господина Оливера достаточно известна, — поставив чашку обратно на стол, госпожа Адамс положила ладони поверх скрещенных рук дочери. — Не глупи, дочь моя. И прими этот брак как данность. До сегодняшнего дня я помогала тебе заниматься тем, что ты любила, но отныне такого больше не повторится. Поэтому забудь про танцы, — на последних словах Грэйс вскочила с места, грубо убрав руки матери со своих.       — Я не брошу танцы, — прошипела она и направилась к выходу.       — Твой отец запретил тебе выходить за пределы дома. Не удивляйся, если охранники снаружи не отпустят, — заявила мать вслед дочери.       — К чёрту вас всех! — с ненавистью бросила та и поспешила к своей комнате, топая своими высокими каблуками по лестнице. Из её глаз текли слёзы, которые она утирала рукавом. Оказавшись в своей комнате, Грэйс закрыла дверь на замок. Она закрыла рот, чтобы никто не слышал её всхлипы, и скатилась вниз по двери. Слёзы текли безостановочным потоком, струились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Тот факт, что Грэйс надо расстаться с любимыми танцами, ранил её больше чем то, что никто из родителей не был заинтересован в её мнении насчёт такого серьёзного шага как брак. Решив, что она станцует последний танец в своей просторной комнате, Грэйс поднялась с места, продолжая плакать. Она взяла по пути телефон с наушниками, чтобы никто не услышал музыку, доносящуюся из её комнаты, и включила песню, а затем, положив гаджет в карман, с закрытыми глазами начала танцевать. Она изящно кружилась и уже перестала плакать, забывшись в движениях. Закончив, Грэйс села на пол, вытащила из ушей наушники и заметила одно непрочитанное сообщение. Она тут же прочитала смс и нахмурилась, увидев, что оно от неизвестного номера. Там было написано: «Здравствуй, дорогая Грэйс Адамс». «Кто вы? Откуда вы знаете меня?» — напечатала Грэйс, и ответ не заставил её долго ждать. «Я знаю о тебе всё и даже больше, чем ты могла знать о себе, дорогуша». «Да вы кто такой?» «Я — Люцифер. Самый настоящий демон, исполняющий желания смертных. Таких, как ты, оказавшихся в сложной ситуации». Грэйс вспомнила свой разговор с подругой, Ребеккой Джеймс, где она рассказала, что обращалась к демону за помощью, и тот ей помог. Вот только Ребекка исчезла. После последнего их разговора её никто не видел. Вот почему Грэйс насторожилась. Давно для неё не было секретом явление параллельного мира, где жили демоны, что исполняют любые людские желание. И сейчас ей предоставился шанс переписываться с одним из них. В какой-то момент её обуяла дикая смесь страха и жгучего интереса. «Раз уж вы демон, что исполняет желание людей, вы должны знать, что стало с моей подругой Ребеккой», — написала Грэйс, надеясь, что собеседник знает, о ком она говорит. «Ребекка Джеймс? Та самая смертная, что заметно похорошела за один день?» Грэйс вспомнила, что подруга говорила, что как только обратилась за помощью Люциферу, она заметно сбросила вес, став стройной, и тут же написала: «Да, именно она». «В таком случае, дорогая Грэйс, мне придётся разочаровать тебя, ведь она уже исчезла с планеты Земля и вообще из всех возможных миров. Бедняжка, я же говорил однажды, что надо бояться своих желаний и столько же быть осторожными с ними. Видимо, эти слова твоя подружечка пропустила мимо ушей». «Невозможно! Я не верю тебе!» «Хотела стать стройной — взяла и стала. Но она желала ещё кое-что: наказать своих обидчиков, что обзывали её толстушкой, жирной и прочее. И что я сделал? Взял да исполнил её желание. А ведь она совсем забыла, что, глядя в зеркало, она говорила себе, какой толстой является, соглашаясь с теми, кто её так обзывал». Грэйс перечитала сообщение несколько раз и вновь заплакала. Кто бы мог знать, что её драгоценная подруга не просто пропала, а… исчезла. Пока она думала, что Ребекка сбежала со своим любимым парнем из своего дома, где её родители точно также, как Грэйс, желали связать узами брака свою дочь с сыном влиятельного человека, она… испарилась. — Ребекка, — сорвалось с уст Грэйс. Она вспомнила счастливо проведённые моменты с подругой, участь которой была схожа с её, и разрыдалась, глядя на свою руку, где красовался браслет их дружбы. — Что же тогда будет со мной, если я буду неосторожна в своем желании?       Она плакала, пока не пришло ещё одно сообщение: «Насколько я знаю, твои родители хотят выдать тебя замуж за того, кого ты ни разу не видела в своей жизни? А знаешь, я могу сделать так, чтобы ты больше не могла слышать, как они поднимают эту тему. Для этого от тебя нужно только твоё согласие. Ответишь «да» — получишь желаемое». «Ты можешь сделать так, чтобы я могла заниматься своими любимыми танцами, а родители перестали твердить мне об необходимости брака?» Грэйс отчаянно надеялась, что её желание исполнится. Она даже ухмыльнулась сквозь слёзы, представляя, как будет кружиться в танце, не думая о фиктивном браке и родителях, которым, собственно, было всё равно на свою дочь с её мнением. «Конечно. Одно лишь слово, и твои желания станут реальностью, дорогая». Где-то на втором плане скреблось странное чувство, но Грэйс отмахнулась от него, словно от надоедливой мухи. В конце концов, что может быть лучше занятий танцев? Взвесив все за и против, она написала: «Да, я согласна». «Чудесно, моя девочка. Теперь твои мечты стали реальностью, поэтому выйди из своей комнаты, чтобы убедиться в этом». Только дочитав, Грэйс поспешила к двери с улыбкой на лице, наивно ожидая, что её родители будет просить прощения за то, что не обращали на её мнение внимания и хотели выдать замуж за незнакомца. Она открыла дверь и замерла на месте. — Отец… Мама… — сорвалось с губ Грэйс, когда она увидела родителей уже мёртвых. Одежда на них была изорвана, они истекали кровью. Выронив телефон из рук, она бросилась к ним и зарыдала, убеждаясь в том, что они не дышат. В этот момент сзади Грэйс раздался проникновенный голос:       — Вот теперь, как ты и хотела, они не будут выносить тебе мозги, говоря о браке. Захлёбываясь слезами, Грэйс с ненавистью повернулась назад и проговорила:       — Ублюдок, — и застыла в немом страхе.       На краткий миг они встретились глазами. Этот миг был самым страшным, взгляд пронизывал насквозь. Ведь в метре от неё стояло нечто непонятное, человекообразное, что было страшнее вида её родителей. Безупречное серое тело с сильными руками и острыми когтями, за спиной чёрной мантии виднелись мощные крылья, увенчанные острыми наростами. Но кошмарнее всего было лицо: такое же безжизненно серое, резко очерченные скулы, мощные рога, горящие пламенем ада глаза, как и горящие на груди узоры.       — Кстати, мы забыли о моём желании. Как ты уже сейчас знаешь, точнее узнаешь, демонам нужно что-то взамен за исполнение желаний. И вот моё желание: отправься за своими родителями, моя очередная глупая жертва по имени Грэйс.       Мгновение — и вот она упала возле своих родителей, такая же как и они, мёртвая. В это время Люцифер, исполнивший свою миссию — убийство людей, ухмылялся, смотря на трупы семьи Адамс. Сладкой музыкой показался звук юной свернутой шеи. — Нужно быть аккуратным со своими желаниями. Какие же вы, смертные, глупые. Особенно ты, Грэйс. Ты серьёзно думала, что сам Люцифер может «помочь», не требуя ничего взамен? — смеясь, демон закружился в танце над лужей крови семьи Адамс. Существо прыгало и скакало вокруг трупа Грэйс, безустанно молотило по нему крепкими кулаками. Затем оно начало до конца сдирать с неё одежду, желая оставить нагой. Пока Люцифер пребывал в эйфории, его красные глаза сияли. И пусть его движения были не так грациозны, как могла двигаться Грэйс, ему было весело. Он повернулся к её трупу и произнёс: — А ты неплохо танцевала. Только жаль, что больше ты не сможешь это сделать. Всё из-за своей наивности. Шепфа, какие же люди тупые! — торжественно приплясывая, пусть и неумело, он покинул дом семьи Адамс. Последующие годы расследования никто не мог узнать, что же случилось в тот день, когда всех членов семьи Адамс нашли мёртвыми в большой кровавой луже в их собственном доме.