Часть 3

Золотой город был одним из самых обычных современных городов: большое количество магазинов, несколько парков и заповедников, а также небольшая набережная у берега моря. Город делился на центр, где жило больше людей, чем в коттеджном посёлке, хотя раньше все предпочитали жить в собственном доме с лужайкой и садиком. Дафна же вместе с родителями жила в своей уютной трёхкомнатной квартире в центре города, рядом со школой, поэтому Ирэн недолго добиралась до неё. Квартира была достаточно светлой и большой. Ирэн проверила несколько комнат и уже в третьей нашла свою подопечную. Девушка сидела за туалетным столиком и рисовала что-то в альбоме. В комнате стоял большой шкаф, в котором наверняка было много нарядов, рабочий стол, туалетный столик, за которым сидела девушка, и несколько прикроватных тумбочек. Дафна была действительно красавицей: светлое каре, аккуратная чёлка, прикрывающая лоб, голубые глаза, внимательно следящие за каждым изменением в рисунке, светлые брови, сведённые к переносице от сосредоточенности. Серая майка на тонких бретельках открывала хрупкие плечи, а серые спортивные штаны облегали стройные ноги. Ирэн подошла к ней и заглянула в альбом. Девушка аккуратно выводила тонкие лепестки розы, изредка прикусывая кончик карандаша. Дафна несколько раз поднимала голову, чтобы посмотреть на вазу с белыми розами, и продолжала рисовать. Ангел потянулась к цветам, желая коснуться их, но в этот момент она посмотрела в зеркало и сквозь него заметила ещё одного человека. Вернее сказать — демона. — Ты забыла, что когда мы в истинной форме, то не можем к чему-либо прикасаться? — сказал он. — Или у тебя проблемы с памятью, ангелок? Ирэн всё же решила обернуться и посмотреть ему в глаза. Она этого не хотела, но совершенно случайно грозовые тучи встретились с густым лесом. Он смотрел с явной усмешкой и лёгким интересом. Ангел первая отвела взгляд — не смогла справиться с давлением демона — и посмотрела на девушку. — У ангелов с сегодняшнего дня запрещено разговаривать с дьяволами? Но, кажется, и это правило я тоже нарушу. Можно подумать, его веселило её молчание, но на самом деле он был обеспокоен. Так сильно, что бросил ещё несколько реплик, лишь бы вызвать у неё хоть немного эмоций. — Ты язык проглотила или принципиально не хочешь говорить? — спросил он, но быстро сдался. — Хорошо, тогда я тоже буду молчать, чтобы не прерывать эту идиллию. И он лёг на кровать, закинув руки за голову, и стал ждать. Эта тишина, казалось, не волновала только Дафну. Девушка продолжала рисовать как ни в чём не бывало, в то же время её ангел-хранитель пыталась сосредоточиться на ней, а не на пристальном взгляде парня. — И для чего нас сюда отправили? — с раздражением взлохматил волосы демон. — Очевидно, что у неё должно что-то произойти. — Ух ты, оказывается, я не зря молчал. Ты сказала целых семь слов, вот это прогресс, — с явной иронией и насмешкой произнёс он и сел на край кровати, ближе к девушкам. Ирэн же не была так весела, как её противник. Она не могла понять, что должно случиться, чтобы они вмешались, ведь Дафна просто рисовала. — Что, даже не скажешь «привет»? — Здравствуй, Сет, — с выдохом ответила Ирэн. — Ну надо же, сегодня, наверное, метеорит упадёт на Землю: сам ангел заговорил со мной. — Столько насмешки и издёвки было в его голосе. Ирэн посмотрела на него одним из своих обычных взглядов, от которых остальные нервно отворачивались или под благовидным предлогом уходили. Но это не про Сета. Он всё также смотрел ей в глаза. Не успели они вновь продолжить, как раздался стук в дверь. — Да, войдите. — Дафна положила принадлежности на стол и повернулась к двери. В комнату вошла мама Дафны, Шарлотта (Ирэн узнала её по фотографии). Из-за работы она часто была занята и почти всегда пропадала в своей студии, но старалась никогда не забывать про дочь. Для поддержания образа на выставках её улыбка была всегда холодной и будто ненастоящей, но в кругу семьи она улыбалась настолько тепло, что даже ангел ощутила её любовь к близким. Сегодня она была не в роскошном платье или строгом костюме, а в белой лёгкой блузке, фланелевых брюках и белой кофте. Обычно собранные в пучок волосы на этот раз были распущены и лежали аккуратными волнами на плечах. — Не помешала? — Нет, что ты, — ответила дочь и перевела взгляд на стол. — Просто рисовала. — Вот как? Можно посмотреть? Дафна кивнула. Шарлотта подошла к ней и взяла предложенный альбом. — Ох, детка, это шедевр. — Её мама тепло смотрела на нарисованные цветы и дочь, а та от смущения отвела взгляд и заправила прядь за ухо. Похвала родителей, особенно мамы, за рисунки всегда заставляла её гордиться собой. Шарлотта отдала натюрморт и взглянула на Дафну. Она начала хмурить брови и трогать волосы — женщина так делала, когда нервничала. Дафна, видя это, не стала мучить её и спросила: — Мам? Ты хотела что-то сказать? Шарлотта выдохнула и взяла руки дочери в свои. Теперь уже их сложенные руки стали воплощением её волнения. — Детка, нам с папой надо уехать в Италию по работе, — всё-таки она это сказала. Дафна не знала, как реагировать. С одной стороны, она была расстроена, что родители едут без неё, потому что у неё начинается школа и пропускать ей ни в коем случае нельзя. А с другой — ей так хотелось побывать в их горячо любимой стране, зайти в известные галереи ещё раз, обсудить их с мамой, а потом папа вновь рассказал бы ей историю Колизея, и они закончили бы вечер походом за мороженым. — Но мы с папой подумали, что ты можешь пропустить одну неделю в школе, — резво воскликнула женщина. — Я уверена, что директор и миссис Смит пойдут нам навстречу, а когда вернёмся — всё догонишь. Дафна была в смятении. Она очень любила путешествовать с родителями, но этим летом у них не получилось: мама была занята новым проектом, а папа разбирался с возникшей проблемой в больнице. И она верила, что это путешествие стоит того, чтобы пропустить школу, а после она восполнит материал. — Я не требую от тебя ответа сейчас, просто хочу, чтобы ты подумала, что для тебя лучше. Мы с папой не расстроимся, если ты не поедешь с нами, но нам бы этого хотелось. Мама обняла её и вышла из комнаты, забирая рисунок с собой. После её ухода девушка задумчиво смотрела в окно на проплывающие мимо облака и не знала, что делать. Но её хранители знали. Они посмотрели на свои браслеты, переглянулись и всё поняли. Их задача — помочь ей сделать выбор, но главное — не принуждать её. Не в этом их работа. Дафна и Сет отправились в Комнату Состязаний.

***

Ангел и демон вернулись в Золотую школу и направились в Комнату Состязаний. — Итак, тот, кто победит, получит право первым помогать Дафне. — Ирэн смотрела на знакомую дверь, готовая войти и начать. — Я уступаю тебе. Но над комнатой на табличке высветилось слово: «Энигма». — И что это значит? — спросила ангел. — Наверное, это наше задание. — Но раньше этого не было. — Вам что, Аркан не рассказывал? Со второго курса не мы выбираем испытание, а за нас уже всё подготовили. Теперь мы должны действовать в таких условиях. Ирэн этого не слышала. Она, казалось, не слушала и половины лекции профессора, но не подавала виду. Она подошла к двери, открыла её и уже была готова войти, как вдруг её остановил Сет. Он схватил её за руку, отодвинул и вошёл первым. Ирэн же взглянула на руку, которую секунду назад нежно сжимал парень. Она помнила: подобное прикосновение уже было. Вот только оно было давно и намного грубее, чем сейчас. Нет. Сейчас не время. И его больше никогда не будет. Она шагнула в комнату, и дверь за ней закрылась. Ирэн оказалась в песчаной буре. Её и, как она успела заметить сквозь песок, Сета несло в неизвестном направлении. И оба не могли сопротивляться ветру. — Мы должны что-то сделать! — Серьёзно?! А я, по-твоему, что пытаюсь сделать? Он действительно пытался. Ирэн заметила, как он сумел всего на секунду удержаться против бури, но этого времени ему хватило. — Огненные крылья! — воскликнул дьявол. Песок начал собираться вокруг Сета и концентрироваться в его руках. Сет сжал его и выбросил вверх. Ирэн закрыла глаза из-за падающего песка и осмотрелась. Да, буря закончилась, но лучше не стало. — Всё равно ничего не видно, — сказала она, прищурив глаза. — Я могу, конечно, зажечь пламя, но толку от него будет мало. И как же им быть? Оба думали, что ещё они могут сделать. Сет вздохнул, сел и начал перебирать песок. Ирэн, глядя на это, вспомнила, как демон успокоил бурю: он использовал огонь, который, остывая и разрушаясь, превращался в песок. Значит, нужно искать то, что свяжет темноту и её способности. Но что? И тут она подняла голову и увидела тучи. — А что если... — не успел Сет спросить, что именно, как она уже взмыла вверх. Остановилась возле одной из туч и направила к ней руки: — Водные крылья! Влага из туч начала притягиваться к ангелу, и уже не одна, а практически все тучи исчезли, и пустыня озарилась белым светом луны и звёзд. Сет смотрел, как Ирэн управляла своей магией так умело и красиво, как могла только она, и не мог налюбоваться ею. — Это было впечатляюще, — сказал он с небольшим поклоном в её сторону. Ирэн же лишь удостоила его мимолётным взглядом и начала осматриваться. — Подойдите ко мне. От этого голоса они вздрогнули и резко взлетели вверх. Это произнёс большой тёмный сфинкс с белыми глазами. — Видимо, это наше задание. — Они подлетели к сфинксу, и он заговорил. — Я Энигма, — ответила сфинкс, поворачивая голову от ангела к дьяволу. — Я спрашиваю — вы отвечаете. Сет, кто ты? — Я дьявол... Не успел он закончить, как в него был направлен световой луч из глаз сфинкса. — Эй?! Какого черта! — Он успел увернуться от него. — Я вижу истину. Отвечай искренне, — раздался низкий голос. Сет крепко сжал губы, а его руки уже полыхали огнём, но он успокоился и ответил: — Ладно! Я вспыльчивый и дерзкий, ненавижу, когда мной командуют, потому что на чужое мнение мне наплевать! — Он уже кричал во всё горло, чтобы она точно услышала. Энигма одобрила его ответ и взглянула на Ирэн. Та же была абсолютно спокойна, что удивило и Сета, и сфинкса. — Ирэн, а ты кто? Ирэн, не задумываясь, ответила: — Я ангел, вечный страж чистых людских сердец от тьмы, и это будет всегда. Она её сейчас ранит! Парень уже собирался броситься защищать ангела, как вдруг Энигма просто повернулась к нему. Она сказала правду? — Скажи, Сет, чего ты хочешь на самом деле? — спросил сфинкс дьявола. Он действительно не знал, что ответить. Много чего ему хотелось. Например, чаще, нарушая какие-либо правила, давать возможность своей подопечной делать то, что ей заблагорассудится, но в пределах нормы. Разъезжать по городу на своём байке и останавливаться в каких-нибудь красивых местах. Но чего ещё больше он хотел, так это того, чтобы... — Я хочу узнать, как мне попросить прощения у той, чью жизнь я разрушил. Ирэн на секунду почувствовала, что у неё всё-таки есть сердце, и ощутила, как оно сжалось в груди. Она сложила руки в замок и вновь стала неприступной, но её будто ледяной водой окатило, когда она посмотрела в его глаза. — Ирэн, а ты? — Энигма вновь задала свой вопрос. — Я хочу стать одним из лучших ангелов-хранителей на Земле, — ответила ангел и посмотрела на сфинкса. — И я добьюсь этого во что бы то ни стало. Все присутствующие услышали сталь в голосе хрупкой девушки, и каждый решил что-то для себя в этот момент. — Итак, мой последний вопрос будет для вас разным, — оба бессмертных были удивлены. — Сперва ответ даст Сет. Ты видишь порок в каждом сердце. Но когда ты находишь искру настоящей, бескорыстной добродетели — чувствуешь ли ты к ней презрение... или тайную, ненавистную тебе самому, тоску? Если уж ему прошлые вопросы давались тяжело, то как ему быть с этим? Да, он видит тёмную сторону каждого, но если ему встречается настоящий, добрый, искренний человек, то что он испытывает? — Отвечай искренне! Этот голос не давал сосредоточиться. Нет, он ни в коем случае не презирает подобных людей, но в глубине души он завидует им. Эти люди могут почувствовать все краски жизни, будучи добрыми и открытыми, но они не понимают, какие же они счастливые. — Я завидую им. Мне жаль тех, кто не понимает, какой дар им дан — испытывать счастье и радость, горе и гнев. Все эти эмоции и чувства они проживают изо дня в день и не замечают, как мы на них смотрим и завидуем. Поэтому я их не ненавижу, вернее сказать — я завидую им. Ответ удовлетворил сфинкса, и она повернулась к ангелу. Уж ей она знала, какой вопрос задаст, и была уверена, что та не ответит правду. — Ирэн, ты — меч в руках Бога. Но что останется от твоей святости, если тебе прикажут проявить милосердие к тому, кого ты считаешь воплощённым злом? Этот вопрос ударил по ним обоим. Каждый из них испытывал похожие чувства. Внутри Ирэн бушевала буря эмоций, скованных крепкими цепями, а у Сета полыхали теперь не только руки, но и глаза. Наконец она решила дать ответ, который был правильным: — Если бы сами Высшие Сферы сказали мне проявить милосердие к человеку, который, по моему мнению, само воплощение зла, то да, я прощу его и буду только рада помиловать его за... — Сет выиграл состязание, ты проиграла, Ирэн. Всё произошло как в замедленной съёмке. Вот лучи Энигмы направляются в сторону ангела, дьявол кричит и пытается успеть её оттолкнуть, а Ирэн стоит как ни в чём не бывало и ожидает своей участи. Вот лучи достигли цели. Они пронзили ангела и откинули её. Да, она испытала невообразимую боль, да, Сет кричал ей отойти, но она не произнесла ни звука. Упала она уже не на мягкий песок, а на твёрдый пол. Они вновь оказались в Комнате Состязаний. Ирэн медленно встала с пола, аккуратно выпрямилась и взглянула на дьявола. Его красные волосы поднимались вверх, словно языки пламени, а ядовито-зелёные глаза стали гуще прежнего. — Что ж, поздравляю, — произнесла она, отряхивая с белого топа песок. — Ты первый будешь работать с нашей подопечной. Желаю удачи. Она развернулась и начала уходить. — Ирэн! — окликнул её Сет, и Ирэн обернулась. А он не знал, что сказать. В его голове столько вопросов, но так мало ответов. — Да? — Ты сказала правду сфинксу? — Он подошёл к ней чуть ближе и остановился. Сет был намного выше неё, поэтому ангел была вынуждена поднимать голову. — Насчёт чего? — Она искренне не понимала, о чём он. Она на все вопросы ответила правдиво. На все. — Насчёт всего. На все вопросы ты отвечала не задумываясь, будто уже знала на них ответы. И ты лгала во всём. — Его гнев слегка поутих, но не исчез полностью. — Я ангел, — ответила она на это. — Я заведомо не имею права лгать. — Но я знаю тебя! И знаю, что ты солгала во всём, чёрт возьми! — Может, тогда ты не так хорошо меня знаешь, — сказала как отрезала. Сет отшатнулся от неё, как от удара. Ирэн, не теряя времени, направилась на выход. Стоило двери закрыться, как дьявол зарычал сквозь зубы. Его кулак ударил стену так, что оставил на ней вмятину. Он встряхнул руку, но на боль ему было наплевать. Она не могла так сказать. Только не она.

***

В общежитии ангелов практически никого не было. Неудивительно, ведь уже наступил вечер, а значит, все находились на ужине. Ирэн же совершенно не хотела есть. Она зашла в комнату, села за стол, стоящий возле её кровати, положила руки и уронила на них голову. Тэра появилась перед хозяйкой и начала её утешать. Да, ей было больно, но она терпела. Не проронила ни слезинки. Ангел лишь подняла голову и погладила скарабея по голове. Тэра прильнула к её руке, а у Ирэн на секунду смягчился взгляд. Здесь не нужно было говорить о своих тревогах и страхах — её слышали и слушали. Для Ирэн это было как бальзам на душу. В этот момент единения открылась дверь. Ангел сразу же выпрямилась и взглянула на вошедшего. Это оказалась Малаек. Заметив светловолосую, она направилась к ней, но неловко остановилась в двух шагах от стола. — Здравствуй, Малаек, — поприветствовала её Ирэн. — Ты что-то хотела? — О да, я хотела... — Но она не продолжила. Рыжеволосая всё отводила взгляд от неё, и это было странно. — Так что ты хотела? — спросила Ирэн и встала со стула. Пусть они и были одного роста, но сейчас Малаек старалась сделаться как можно меньше, а Ирэн всё ещё была в недоумении. Но всё-таки она сказала то, что действительно застало её врасплох: — Профессор Аркан просил передать, чтобы ты собирала вещи и отправлялась в его кабинет. — Как гром среди ясного неба прозвучали её слова. Ангел так и застыла. Её руки, до этого сложенные в замок, сильнее сжались, а дыхание на секунду прервалось. Она спокойно подошла к неразобранному чемодану и покинула комнату. Малаек продолжала смотреть ей вслед, а она шла в сторону класса. Она не понимала, что происходит. Почему её вызвали, но ничего сделать с этим она не могла. Войдя в класс, она увидела профессора, стоящего возле большого экрана, на котором была изображена профессор Темптель. Но как только Ирэн вошла, разговор прекратился. Профессор обернулся к ней и подошёл. — Следуйте за мной, мисс Ирэн. — Он сказал это, открывая дверь. Они направлялись на улицу в полном молчании, но этого и не нужно было. Ирэн была готова сейчас узнать причину своего отчисления, но профессор продолжал молчать. Наконец ангелы вышли во внутренний дворик школы, где их уже ожидали дьяволы. Ирэн узнала профессора Темптель — необычайно красивую стройную женщину с длинными лиловыми волосами. На ней неизменно было облегающее тёмно-синее платье, синяя помада и очки. А рядом с ней стоял Сет. Тоже с чемоданом. Что происходит? — Здравствуйте, профессор Темптель, — сказала ангел, не смотря на неё. Дьяволица кивнула на приветствие, и старшие начали вести немой диалог. А младшие всё так же не понимали суть их встречи, но не хотели терять последние, как они думали, мгновения в Золотой школе. Как только учителя договорили, они взглянули на учеников. — Прежде чем объяснить, для чего мы вас сюда позвали, необходимо, чтобы вы кое-что увидели, — начал Аркан и уступил место коллеге. Женщина показала им небольшую сферу. — Это «Сфера Всевидения». С её помощью можно увидеть всё, что пожелаешь. — Она закрыла глаза, и из шара появилось пространство, похожее на экран. Там была Ирэн. Вернее, очень похожая на неё. Их можно было бы легко спутать, но в них всё-таки есть отличие: у Ирэн глаза тёмно-синие, а у девушки — небесного цвета. Блондинка обернулась и увидела тонущего демона. Он кричал о помощи, и она подплыла к нему на доске. Она протянула ему руку. Нет. При соприкосновении между ними появилась вспышка света. На этом всё закончилось. — Это были Раф и Сульфус, — сказал Аркан, когда Темптель убрала сферу. — Сегодня они нарушили ВЕТО. На этом и закончилась их спокойная недолгая жизнь.