Огненный бог

Вновь спокойствие и тьма, кажется начинаю привыкать к смерти. Интересно, что ждёт меня дальше.  Забавно, но в этот раз я был даже с телом. Ощущалось оно жалко, остатки кистей без пальцев. Шелухой висят обгорелые кусочки кожи. Глаз тоже нет. Возможно потому и не вижу.   Стало даже обидно. Второй раз шагнув за грань я не могу её увидеть из-за такой мелочи как отсутствие глаз. Интересно, видели ли её вообще смертные?  Продолжая задаваться философскими вопросами я брёл вперед, все лучше чем стоять в этой проклятой тишине. Сойду ли я с ума раньше чем вернусь в мир смертных и вернусь ли вообще? Вопрос без ответа и возможно отсутствие ответа вовсе не минус.  Время снова ушло на задний план, я будто погрузился в медитацию, что сохраняла мой и без того больной разум от окружающего ничего. Лишь отпадающие шматки обгоревшей плоти вырывали меня из забытья, но боли не было, лишь ощущение потери чего-то важного.   Не знаю сколько я прошел и прошел ли вообще, но то что я наконец оказался в пункте назначения я понял сразу.   Ревущее пламя стояло прямо передо мной и обдавало меня жаром. От него нельзя было спрятаться или сбежать. Стихия, всеобъемлющая и всепоглощающая. Я замер, не в силах пошевелиться. Нестерпимо захотелось встать на колени перед неизвестным существом или явлением. Но я сдержал себя.   Умереть после смерти я уже не смогу, а значит и кланяться ничему не буду.  – И что в тебе Семеро нашли? – рокот пламени сложился в слова понятные здесь, но непонятные нигде больше, – Ты же самое заурядное ничтожество из всех ничтожеств, что я видел. – голос звучал лениво, немного расслабленно, – Потратили на тебя столько сил, а ты не смог справиться с девчонкой недавно ступившей на жреческий путь! Позорней смерти для избранника богов и придумать трудно! – Что тебе нужно? – выслушивать насмешки я не хотел, не особо мне это интересно. – Мне? Изначально, я хотел посмотреть на избранника старичков, потом забрать их марионетку себе, но теперь я сомневаюсь сгодишься ли ты хотя бы в рабы. – Ну тогда предлагаю уйти думать куда-нибудь где нет меня! – я начал заводиться, – Хули ты вообще до меня доебался?!  Все тело сковало жуткой болью, никогда в жизни я не ощущал такого, даже сжигание заживо казалось мне теперь практически безболезненной процедурой. Я чувствовал себя так, словно все сосуды, все нервы, каждую клетку моего тела заполнил расплавленный металл.  Очнулся я так же за гранью, существо все так же стояло рядом. С трудом контролируя свое тело я поднялся на ноги.  – Я Рглор, смертный, я Бог и впредь ты будешь обращаться ко мне соответствующе, а сейчас на колени!  – Приношу свои извинения, повелитель! – я опустился на колени склонив голову. Пробежала мысль, что в последнее время я подозрительно часто оказываюсь в подобном положении. И была отброшена, что угодно лишь бы не проходить через  этот ужас вновь. – Впредь не забывай свое место, смертный. Я пришел к тебе с милостью, великим даром, а ты посмел мне перечить. За это ты понесешь кару, но её я назначу тебе позже. А сейчас слушай, – бог прервался, а я тихонько выдохнул, только божественного психа мне не хватало, – сейчас ты труп, душа ещё не успела отвязаться от тела, но это лишь вопрос времени. Я могу воскресить тебя и даже исцелить твое тело. Но все имеет свою цену. –  Какова цена, повелитель? – я старался сдерживать свою ярость и ненависть к этому божественному уебку под маской преклонения и подобострастия.  – Служение разумеется, ты заключишь со мной договор и продолжишь жить. Разумеется обрубком мяса служить ты не сможешь, а потому я дарую тебе искусственный глаз, пальцы на правой кисти и даже восстановлю работу твоих органов.  – Щердый дар, господин! – скрежет моих зубов вряд ли можно было не услышать, но к счастью Рглор это проигнорировал, – Но позвольте вопрос, раз я избранник семерых, зачем мне ваша помощь, разве мои покровители не смогут вернуть меня из-за грани? – Не вернут, – голос бога сочился ехидством, – я не дам. Ты в моих владениях и пускай я планировал провернуть все мягче, я уже потратил на тебя свои силы. Не думай, что я действовал лишь через свою жрицу. Я позаботился и о том, чтобы вам не мешали. И поверь мне, у тебя есть лишь два варианта, подчиниться мне или подчиниться после кары за непослушание. Кстати, я выбираю второй.  Боль вновь сковала тело. Гребаный ублюдок, я просто задал вопрос. В этот раз я продержался в сознании куда дольше. Как бы не в три или четыре раза. Вот только легче боль не стала, я лишь дольше страдал, пока наконец сознание вновь не погрузилось в спасительную тьму. – Благодарю за ответ, повелитель! Прошу, расскажите как я могу послужить вашему замыслу? – Ты наконец начал думать, мертвый принц. Это радует. Все просто, отныне ты раб моей жрицы. Сначала я хотел отдать её тебе как служанку. Но ты проявил дерзость и заплатишь за свою гордыню. Через неё я буду отдавать приказы, а ты выполнять их.  – Предлагаешь отдать моё государство? – язык мой враг, однозначно, я даже обдумать фразу не успел, как уже произнес очередную глупость. – Ты необучаем, – новая волна боли, ещё длиннее, ещё хуже. – Я все осознал, господин! Прошу продолжайте! – я начинал жалеть, что мой язык не сгорел с глазами. – Надеюсь это последний твой проступок. – голос божества звучал до крайности раздрженно и злобно, – Но можешь не волноваться, пока меня не интересует Вестерос, лезть в вотчину Семерых используя их избранника будет слишком глупо. Ты нужен мне в Эссосе. Нужен настолько, что я даже готов награждать тебя за серьезные достижения. За каждый исполненный приказ я буду возвращать тебе часть твоего тела. Как и за каждый год служения мне. Договор заключим на пять лет, а позже я дам тебе шанс его продлить.  – Почему на пять лет, господин? – не то, чтобы мне хотелось больше, но интересно же. – Договор длиннее привяжет твою душу ко мне, а мне не интересны бесполезные слуги, докажи свою пользу, и я дам тебе шанс. А теперь заключим договор!   Я почувствовал как навстречу мне полетела небольшая искра. Действуя будто по наитию, я погрузил свои культни в плоть, разрывая остатки плоти и круша хрупкие от перенесенного жара кости. Грудная клетка разлетелась ошметками в разные стороны открывая путь к моему сердцу.  Иди нахуй, уёбок! Пронеслось у меня в голове, когда искра долетевшая до сердца погасила моё сознание. ***  Очнулся я уже на полу своей комнаты. Тело болело всё, я был одним большим ожогом. Взгляд упирался в низкий потолок. Правый глаз работал, но непривычно, слишком искусственно, будто смотрю на мир через объектив камеры. А ещё он не закрывался, в принципе логично, век то у меня нет. А вот пальцев я не чувствовал, лишь тяжесть на правой кисти. Подняв руку перед собой я с удивлением увидел абсолютно белые, будто вырезанные из кости пальцы, они двигались и вращались так, как того хотел я. Но сам я их не ощущал абсолютно. Забавное ощущение.   Рядом раздался кашель. Кажется я все же успел неплохо придушить гребанную жрицу. Желание добить суку заполнило мои мысли, но жуткая боль во всем теле неплохо остужала необдуманные желания. Потеря самоконтроля уже лишила меня тела и жизни и напоминание о этом не скоро сойдёт с моего тела.   Скосив взгляд на свою новую хозяйку я с некоторой иронией смотрел на голую девчонку пытающуюся откашляться катаясь по полу. Неплохо мне так на мозги давило раз я посчитал её чем то идеальным. Личико конечно симпатичное, но явно не совершенство. Откинувшись на спину, я прикрыл глаза, боль пронизывающая каждую клетку моего тела, не слишком беспокоила меня. После прошедшего это было детским лепетом. ***  Стоило Джейме выйти из комнаты принца, как дверь с резким грохотом захлопнулась за его спиной. Интуиция взревела о опасности, а прямо на двери в покои принца вспыхнуло пламя столь сильное, что жар от него отбросил белого плаща вглубь коридора.  Рванув обратно он не сумел даже приблизиться к пламени, стена жара стала неодолимой стеной между ним и Джоффри. Нужно было выводить остальных и тушить огонь.   Через мгновенье лагерь наполнился криками. Джейме выносящий на руках спящую Серсею с Мирцеллой увидел полный масштаб бедствия. Пламя объяло, стену, крышу и даже днище кареты, но лишь ту часть где находилась комната принца.   Жар был столь силён, что вода испарялась даже не долетая до огня, а песок превращался в стекло лишь соприкоснувшись с ним. Однако сама карета оставалась чистой и не подверженной температуре.  “Колдовство” неслось со всех сторон, набожные слуги вставая на колени молились семерым.  Но у Джейме не было времени на глупости. Быстро организованная цепочка позволила вынести всех спящих на улицу. В то же время группа солдат пыталась пробиться через пламя к принцу. Но результаты были неутешительными. До стены долетали лишь крупные камни, но и те безвредно рассыпались о стену, жар разрушал их, делая слишком хрупкими.   Джейме подоспел как раз вовремя, очередной булыжник, в этот раз облитый водой влетел в огонь и пускай столб пара скрыл сам удар, но звук услышали все.  Стенка кареты оказалась весьма прочной, но в дверь в силу ограниченного пространства сильно метнуть булыжник не получалось.   И сейчас десяток людей раскручивая гигантские пращи метали камни в стену повозки, медленно, но верно проламывая её. По всему лагерю рыскали слуги в в поисках новых камней, а от ближайшей реки потянулась вереница водоносов.  Мало кто рассчитывал увидеть принца живым, но и озвучить этого никто не решился. Работа продолжалась, камни летели без остановки, уставших метателей сменяли свежие и наконец громкий треск ознаменовал их победу. Стена поддалась образовав брешь. Брешь через которую они смогли увидеть смерть наследника Баратеоннов.   Объятый пламенем, что прожгло его уже до костей, без глаз, ушей, носа и губ. С опадающими пальцами он пытался задушить плененную ими ведьму. Несколько секунд продлилось это противостояние и два тела рухнули, скрываясь от глаз наблюдавших за ещё не доломанной стенкой.   Жуткая смерть, но достойная. Джейме никогда не признался бы в этом, но сейчас он гордился сыном. Он боролся до конца.  ***  Не долго продлилась моя отключка. Дверь слетела с петель от мощного удара и внутрь влетела толпа во главе с Джейме.   С некоторым удовольствием заметил жрицу в ужасе вжавшуюся в угол противоположный угол. Даже как-то на душе теплее стало.   Люди окружили меня, отделяя от колдуньи. Всюду раздавались крики о чуде и моем волшебном воскрешении.  В то же время дядя уже направлялся к жрице с обнаженным клинком. – Стой! – говорить без губ было неудобно, но я вложил в свой голос всю силу на которую был сейчас способен, – Её нельзя убивать! Отныне она мой единственный шанс на исцеление!  Джейме остановился перед поклонницей Рглора направив на неё меч. – Что ты имеешь ввиду?  – Эта сука - жрица Рглора, – я буквально выплевывал слова, – я заключил с ним договор. Он даёт мне задачи, я их исполняю, за это он исцелит моё тело. Аванс я уже получил, – я поднял свою руку, показывая новые пальцы, – и у меня нет желания лишаться возможности жить как нормальный человек.  – Проклятье! Нужно сковать её и держать в отдалении от лагеря, это не должно повториться! – Нет. – я желал бы подобного, но я слишком хорошо помнил встречу с Рглором, она моя хозяйка и ближайшие пять лет я ничего с этим не сделаю, я слишком хочу жить, – Жрица моя гостья и отныне находится под моим покровительством! Жить она будет в моей комнате и запрещаю как либо ограничивать её или же мешать ей! Я дал свое слово и не могу от него отказаться!  – Пекло!!! – в ярости был не только дядя, буквально все находящиеся в комнате хотели разорвать проклятую ведьму, но выбора не было. – Джейме, мне бы лекаря, – перевести тему будет не лишним, да и не дело это о моем здоровье забывать ради убийства какой-то твари.  Белый плащ лишь выругался и велел пропустить мейстера. Как оказалось он уже был на месте, вот только не смог попасть ко мне пока не обеспечили мою безопасность.  Жрицу все же выгнали на улицу, заодно приставив охрану, но сейчас это явно было не лишним, её были готовы разорвать голыми руками. Не сказать, чтобы меня так любили, просто ведьм никто не любит, а моя поистине жуткая смерть шокировала местных слишком сильно. Воспоминания о последнем Таргариене так же любившем побаловаться огоньком все ещё были сильны в народе.  Меня же тем временем покрывали мазями, укутывали в повязки, поили маковым молоком. Под конец я был похож на натуральную мумию. Из под покрывающей тело ткани виднелись лишь костяные пальцы. Глаз наконец был прикрыт и я погрузился в некое подобие сна. Дальше будет нелегко, но было как-то уже насрать, организм требовал отдых.