II. Настоящее. Неделимое.

Над крышей замка лучами света лазурь и золото греют сад свободный, дикий, чьи корни-ветви, вплетаясь в стены, чаруют взгляд, и в отражении глади неба искрит на солнце водой фонтан, в лазурном взгляде сверкает нежность — и в этом главная красота… Стоишь напротив в лучах рассвета, прекрасен даже любой изъян, цветочный запах разносит ветер, по венам сладкий течёт дурман. Густой, тягучей, горячей лавой в нас просыпается жажда быть друг к другу ближе, гореть телами, сердцами душами — лишь любить. Сменяет солнце теней прохлада и мы в объятиях темноты, и голос шёпотом кожу гладит: — Всего важнее, что рядом ты… Моя. Единственная. Спасение. В пустыне жаждущему вода. Любовь, дарящая воскрешение. Я ждал тебя… Я так долго ждал… И слово каждое откровение, и в теле вспыхивает грозой, дразнящим, страстным прикосновением дыханья пишешь на мне узор, мы растворяемся в этом миге, где словно ветви сплелись сердца, и в каждой жизни, и в каждом мире, мы неделимое — до конца. Мы неделимое и единое слияние разного — Инь и Янь. Я принимаю всю силу дикую в тебе бушующего огня, и растворяюсь в цунами сладостном, во взгляде синем встречая свет. Признание словом ласкает пламенным… Я выдыхаю его в ответ.