Ключи

— Камера пишет? — Хонджун настраивает оборудование, нажимая на кнопку включения ночного видения, и усаживается на центр комнаты. Уже излюбленная гостиная окружает его густой темнотой и тишиной, только крохи лунного света пробиваются через тонкий тюль на окнах. — За ту неделю, что я здесь пробыл, я нашел на удивление мало информации о доме. Однако! Я добрался до городской библиотеки и порылся в местных архивах, отыскав там это, — Ким демонстрирует тонкую папку с бумагами, подсвечивая ту маленьким фонариком. — Ну, не конкретно это, а то, что я сфоткал и распечатал уже дома. Суть в том, что теперь у меня есть фамилия умершего владельца дома и немного сведений о нем. Кхм-кхм, — парень открывает папку и упирается взглядом в лист с текстом, начиная зачитывать. — Некий господин Пак, будучи писателем при жизни и носивший псевдоним «Марс», был первым владельцем дома, детей и жены не имел, умер в результате несчастного случая. Не густо, но спасибо, что не пусто, — перевернув листок, Хонджун продолжил, — Еще я узнал, что он был отшельником и особо на люди не показывался. Что ж, надеюсь, что он стал более разговорчивым после смерти! Не став останавливать запись, Ким начал готовиться к следующей части ролика, в которой должен был привести ритуал по призыву призрака для дальнейшего общения с ним. Он достал из рядом лежащей сумки несколько гаджетов и разместил их перед собой, начав поочередно демонстрировать каждый из них на камеру: — Сегодня на лайте, у нас тут измеритель электромагнитного поля и сверх чувствительный диктофон. Я буду задавать вопросы и просить выйти на контакт, а потом мы с вами увидим, были ли записаны какие-то звуки, — нажав на кнопку, Ким поморщился от шипящего звука, больше напоминающего рацию, где, тем не менее, проигрались его последние слова. Начал он свой спиритический сеанс с банального: спросил о нахождении кого-либо в комнате, но, очевидно, никаких потусторонних явлений не уловил ни он, ни его диктофон. Он даже попробовал спросить на нескольких других языках, но все было безуспешно. Поняв, что ничего интересного он тут записать не сможет, было принято решение изменить локацию. — Кажется, в гостиной никого нет. Может, наш уважаемый писатель спит? Покопавшись в интернете, я увидел несколько слухов на тему того, что его тело нашли в одной из спален, — Ким переходит на шепот, начиная собирать необходимые устройства, чтобы отправиться на второй этаж. — Предлагаю отправиться туда и проверить, услышим ли мы что-нибудь там. Ответом была все такая же звенящая тишина дома, который смиренно принимал чудаковатости своего нового обитателя. При подъеме наверх пришлось включить свет, чтобы не навернуться на крутых скрипящих ступеньках, и возвращаться, чтобы его выключить, Хонджун уже не стал. Вряд ли духи такие привередливые и показываются только в темноте. — Хорошо, что я сплю в другой комнате, — хмыкает Ким, усаживаясь на незаправленную кровать. Он крутит камерой по периметру, показывая старые картины на стенах, письменный стол вдоль одной из них и кресло-качалку в углу. В принципе, выглядит так, будто здесь действительно мог жить кто-то вроде романиста. Или кем там этот Пак был? Некрологи писал, может? А вообще, разницы особо не было. Хонджун не стал говорить об этом в видео, но он точно знал, что у дома, с момента смерти первого владельца, их еще было минимум четверо. Очевидно, что кто-то из них менял ремонт здесь и давным-давно выкинул старую мебель. — Дай мне знак, — проговорил тот звонко в темноту, оглядываясь. Тут было немного светлее, чем в гостиной, потому как комнатка была меньше и освещалась равномернее за счет большого окна. Нажав на кнопку диктофона, Ким повторил свой вопрос, а после прослушал запись. Ничего странного его уши не уловили, так что он решил повторить попытку. — Здесь кто-нибудь есть? — казалось, тишина стала еще сильнее давить. Такое бывало во время съемок, когда хочешь-не-хочешь проникаешься атмосферой и невольно начинаешь верить в то, что ты в помещении не один. Все чувства обостряются, а любой шорох даже собственной одежды заставляет ноги неметь от страха. Включая только что созданную запись, Ким прикрывает рот ладонью, когда параллельно его голосу слышатся какие-то помехи. Он смотрит растерянно в камеру и нажимает кнопку «повторить», прослушивая свой голос еще раз. — Вы слышали?.. — повторяет он своим мнимым зрителям, ненадолго затихая. Это не было феноменом, что иногда его устройства сбивались из-за радиоволн и прочих вещей, да даже из-за не выключенного телефона в кармане, но каждый раз такие перфомансы заставляли его трусливо поджиматься. Глубоко вдохнув и выдохнув, парень решает продолжить съемку. Он еще некоторое время пытается наладить контакт хоть с кем-нибудь умершим, но на кладбище явно был отбой. — У меня аж мурашки, — иногда он даже не врет в камеру, и сейчас демонстрирует доказательство своим словам. Волосы на руках встали дыбом, и Хонджун чуть нервно усмехается. — Чтож, думаю, сейча- Он прерывается от звука скрипнувшего окна, которое приоткрылось из-за слишком сильного порыва ветра на улице. Тюль взметнул в воздух, белыми всполохами развиваясь едва ли не до середины комнаты, заставляя Хонджуна поседеть от испуга. Как бы он не упирался, мол, призраки выдумка и они точно не выглядят как накинутая на человека простынь, сейчас он готов был усомниться в своей правде. Чертов тюль выглядел как один из таких духов, будто тянущийся к Хонджуну в попытках дотронуться. Он быстро спохватился и, схватив штатив, направил камеру на причину его скорейшей старости, тут же вскакивая с кровати. — Блять! — он откидывает диктофон на кровать и вскрикивает уже от нового триггера — тихонько лежавший там измеритель электромагнитного поля начинает неистово пищать, оповещая о том, что это самое поле было замечено. Конечно, Киму хотелось верить, что причиной тому был включенный диктофон, что своим нахождением рядом с не менее чувствительным устройством спровоцировал подобное, а не всякая чертовщина… Да что это с ним? Не будет же он в самом деле верить в то, что после разговора с воздухом он действительно станет свидетелем паранормальщины в обычном доме, коих в этом районе еще куча? Быстро выключив оба устройства трясущейся рукой, Хонджун нервно сглатывает и оставляет штатив с камерой на письменном столе, чтобы закрыть окно. — Хах, я чуть сам коньки не отбросил, — он прикладывает ладонь ко лбу и тяжко вздыхает. На этот раз он он проверил то, чтобы окно плотно прилегало к раме и больше не открылось, даже если начнется ураган. — Видимо, я не до конца закрыл окно в прошлый раз, и его чуть ветром не снесло, — парень подходит к камере и устало трет лицо, пытаясь отойти от такого стресса. Неожиданные громкие звуки и резкие действия всегда заставляли сердце замирать, когда ты уже привык к стабильной тишине и спокойствию вокруг. Да еще и эти тупые совпадения… Радует лишь то, что это будет отличным контентом для будущего ролика. Ох, как же взлетят просмотры от нарезок с этим моментом! — Пиздец, — констатирует Хонджун и решает сделать коротенький перерыв. Он был не на заброшке, а в собственном доме, так что ничего не мешает ему передохнуть, спуститься вниз и попить водички. Собрав гаджеты, чтобы потом в нужный момент не бегать и не искать их, он отправляется на кухню, хваля себя за то, что оставил свет на лестнице включенным. Это позволяет расслабиться и быстрее успокоиться из-за ставшей в миг неуютной темноты вокруг. Остаток ночи проходит спокойно, Ким снимает еще немного собственных размышлений и попыток объяснить происходящее, после чего благополучно ложится спать. Одним из форматов видео был тот, где он расставляет камеры по периметру здания или помещения (зависит от того, где он оказался), и оставляет их записывать все ночные часы, чтобы на утро всё отснятое отправить Минги на проверку. Сам Хонджун редко когда отсматривал гигабайты материала, предпочитая отсыпаться после полуночных похождений, так что о всяких интересных моментах узнавал уже постфактум. — Момент с окном крутой, — вещает Сон по видеозвонку, щелкая клавишами, однако не показывая Хонджуну происходящее на своем мониторе. Только своё задумчивое лицо демонстрирует, меняясь в эмоциях каждые полминуты. То хихикнет, то нахмурится, то поморщится. — Тогда всё, что ты наснимал, я соберу в первую часть, к пятнице, надеюсь, закончу. Кстати, идея с прямым эфиром хорошая, у нас плюс три тысячи на канале после него. Давай тогда еще в конце недели проведешь? — раздумывая над стратегией получения большей популярности, Минги дует губы, продолжая в моменте заниматься монтажом нового ролика. Хонджун сонно потирает глаза, угукая на каждое слово друга, в целом, мало вникая. Он плохо выспался сегодня. Не в кошмарах дело, сны вообще были редким явлением, просто он не чувствовал себя отдохнувшим хоть на грамм. — Окей, — он широко зевает и плюхается на диван, выводя окно с видеозвонком в угол экрана телефона, чтобы зайти в парочку социальных сетей и посмотреть последние новости. Контекстная реклама успела подстроиться под его новую геолокацию и подкидывала разные предложения в его райончике, сообщая об осенней ярмарке и других событиях. Новости не отличались чем-то грандиозным, и, не отыскав ничего стоящего, Ким благополучно полез читать блоги других творцов, за которыми следил. Кто-то из знакомых уже репостнул пару нарезок с стрима Хонджуна, на которых тот быстренько оставил лайк и пару смайликов в комментариях. — Знаешь, тут так пусто и тихо в сравнении с нашими трущобами, что мне уже надоедает сидеть здесь одному. Может, заглянешь на выходных? Напьемся под просмотр твоего аниме этого, забыл название. Ты еще сказал, что там только один сезон… — Ван Пис, да. И ниче не трущобы! Я тут прибрался и почти что номер в пятизвездочном отеле теперь, — Сон фырчит насмешливо и кивает. — Окей, я не против. — Забились тогда. Закончив звонок через часок другой, Хонджун лениво потягивается и сползает с дивана. Тяжелая жизнь блогера грозила ему спинной грыжей, но Ким в этой жизни боялся других вещей. Он намеревался сходить в душ, на радостях прихватив комплект чистой одежды и полотенце, когда новая беда явилась ему на глаза. Пол в ванной был не просто влажным, вода под ногами буквально хлюпала, заставляя подошву домашних тапочек промокнуть и начать противно холодить ноги. — Бля, да что ж… — выругивается Ким, включая свет и пытаясь понять, что стало причиной затопления. Он переводит взгляд на раковину, кран которой медленно но верно подтекал, и капало не только в раковину, но и прямо на пол. Старые трубы, судя по всему, не выдержали неожиданного напора после нескольких лет безмятежного существования. Бросив принесенные вещи на стиралку, Хонджун раздраженно закрыл кран и опустил взгляд на пол. В покрытой слоем воды плитке он не мог различить своего отражения, но вполне себе представлял, какая именно эмоция могла там отразиться. Он нашел несколько половых тряпок на кухне, но этого оказалось мало для его ситуации, так что пришлось пожертвовать одним из старых полотенец, самым страшненьким и с пятнами от краски для волос, но зато любимым. Кое-как вытерев плитку, Ким отжимает тряпки и пихает их под трубы, скрытые за раковиной и ванной, чтобы не затопить пол снова. Ленивое и сонное настроение как ветром сдуло, оставив на своем месте лишь раздражение и желание что-нибудь в этом проклятом доме стукнуть, да так, чтоб все призраки от страха попрятались на столетие-другое. Набрав ванну практически кипятка, Ким наконец смог немного расслабиться и понежиться в теплой водичке. Оставалось надеяться, что он тут не уснет.

***

До конца недели удалось прожить без происшествий, на сегодняшний субботний вечер они с Минги запланировали ночевку с горой снэков и литрами пива, торжественно обозначив попойку как «завершение переезда». Повод был довольно весомым. — После твоего нового эфира у нас опять приток подписчиков. Слушай, может, как-нибудь устроить прямой эфир на заброшке? Допустим, на пять миллионов подписчиков. Мне кажется, это получит большой отклик! — Минги даже в пьяном состоянии умудрялся думать о продюсировании канала и продвижения остальных социальных сетей, всё никак не унимаясь. Хонджун бы и рад поболтать на отвлеченные темы, но Минги то и дело возвращается к разговорам о канале. — Можно, да. Давай уже включай, а то я задолбался смотреть на рекламную заставку по третьему кругу, — Ким слабо пихает друга в бедро, невольно растягиваясь на диване. Они расположились в гостиной, включив аниме на рабочем ноутбуке Минги, который тот услужливо притащил с собой. О реальном количестве серий тот, предусмотрительно, умолчал. Ближе к двум часам ночи оба успели налакаться в щи, и события сериала принимали всё более интересные обороты в их обсуждениях. Казалось, что они уже придумали свою альтернативную вселенную и наметили сюжет для совсем иной истории, давно не обращая внимание на происходящее на экране. — Тебе надо было книги писать! Или фанфики! Попробуй себя в новом образе, может прокатит, — Ким пьяно смеется, получая веселый фырк в ответ. Они не так уж часто прикладывались к бутылке, но иногда могли позволить себе выпить столько, чтобы на утро едва ли ощущать себя человеком. Оба обычно отлетали с первых глотков, и сегодняшний случай не был исключением. Попытавшись сменить позу, Хонджун случайно задевает ногой кофейный столик и ойкает. Бутылки на нем опасно звякнули, стукнувшись друг о друга, а парочка упала на пол с еще более настораживающим звуком. — Давай, бей, ты ж миллионер теперь, — дразнится Сон, на что получает ногой по колену. У них явно намечалась пьяная драка подушками, если судить по тому, как Хонджун потянулся к одной из них. Минги в стороне не остался — подхватил одну из диванных, достаточно большую и тяжелую, из-за чего желание Кима вступить в схватку как-то быстро притупилось. Он что-то икнул и дернуться не успел, как его прижали подушкой под заливистый басистый смех сверху. Одним из малочисленных страхов Хонджуна была щекотка, и самое ужасное в нынешней ситуации то, что Минги об этом прекрасно знал. — Нет! — слышится из-под ткани, Ким начинается дергаться и возмущенно кричать, когда чужие руки начали щекотать ребра. Он не сдается без боя, пинает Минги ногами и руками, но тот прилип как черт и только громче хохочет от беспомощности друга. Сумев поймать момент, Хонджун вывернулся из западни и с размаху зарядил быстро схваченной подушкой другу по голове. Тут же победно усмехнулся, но в следующий же момент сам получил по груди той большой диванной штукой. В самом разгаре драки никто из них особо не обращал внимания на окружение, и в один из напряженных моментов Ким не рассчитал свои силы, запульнул подушку слишком сильно и высоко. Она пролетела мимо Сона, миновала и кофейный столик, держа путь прямиком в сторону камина. Послышался грохот и звук чего-то бьющегося о пол. — Бля, — Хонджун морщится, боязливо глянув на разлетевшиеся по полке статуэтки и украшения, большая часть которых уже валялась на полу. Звук бьющегося стекла исходил от разбившейся вазы, и было даже как-то неловко, ведь она тут находилась еще до заселения Хонджуна. Да и остальные украшения ему не принадлежали, всё оставили прошлые жильцы. Он просто успел покопаться на чердаке и найти пару безделушек, решив немного приукрасить интерьер, а по итогу вся эта красота сейчас отлетела кто куда. — Ну, главное, что все живы, — с важным видом заключил Минги, наконец поставив аниме на паузу. Хонджун закатил глаза и лениво огрызнулся, с кряхтением поднимаясь с дивана. — Щас ты станешь участником нового видео, но совсем не в том амплуа, в котором бы ты хотел! — ворчит Ким, оценивая степень разрухи на полу и хоть немного радуясь тому, что красивенькая гипсовая статуэтка в виде ворона осталась цела. Её он отрыл в одном из пыльных углов чердака и в числе первых притащил на первый этаж, чтобы радовала глаз. Подняв вещицу с пола, Хонджун ставит её обратно на камин и вздыхает. — Притащи с кухни метлу и пакет какой-нибудь, чтоб осколки собрать. Я пока за тряпкой схожу, — обращается тот к Сону, что неторопливо собирал с пола пустые бутылки и упаковки от чипсов. Он угукнул в ответ и, ухватив столько мусора, сколько мог, направился на кухню за нужными вещами. Кажется, они оба сумели немного протрезветь после случившегося погрома, иначе объяснить, откуда вдруг появились силы убраться после всей бесовщины, не представлялось возможным. Хонджун заходит в ванную, по привычке оставляя свет выключенным, потому что искать тряпку долго не пришлось: несколько штук стабильно находились под старыми трубами, впитывая в себя всю сочащуюся из них влагу. Для вызова сантехника Ким посчитал эту проблему не такой уж существенной, так что продолжил закрывать на это глаза и молиться, лишь бы плитка не поросла плесенью. Стукнувшись головой о край раковины, когда поднимался с пола, Хонджун недовольно промычал и потер ушибленное место. Мало ему головной боли от выпивки, так тут еще и это… Отложив пока тряпку в сторону, Ким открыл кран и решил немного освежиться, плеснув ледяной водой себе в лицо. Полной трезвости это не давало, однако сознание немного прояснилось. Подняв глаза на зеркало Хонджун в ужасе уставился на свое отражение, не в силах издать хоть какой-то звук. В темноте ванной он отчетливо мог различить незнакомый силуэт прямиком на своей спиной, он был почти одного роста с Хонджуном и, он мог поклясться, смотрел через зеркало прямо в его душу. Не было видно глаз или приблизительного очертания лица, просто черная фигура, что заставляла ноги дрожать от страха, а сердце биться на грани возможного. Хонджун зажмурился и прижал пальцы к векам, нервно пытаясь стереть страшное наваждение, и, когда он снова взглянул на свое отражение, то увидел только свое напуганное лицо. Он боязливо оглянулся, но в ванной было пусто и тихо, никаких следов пребывания тут незнакомцев не наблюдалось. Вылетев из комнаты, Ким поспешил в залитую светом гостиную, решив считать, что увиденное было пьяным бредом. — Ты в порядке? Бледный, как поганка, — Минги оглянулся на буквально вбежавшего в комнату друга. Он нервно бегал глазами по помещению и не сразу отреагировал на вопрос в его сторону. — Эм… мне показалось, что я видел что-то стремное в зеркале, — он устало мотает головой и протягивает Сону тряпку, чтобы тот собрал мелкие осколки с пола, пока Хонджун приберется на столе. — Кажется, я выпил больше нужного, хах… — Своё отражение? — не поскупился на комплименты Минги, за что чуть не получил по голове пустой бутылкой, но Хонджун по итогу кинул ее в мусорный пакет, решив дать другу возможность пожить еще немного.

***

— Да где же они, — Ким раздраженно ходит по дому в поисках ключей от машины, которые неизменно оставлял в прихожей на специально отведенной для них подставке. Удобно было заходить домой и без раздумий класть их на привычное место, чтобы потом не рыскать по сумкам, но в этот раз их будто ветром сдуло. Ему нужно было ехать на съемки ролика-коллаборации с одним блогером примерно его уровня, разве что направленность их контента была разная. Хонджун еще никогда не участвовал в записи подкастов, но очень хотел попробовать подобный формат, вот только дом, кажется, был против. Парень обшарил всю гостиную, полазил в щелях между диванными подушками, проверил полку камина. Ким выкинул из шкафа все свои последние надетые куртки и штаны, проверил карманы, но те были пустыми. Ну не мог же он потерять ключи, раз как-то вчера воспользовался машиной?! — Ай, к черту, — он с особой жестокостью запульнул выпавший из шкафа носок в стену, тут же хватая телефон, чтобы вызвать такси. Дай бог он успеет к началу съемки и не будет выглядеть слишком грубым в глазах нового потенциального коллеги… По приезде у Хонджуна оставалось совсем немного времени на то, чтобы привести себя в порядок после лихого вождения таксиста, так что он не стал его терять и заглянул в маленькую гримерку в студии, которую они сегодня арендовали для ролика. При таком ярком прямом освещении появившиеся недавно темные круги под глазами выделялись сильнее на фоне бледного лица, заставляя поморщиться. Ладно, он, все-таки, по заброшкам лазит и нечисть ловит, а не про косметику рассказывает… Поначалу было неловко пытаться разговаривать на камеру с кем-то, кого в первый раз видишь не через экран, но уже совсем скоро Хонджун смог оторвать взгляд от листка с темами для разговора и продолжить болтать более расслабленно. Хенджэ оказался приятным и легким на подъем парнем, он легко перескакивал с темы на тему и искренне интересовался подробностями чужой работы, не забывая так же зачитывать приготовленные заранее вопросы от подписчиков. Прочитав несколько «страшных» историй от зрителей, парни вскоре перешли на более неформальную беседу, обсуждая последние ролики Хонджуна. — Я реально слежу за всеми твоими постами и, как и все фанаты, с интересом наблюдаю за твоей жизнью в новом проклятом доме. Недавно ты выпустил ролик с первой проведенной ночью в нём, и как обстоят дела уже на второй неделе сожительства с призраками? Спокойно спишь по ночам? — Ким предпочитал думать, что последние слова не были способом ткнуть ему в следы недосыпа на лице, лишь в унисон усмехнувшись с вместе Хенджэ. — Думаю, призраки еще не привыкли ко мне. Ну, знаешь, у нас сейчас стадия отношений, где они боятся меня больше, чем я их, — Ким растягивает свою хитрую угловатую улыбку и отпивает немного кофе из высокого стакана. Лед в нем давно растаял, делая вкус ненасыщенным и не то что бы приятным, но после почти двух часов разговоров ему уже было всё равно, чем смочить горло. — Происходила пара неприятных вещей, конечно. Сначала у меня потекли трубы, разбилась ваза, ручка на окне сломалась, из-за чего пару дней пришлось ночевать на диване в гостиной. Но это всё детский лепет. Наверное, этот подкаст выйдет позже моего нового видео, но я все равно поделюсь — в новом ролике я планирую провести настоящий обряд по призыву. — Ничего себе! Уверен, это будет интересно и завораживающе. Помню, ты как-то делал обряд с свечами в заброшенном замке, это было жутко! Главное — не подожги дом случайно, — Хенджэ хмыкает и вдруг просит подождать минутку, после чего уходит куда-то из основной части студии. Хонджун неловко складывает руки на коленях, беглым взглядом обводя небольшую съемочную команду. Перед началом он успел со всеми поздороваться и познакомиться, но уже сейчас он не мог вспомнить хоть одно из имен. — В комментариях под твоими роликами неизменными остаются две темы: споры о существовании паранормального и это, — Хенджэ кладет увесистую коробку на стол, и Ким заинтересованно привстает со стула, чтобы увидеть крышку с изображением содержимого. Он не был экстрасенсом, но определенно предвидел что-то подобное. — Серьезно? Доска Уиджи? — Хонджун коротко смеется и придвигает подарок к себе ближе, изучая не вскрытую коробку. Судя по её размеру и весу, она была деревянной и далеко не самой дешевой, возможно, даже коллекционной, если кто-то вообще собирал такие вещи. — Это очень круто и неожиданно, спасибо! Мне даже как-то неловко, я же ничего не подготовил, — Ким садится обратно и чуть нервно хмыкает, осторожно поднимая глаза на коллегу. — Ничего, буду ждать ответный подарок на следующей нашей встрече, — он весело подмигивает Киму и плавно переходит к завершению съемок, благодаря за участие и после обращаясь уже к подписчикам, чтобы не забывали давать обратную связь. Получив массу положительных эмоций от нового знакомства и хорошей компании, Хонджун с приятной усталостью отправился домой. Он не забыл сфоткаться с Хенджэ и сразу выложить интригующий пост с подписью «скоро…», подтверждая, что долгожданный коллаб все-таки состоялся. Подписчики, ожидаемо, визжали от восторга. Причем с обеих сторон. Захлопнув входную дверь, Ким, на удивление, не уловил привычной тишины. Что-то тихо шипело в одной из дальних комнат, будто бы он забыл выключить какой-то прибор, когда уходил. И Хонджун бы даже не удивился, ведь собирался в такой спешке, что едва ли не забыл кошелек, вспомнив о нем только на улице. Осталось надеяться, что это не был звук с кухни и он не забыл выключить именно плиту, а то слова Хенджэ о сгоревшем доме вполне могли стать реальностью. — Да блять, — в поисках источника звука, Хонджун натыкается на лужу воды, что медленно растекалась по полу близи ванной. Даже не в комнате, где теоретически должна была, а сочилась под дверью, начиная затапливать коридор. Он толкает приоткрытую дверь и обнаруживает не закрытый до конца кран, вода с которого текла вниз мелкой струйкой, разбиваясь на две о край керамической раковины. Половина утекала по дырявым трубам, а вторая уже привычно улетала прямо на пол. — Ну сколько можно, — взывает отчаянно парень, дергая за рычажок и намертво перекрывая воду. Сил его больше нет, завтра же вызовет сантехника! Скинув на пол только-только высохшие тряпки вместе с цветастым полотенцем, Ким раздраженно уходит в сторону гостиной, пытаясь успокоиться. У него было такое хорошее настроение, пока нога его не переступила порог этого проклятого сарая! Заваливаясь на диван, едва ли смотря под ноги, Ким устало выдыхает в подушку. Кто же мог подумать, что с обычным домом в глухом райончике может быть столько проблем? Неужели прошлые владельцы совсем за ним не следили? И почему не предупредили о проблемах с трубами? Наверняка продавали со скидкой, потому что знали, сколько новым жильцам придется отвалить за ремонт. Пролежав в негативных раздумьях пару минут, Ким лениво поднимается и садится, потирая лицо. Ладно, ничего критичного, просто не пойдет в душ сегодня, потерпит, а завтра уже всё починят. Убирая руки от лица, Ким опускает взгляд на кофейный столик напротив дивана и хмурится. Перед ним, поблескивая в лучах закатного солнца, одиноко лежали ключи от машины.