.

      В глухой тишине раздается звук золотых монет, падающих из рук. Этот зал не изменился, и в нем как прежде лежит мора по углам. Иногда Люмин возвращается в Ли Юе, когда у нее есть время или находится повод, но поводов стало так мало, а дел все больше. Далеко за морями и даже дальше Инадзумы у Люмин куча неразгаданных загадок и она лишь подбирается к их решению. Она будто бы оставила и Золотую Палату позади своего приключения, и всех полу-врагов, которых сложно было и назвать врагами.       Конечно иногда они встречались в других местах и далеко не в Ли Юе, и совсем не в Золотой Палате. Он звал ее на бой и говорил что скучает по тому как они весело проводили время вместе, время когда они оба старались стать сильнее. Казалось ему нравится лишь драться с ней и показывать новые приемы в поединке, но видимо у Чайльда это был собственный способ заводить друзей. С каждым разом он уже лучше отражал ее атаки, насмешливо прося ее быть чуть более старательной. Люмин не стояла на месте в своем мастерстве владения мечом, поэтому их бои никогда не застывали на месте, а лишь стремительно двигались в направлении того самого совершенства.       Возможно она начала узнавать что важно для Чайльда слишком поздно, ведь ее подозрения никогда не оставляли в покое. Он может лгать, он может играть свои игры ради собственной выгоды - именно этого и стоило бояться путешественнице. И ее каждый раз поражало его удивление на этот счет.       — Ох, мне кажется ты забыла, но у меня нет цели навредить тебе, камрад! - смеясь отвечал он - в конце концов я не могу потерять столь приятного мне напарника по спаррингу       Это звучало сомнительно, но заставляло Люмин все таки помогать ему как и всем другим в Тейвате. Иногда он просто присоединялся к ней во время приключения, если они пересекались, хотя она все еще не понимала, почему ему так интересно было путешествовать с ней. По крайней мере в Чайльде было несколько плюсов: у него была мора и он был не против купить им с Паймон вкусный обед. Минусов конечно он имел еще больше.       К примеру он мог говорить без умолку и иногда раздражать Паймон своими шутками ( как и Люмин в общем то), но важнее всего - он был фатуи. Его рассказы о Снежной не должны расслаблять, надо всегда быть начеку, если он решит провернуть свои фатуйские дела. Если рядом один рыжеволосый плохой парень, лучше держать руку около меча. Но он все никак не давал повода.       Чайльд присоединялся к ней за обедом и неуклюже пытался есть палочками. Хоть у него и были длинные ловкие пальцы, почему то палочки воспринимались им как орудие пыток. И в этом он совершенно не становился лучше.       — Иногда мне кажется, что ты хочешь чтобы я сама тебя кормила       — Боюсь, комрад, на такой поступок ты не способна, так что мне остается лишь—       Его перебила Люмин, протягивая к нему острую креветку в панировке       — Ну же, Чайльд, попробуй-ка       Так Люмин узнала как можно заткнуть одного из предвестников фатуи на некоторое время. Впервые она видела чуть сбитого с толку Чайльда, который мгновенно пытался скрыть свое смущение. Обычно он вел себя безумно самоуверенно, видеть его другую сторону Люмин представлялось наинтереснейшим занятием, правда, она старалась этим не злоупотреблять.       И спустя столько времени, ей показалось что она начала испытывать к нему некую.. привязанность? Но это и неудивительно, ведь они часто проводили время вместе, хоть и в последние дни они виделись реже.. ей определенно стоило наведываться к нему немного чаще.       Она даже знала его настоящее имя, но никогда не использовала, ведь считала что это слишком личное, а они определенно не были настолько близки. Но почему то она успевала ловить моменты особой откровенности рядом с ним. Он совсем не открытый человек, а она ему не доверяет. Только оставаясь наедине, когда Паймон уже спала или была отвлечена очень вкусной едой ( хоть она и говорила, что и на секунду не спустит с этого подозрительного фатуи глаз ), почему то становилось слишком сложно держать мысли при себе. Да и в принципе оставаться наедине с Чайльдом было не то что бы странно, скорее непривычно. Он не пытался спровоцировать на какие то эмоции или глупо шутить, его выражение лица наполнялось задумчивостью, хоть он и не терял своей заметной харизмы, как и в любом другом разговоре.       — Знаешь, я не говорил об этом до этого, но я понимаю твои цели       Люмин ничего не ответила. Она не сдвинулась с места, наблюдая за звездными очертаниями, и не поднимая головы на Чайльда, пока тот продолжал.       — Я имею ввиду.. твой брат. Ты же знаешь мое отношение к семье, поэтому, думаю я понимаю тебя, так что я бы хотел чтобы ты знала мои намерения       — Слыша такое от тебя можно посчитать это за угрозу - колко заметила Люмин недовольно поднимая голову вверх, чтобы наконец взглянуть в глаза собеседника.       — Ахах, что ты, комрад, я не собираюсь приносить тебе вред.. это не в моих интересах. Просто если тебе нужна помощь в поисках я буду рад заняться этим. Тебе стоит принять мое предложение, не со всеми я такой добрый!       Он действительно не был добрым или хорошим. Поэтому наверняка за его словами скрывался подтекст. Но Люмин не решалась думать об этом, потому что ей с каждым разом становилось все страшнее. Столько сторон он открыл ей, как и она ему, и она не хотела думать что в итоге его руки и вправду сомкнуться на ее шее, потому что сейчас он лишь иногда аккуратно брал ее за руку или приобнимал за плечи. Слишком незаметно он стал чересчур тактильным и это должно было пугать и настораживать, но видимо он был слишком убедителен в своем образе хорошего парня.       И вряд ли она уже когда то узнает что он на самом деле думал.       — О, Люмин, знаешь что можно сказать по твоим глазам? - как то неожиданно произнес он, подходя к ней чуть ближе       — .. Что?       — Неужели ты не слышала, что глаза зеркало души? Хах, ничего, лучше посмотри на меня       И она не узнает, почему в его душе так пусто. Ведь его глаза были голубые и бездонные, в них не было ничего, абсолютно, лишь отблески какого то сожаления или тоски. Казалось он и никогда не был радостным по настоящему, и не было понятно, то ли это жутко, то ли как то.. грустно. Они были так близко, что у Люмин хватило смелости всмотреться в каждую частичку его лица. Может быть она чувствовала некое спокойствие рядом с ним, но ей точно не было страшно и не хотелось убежать. Все таки в Чайльде что то привлекает, она не могла это отрицать.       — Знаешь что я вижу? То что ты очень одинока, тебе не кажется?       — Ого, а я вижу что ты детектив, догадаешься почему, или мне подсказать?- Люмин продолжала смотреть на него, не отрывая взгляда и ухмыляясь.       Не было сложно догадаться что девушка которая потеряла брата могла чувствовать одиночество. Это не могли затмить все те новые друзья в новом мире. Когда она перестала чувствовать связь с самым важным для нее человеком, то в душе словно стало глухо и больно, она потеряла то что делало ее собой и давало ей сил, и Чайльд не первый кто заметил, наверняка это заметит любой внимательный человек в Тейвате.       — Вообще то я понимаю какого это - с улыбкой произнес парень - ты же тоже заметила?       — Я думала у тебя большая и дружная семья - ответила она, отводя взор вдаль - ты скучаешь по ним?       — Безумно. Прямо как ты.       И наверное они были даже в чем то похожи. Может быть они дополняли друг друга и заполняли пустоту и горечь внутри, потому что с уходом Чайльда она снова потеряла все силы. Лучше бы он не лез в такие опасные ситуации, лучше бы он не пытался сразиться с каждым и показать свою силу, и лучше бы сейчас не стоять в Золотой Палате и вспоминать их первый бой. Терять что то слишком невыносимо, чувствовать себя брошенной и оставленной всеми дорогими людьми - это и есть часть приключений?       — Я не забыла обещание посетить Снежную.. Не волнуйся, я обязательно скоро буду там, но нам пора прощаться.       Надломленный голос эхом разносился по залу, как будто это была торжественная речь прямиком в Селестию. Туда должны попадать обладатели глаза бога, и она надеется что ее слышно оттуда или хотя бы видно. Она смотрит в последний раз на золотой пол и стены, и вспоминает чужой образ с голубыми бездонными глазами.       — Прощай, мне было приятно путешествовать с тобой.. Аякс.