Наваждение

Буря утихла так же быстро, как и разразилась. Целители покинули покои Эланор только тогда, когда убедились, что ни ей, ни ее новорожденному ребенку ничего не угрожает. Кажется, никто из них не понял, что во время родов произошло что-то, чего быть не должно. Галадриэль и Элронд, разошедшись по своим покоям, чтобы отдохнуть, так и не сомкнули глаз. Владычица Лориэна проматывала в памяти произошедшее сегодня и, то и дело возвращаясь к далекому прошлому, пыталась понять, а точно ли они с этой эльфийкой не пересекались в Эрегионе? Владыка же Ривенделла, повинуясь старой привычке, погрузился в чтение старинных текстов, надеясь отыскать там упоминания о майя Мелиан и ее детях, чтобы сравнить потом прочитанное с новорожденным эльфом. Весь Имладрис затих в ожидании. По старинным эльфийским обычаям, первое имя ребенку дает отец, а второе - мать. И практически всегда имя ребенка складывается из отцовского. Муж Эланор, по ее словам, погиб, а, значит, имя у ребенка будет только одно. И все с тревогой ждали, как же женщина назовет своего сына. Быть может, повинуясь традициям, даст ему имя отца, раскрыв тем самым тайну? Сама же Эланор, кажется, совершенно не подозревая об интересе, вызванном в местных жителях ее семьей, в это время приходила в себя после сложных родов. Кажется, даже боль от потери супруга отошла сейчас на второй план... Наконец, спустя почти сутки, Элронд решился, все же, побеспокоить женщину и поприветствовать нового обитателя Имладриса. - Эланор? Я могу войти? - Владыка Ривенделла чувствовал, что эльфийка не спит, но решил, все же, поинтересоваться. - Владыка Элронд, - непривычно хриплый голос женщины не скрывал улыбки. - Разумеется. Вы ведь хозяин в замке. - Как ты себя чувствуешь? - Элронд, мягко ступая, приблизился к кровати и, сев на стул, с интересом покосился на ребенка, лежащего под боком матери. - А что я? - Эланор подняла на гостя глаза. - Физически я скоро буду здорова. А душевно... Мой муж должен быть сейчас со мной. Он должен был первым взять сына на руки. А в итоге? Мой мальчик будет расти без отца, просто потому, что тот ввязался в войну и противник оказался удачливее. Как вы думаете, каково мне сейчас? И вновь Элронду показалось, что глаза у эльфийки полны черноты, а взгляд ее полыхает ненавистью. Впрочем, наваждение это быстро прошло, ибо на лице Эланор расцвела сумасшедше-счастливая улыбка, когда движение сына привлекло ее внимание. - Я понимаю твою боль, Эланор. Ты же знаешь, я тоже потерял жену, - мягко произнес он. - Обещаю, твой сын не будет ни в чем нуждаться. - Элладан и Элрохир уже пообещали взять его подмастерьем в кузницу, - женщина негромко рассмеялась и, наклонившись, бережно поправила одеяльце ребенка. - Могу я... - Элронд на миг замер, сообразив вдруг, что совершенно не представляет, как женщина отреагирует на его просьбу взглянуть на ребенка, ведь за все время беседы она, словно случайно, закрывала малыша от его взгляда. - Ммм... Да. Думаю, он не станет возражать, - Эланор с трудом села и, поудобнее укутав ребенка в одеяльце, протянула мужчине, предлагая взять на руки. Владыка Ривенделла, несколько удивившись такому порыву, бережно принял младенца. - Как ты назовешь его? - рассматривая совершенно обычное детское личико, в котором и следа не было от той силы, про которую с таким жаром рассказывала Галадриэль, поинтересовался Элронд. - Аулэндиль. Его имя Аулэндиль, - судя по всему, Эланор уже давно придумала это имя. - Аулэндиль... Слуга Аулэ, - медленно повторил Элронд. - Красивое имя, но... Я думал, ты... - Нет. Это имя ему должен был дать отец. Но... - женщина вздохнула. - Как вышло, так вышло. Пусть Аулэ хранит моего сына и направляет. Мужчина еще раз внимательно посмотрел на странно молчаливое дитя. Маленькое, сморщенное личико, бледно-голубые, скорее даже, серые глазки, желтый пушок на голове, характерные эльфийские острые уши... Решительно ничего в нем не говорило о том, что его отец - не эльф. На руках Элронда был совершенно обычный эльфийский младенец. Скорее всего, Галадриэль, на фоне бури, почудилось что-то необыкновенное. - Да будет так, - Элронд бережно передал ребенка матери и, распрощавшись и попросив ее побольше отдыхать, покинул покои. Похоже, все его волнения и подозрения были глупостью. Обычная эльфийка, потерявшая в огне войны семью, наставника, дом и мужа. И обычный младенец, которому есть нужда только в материнском тепле и материнском молоке. И с чего вообще он решил, что Эланор опасна?!