Часть 6

      Юне все же удалось договориться о замене. И она, крайне взволнованная, полетела домой, выбирать наряд. Перебирая скудный гардероб, она мыслями была уже в кино, на последнем ряду. «Неужели Юнги сказал правду?» — думала она, краснея. Однако же решила, что девушки склонны все придумывать себе на пустом месте.       Брюнетка встретилась с парнями возле фонтана, недалеко от кинотеатра. Чонгук пришел с Айрин. Юна предчувствовала появление здесь другой особы, поэтому особо и не удивилась. Они коротко поздоровались, и Чимин сразу занял весь диалог своими рассказами и милым смехом.       Купив билеты на ряд где-то в середине, они начали располагаться, а Тэхён и Намджун пошли за напитками и поп-корном. Юнги сел на кресло, опустив подлокотники, а затем слегка потянул за руку Юну, предлагая ей место рядом. Она вопросительно посмотрела на него.       — Сядешь рядом с Чонгуком и Айрин? — как будто зная ответ заранее, поинтересовался Юнги, и девушка опустилась на мягкое сидение.       — Почему Тэ и Намджуна все еще нет? — наклонилась она к блондину, когда на экране замаячила картинка.       — Потому что сразу надо все покупать. Там, наверняка, огромная очередь.       Так оно и было, вследствие чего парни вернулись лишь спустя 15 минут. Пробираясь сквозь колени друзей, вызывая негативное цоканье Сокджина, споткнувшись о босоножку Айрин, Намджун полетел вперед, буквально рассыпая как фейерверк большой попкорн с карамелью на зрителей и выливая пластиковый стакан с колой на Юну и отчасти на джинсы Юнги. Возгласы, крики, недовольство окружающих не были неожиданностью, как и сама ситуация, и он виновато опустил глаза и начал извиняться. Юна, которая не только «умылась» кока-колой, но и отчасти попила ее, потому что собиралась что-то сказать Намджуну аля «будь аккуратнее, давай я возьму», аккуратно встала, чтобы не забрызгать других и направилась к уборной. Она услышала что-то нехорошее из уст Юнги, который отправился за ней.       — Юна, ты как? — догнал он ее, когда девушка вдруг резко начала ускоряться.       — Нормально, — неуверенно ответила Юна, понимая, насколько она хреново выглядит: макияж потёк, одежда была испорчена, так к тому же ткань неприятно липла к телу от сладости колы. Блондин увлеченно смотрел на мокрую футболку, которая почти приклеилась к изгибам фигуры, пока Юна мозговала, держа ладонь на лбу.       — Мне придется идти домой, я не знаю… — начала она растерянно, понимая, что сушка одежды не поможет. А еще понимая, как сильно опозорилась перед всеми, хотя, если честно, такая ситуация могла произойти с каждым.       — Можно просто переодеть, — сглотнул Юнги, снова холодно взглянув в лицо.       — У меня с собой ничего нет.       Парень слегка поджал сухие губы, и начал снимать кожаную куртку, передав ее затем Юне в руки. И она даже слегка улыбнулась его жесту, пока он не начал расстегивать ремень, чтобы удобнее было стянуть футболку, заправленную в джинсы.       — Эээ, стой! Не снимай. И куртки достаточно, — замахала она свободной рукой.       — Куртка особо не прикроет ноги, а футболка у меня длинная — за платье сойдет, — и он снял ее одним легким движением. Юна чуть не выронила его кожанку, увидев накаченные руки и плечи, четко прорисованные кубики и несколько родинок на белоснежной коже. Она покраснела, отвернувшись, чем вызвала легкую усмешку, которую в итоге не услышала из-за шума в ушах. Брюнетка быстро схватила протянутую ей черную футболку, кинув в Юнги куртку, и забежала в туалет. Юнги надел её на голое тело и застегнул молнию, чтобы никого затем не смущать своим видом.       Юна умывалась холодной водой, протирала липкие руки и шею, не в силах забыть эту картинку. Футболка правда была длинной, заканчивалась немного выше колена. Свою одежду ей пришлось снять и посильнее свернуть в клубок, чтобы спрятать в нем мокрый бюстгальтер, так мерзко подставивший ее в эту трудную минуту. Благо, в черной широкой футболке грудь не так сильно выделялась.       Возможно, она не выделялась для Юны, но Юнги сразу это заметил и на протяжении фильма часто глядел на нее томными глазами, от чего девушка хотела слиться с сиденьем. Благо незадолго до конца фильма Намджун еще раз извинился, предложив свою олимпийку, дабы брюнетке не было холодно. Юна была безумно рада этому и укуталась в нее, закрыв интересный обзор на свое тело от Юнги, на что тот сдвинул брови и негромко шмыгнул носом.

***

      Ребята прощались у входа в кинотеатр. Чонгук с Айрин ушли первыми. Юнги ждал, когда толпа рассосется, хотя сам всегда уходил одним из первых. Когда они с Юной остались одни, и она неловко отвела взгляд в сторону, он сказал:       — Где ты живешь?       — Не нужно меня провожать, я сама дойду, — девушка завела прядь волос за ухо.       — Хотел бы я сказать, что и не собираюсь, но уже за полночь. Я уговаривать не люблю. Пошли за мной, — и он двинулся к проезжей части.       Юна подбежала к нему, когда парень уже надел шлем от мотоцикла и завел двигатель.       — Мы на нем поедем?       — Предлагаешь мне пешком весь город обойти? Юна оторопела, не зная ни как сесть на эту бандуру, ни как держаться на ней.       — Боишься? — изогнул бровь Юнги, чуть ухмыляясь и протягивая ей второй шлем.       — Если честно, да. Я никогда не ездила раньше, — девушка все же попыталась забраться, что оказалось не таким страшным в итоге. Холодное железо неприятно касалось внутренних сторон бедер, вызывая мурашки, а такое положение ног задирало футболку выше.       — Просто обними меня, я постараюсь не гнать, — добавил Юнги, и мотоцикл несколько раз загудел, пугая Юну, от чего она крепко-накрепко вцепилась в блондина, обхватив его талию и сжимая ее со всей силы. Он стал дышать глубже, успокаивая мысли и нарастающий уже который раз за вечер жар в штанах, надавив затем на газ.       Юнги ехал достаточно медленно, но для Юны мимо пролетали не только ночные огни фонарей и вывесок магазинов, а еще и вся жизнь. Это было похоже на американские горки, которые она зареклась никогда не посещать после того, как ее стошнило еще на колесе обозрения. Когда он примчал к нужному адресу, Юна, наконец, дрожащими ногами смогла встать на божественную землю.       — Ты сказал, что будет небыстро! — прорезавшимся голосом воскликнула она после не-скольких минут транса в то время, как Юнги с полуулыбкой смотрел на ее потерянный вид.       — Мы тащились, как улитки, — сделал он наигранно удивленное лицо.       — Даа уж, — заключила она, всунув ему шлем.       — В следующий раз заеду к тебе на велосипеде, — начал Юнги, разворачивая мотоцикл, готовясь отъехать, — трехколесном.       — Ээй, Юнги, — остановила его девушка, — Спасибо тебе, что подвез. И за футболку тоже… И за кино!       — Увидимся завтра в спортзале, — кинул он напоследок и рванул, вскоре скрывшись за поворотом.       После тщательно принятой ванны, Юна улеглась в холодную постель, долго пытаясь уснуть. Мысли о проведенном вечере, а в особенности о Юнги не давали ей покоя, а запах его парфюма, прочно впитавшийся в футболку, лежавшую на стуле, не давал забыться во снах.

***

      Юна протянула Юнги вещь, которую одолжила, а также олимпийку Намджуна.       — Я постирала.       — Не утруждалась бы.       — От нее пахло колой. Конечно, не так сильно, как от меня тобой.       Фраза прозвучала достаточно пошло. Или Юна начала видеть в словах скрытые намеки после вчерашнего, снова и снова отводя взгляд, когда Юнги пристально смотрел на нее. Блондин, казалось, никак не отреагировал на фразу, и его холодность даже раздражала.       Тем не менее, молодые люди стали бывать вместе еще чаще, и Юна даже садилась на соседний ряд, где находился Юнги и его друзья. Раньше бы она побоялась приблизиться хотя бы на полкилометра к Чонгуку, но сейчас ей было все равно, а с Юнги общаться было легко, хоть он и не слыл за «общительного». Друзья его, конечно, сыграли немалую роль в этом сближении, постоянно таская на обеденных перерывах Юну с собой в кафешки, парки и т.д. Ей они очень нравились, потому что были веселыми, открытыми и добрыми. Намджун часто подсказывал по учебе, и она старалась далеко от него не отходить, особенно на контрольных. Такое общение нравилось и подругам Юны, ведь они плавно перетекали за ней по рядам аудитории поближе к Чимину и Тэхёну, на которых обратили внимание с первого курса. Юнги иногда подвозил Юну домой, и она уже не боялась его мотоцикла, а даже ловила кайф с развивающихся волос и, чувствуя адреналин, полностью доверяя своему водителю.       Юнги и сам чувствовал ее доверие, когда она обнимала его не в судорожной истерике, а более нежно, при этом крепко, и по-настоящему тепло. Это тепло тут же разливалось в теле парня, и хотелось тупо улыбаться, открывая белые зубки, собирая морщинки в уголках глаз, но он продолжал сохранять спокойное лицо и крепче сжимал руль мотоцикла.       Сейчас Юнги зашел в пустую, не очень уютную комнату своей квартиры, которую снимал вместе с Сокджином, и плюхнулся на кровать прямо в одежде. В руке у него была футболка, которую Юна погладила и аккуратно сложила перед тем, как отдать блондину. Одной рукой он расправил её, чуть встряхнув, и, посмотрев пару секунд на черную ткань, поднес к лицу. Несколько разочарованно выдохнув, он подумал «Пахнет только порошком», и отправил вещь на пол.       «От нее пахло колой. Конечно, не так сильно, как от меня тобой», — пронеслось в голове Юнги, и фантазия тут же нарисовала неприличные картины, в которых Юна с растрепанным угольными волосами, спадающими на голые плечи, игриво прикрывала тело одной лишь его рубашкой, а Юнги ненасытно вдыхал запах ее кожи, пропитанный уже прочно въевшимся мужским запахом. Юнги нервно сглотнул.       Запах духов Юны, явно сочетающий игривость цитрусовых фруктов и нежность цветов, все еще шлейфом шел за кожанкой Юнги, перемешиваясь с терпким и резким парфюмом парня. Складывалось ощущение, что парень в комнате не один, и кто-то лежит с ним совсем рядом. Юнги смотрел в потолок с умиротворенным и расслабленным лицом, вдыхал этот запах, медленно моргая, а вот сердце его сильно колотилось, казалось, перебивая стук часов.