глава 1: трещины в фундаменте

      Тишину наполнял тихий храп, мягкий и неторопливый, как ленивый шаг жаркого дня в Джорджии. Солнечный свет проникал сквозь жалюзи на балконных дверях, отбрасывая золотые лучи по всей комнате, и пылинки кружились в теплом свете, словно крошечные танцоры. В маленькой квартире дедушки царила умиротворенная атмосфера, это было маленькое убежище от внешнего мира. — Берди? — голос отвлек девушку из забвенья, и она повернулась, посмотрев на Сару, работницу хосписа, которая стояла около кухни, словно магически отражая блики на темных кудрях на свету. — Извини, Сара, что ты сказала? — она потянулась, поморщившись от боли в плечах. Стопка учебников и тетрадей сдвинулась, страницы слегка зашуршали. Сара удивленно покачала головой. — Всегда такая рассеянная, — поддразнила она. — Я говорила, что дала твоему дедушке лекарство. Увидимся завтра. Но серьезно, над чем ты там работаешь? Берди ухмыльнулась, подняв свой блокнот. — Электромагнетизм! Через пару недель я начинаю обучение в магистратуре. — О, как... интересно, — сказала Сара, приподняв бровь. — Я до сих пор не понимаю, почему ты выбрала электротехнику. В старших классах ты только и говорила, что о растениях и саде! — Растения — это любовь всей моей жизни, Сара! Но, знаешь, нельзя смешивать бизнес с удовольствием, — сказала девушка, драматично взмахнув руками. Это движение напугало ее кота Гэнди, который поднял свою пушистую голову с дивана и раздраженно зевнул. — Прости, Гэнди, — прошептала непутевая хозяйка. Он вытянул свои массивные лапы и недовольно мяукнул, прежде чем снова свернуться калачиком. Сара рассмеялась, но, казалось, отвлеклась, когда зазвонил ее телефон. Она посмотрела вниз и нахмурилась, просматривая уведомления. — Ты смотрела новости в последнее время? Берди пожала плечами. — Ты имеешь в виду беспорядки в Атланте? Я пытаюсь не обращать на это внимания и сосредоточиться на учебе. — Что ж, — сказала она, нахмурившись, — раз уж ты скоро вернешься в свою квартиру, возможно, тебе стоит быть внимательнее по дороге. — Она поправила сумку на плече, снова с беспокойством взглянув на телефон. — В любом случае, мне нужно идти к следующему клиенту. Увидимся завтра, дорогая. Девушка проводила ее до двери и со вздохом заперла за ней. В квартире снова стало тихо. Берди зашла в дедушкину комнату, чтобы проверить, как он, и обнаружила, что тот спит в кресле, тихо похрапывая в такт поверхностному дыханию. Она осторожно накрыла его одеялом и поцеловала в лоб, прежде чем вернуться в гостиную, испытывая внезапный укол беспокойства, от которого не могла избавиться. Затем она решила включить телевизор и устроилась по-турецки на ковре перед диваном, сжимая в руке пульт. На экране замелькали кадры с дрожащим изображением городских улиц, заполненных людьми, которые толкались, бежали и кричали. Это было похоже на сцену из фильма ужасов. Гэнди спрыгнул с дивана и свернулся калачиком на коленях хозяйки, а та рассеянно гладила его шерсть, пытаясь сосредоточиться на голосе ведущего новостей. Он говорил напряженно, стараясь сохранять спокойствие. — Официальные лица пока не сделали четкого заявления по поводу растущего числа случаев насилия в крупных городах… — бубнил голос из экрана, и она увидела, как камера переключилась на другую сцену с толпой, охваченной паникой. Телефон завибрировал на полу где-то недалеко, и Берди посмотрела вниз, где на экране мигало имя Кристен. Странно, что соседка, которая обычно только переписывалась, решила позвонить. Она ответила, прижав телефон к уху и приглушив звук телевизора. — Привет, Берди, — раздался низкий и неуверенный голос Кристен, как будто она пыталась взять себя в руки. — У меня странный вопрос. Берди старался говорить легким тоном. — Выкладывай. — Ты все еще дома у своего дедушки? — Да, а что? — спросил она, и сердце слегка ускорило ритм. Кристен вздохнула с облегчением. — Хорошо, хорошо. Я еду к родителям в Форт-Беннинг. — На заднем плане послышались приглушенные автомобильные гудки, которые только усиливали беспокойство. — Ладно… не знаю, зачем ты позвонила, чтобы сказать мне это, — сказала Берди, пытаясь выдавить из себя смешок. Кристен не из тех, кто бурно реагирует, и от этого беспокойство казалось еще более реальным. — Берди, послушай меня, — в ее голосе послышались серьезные нотки, и девушка резко выпрямилась. — В Атланте хуже, чем показывают по телевизору. И не только здесь — сообщения приходят отовсюду. Беспорядки, люди нападают друг на друга. Она почувствовала холодок у основания позвоночника. — О боже! — Мой папа говорит, что они выводят войска из-за границы. Все войска. Берди, что-то серьезно не так. По-крупному. Девушка начала дрожать,в груди нарастал нервный комок, она встала и начала расхаживать по комнате. — Что он говорит тебе делать? — Моя мама пошла за продуктами, чтобы запастись на случай, если мы застрянем дома на какое-то время. Я правда думаю, что тебе стоит сделать тоже самое, Бердс. — Она замолчала, звуки гудка становились все громче. — Бери все, что, по твоему мнению, тебе понадобится. — Что мне делать с дедушкой, Кристен? — голос сорвался на шепот. — Ему каждый день нужно принимать лекарства. Что, если работник хосписа не сможет прийти? — Берди взглянула на дедушкино кресло, где он все еще спал, ничего не замечая. — О, дорогая… я не знаю. — Она колебалась, и голос звучал так же обеспокоенно, как и чувства Берди. — Может, ты попросишь медсестру из хосписа оставить немного лекарств, чтобы их хватило на какое-то время? Девушка кивнула, хотя собеседница и не могла видеть ее, чувствуя, как в уголках глаз закипают слезы. — Да… я могу это сделать, точно. — Шмыгнув носом, вытерла лицо и выглянула в окно балкона, где внизу на детской площадке смеялись и играли дети, не подозревая ни о чем плохом. — Мне нужно идти, Бердс. Движение наконец-то возобновилось. Я постараюсь позвонить, когда доберусь до Форт-Беннинга, а пока запасайся едой, хорошо? — Она на секунду замолчала, и ее голос смягчился. — Я люблю тебя, Би. Береги себя. — Я тоже тебя люблю, Крис, — пробормотала девушка. — Позвони мне, когда будешь в безопасности, хорошо? Повесив трубку, Берди сделала прерывистый вдох и еще мгновение смотрела на телевизор, прежде чем выключить его. Паника закипала под кожей, но она подавила ее, собираясь с силами. Если что-то должно было произойти, мы будем готовы. Она позаботиться об этом. — Ладно, Гэндальф, похоже, сегодня мы тратим наши сбережения. Берди заперла за собой дверь квартиры, в последний раз огляделась, чтобы убедиться, что все в порядке, и вышла на вечерний воздух. На улице было тише, чем обычно, гул машин доносился лишь изредка, и лишь несколько человек бродили по тротуарам. Казалось, что привычной энергии ее родного города сегодня не хватало, как будто весь мир забыл о предупреждениях, мелькавших на всех новостных каналах. Сейчас это было похоже на короткую передышку — безмолвное затишье перед бурей. До продуктового магазина было всего десять минут езды, и девушка шла по знакомым улицам, почти с горькой радостью оглядываясь по сторонам. Некогда оживленная городская жизнь теперь казалась странно приглушенной, в маленьких магазинчиках и кафе было тихо, как будто все затаили дыхание в ожидании чего-то. Войдя в магазин, девушка почти ожидала увидеть хаос — проходы, заполненные обезумевшими покупателями, бросающими вещи в тележки, — но в магазине было пугающе тихо. Слабый гул морозильных камер в глубине магазина и тихая фоновая музыка, доносившаяся из динамиков, были ее единственными спутниками. Она взяла тележку и начала осматривать проходы, мысленно составляя список необходимых ей вещей. — Хорошо, — пробормотала она себе под нос, — вода, консервы, то, что не испортится… — Она наполнила тележку банками с фасолью, супами и овощами, радуясь, что Кристен предупредила ее. Это было странно — чувство срочности, которое теперь сопровождало каждое решение и движение тела. Она вспомнила о дедушке — ему понадобятся дополнительные продукты. Девушка взяла еще несколько вещей: простые продукты, которые он любил, его любимые крекеры, несколько формочек для пудинга. Она ничего не могла с этим поделать — ей нужно было сохранять легкость. Он заслуживал хотя бы этого, даже если все становилось мрачным. Свернув в отдел гигиены, Берди снова почувствовала, как в груди тяжелеет от предупреждения Кристен. В памяти всплыли кадры из новостей — сцены паники, люди, толкающие друг друга, беспорядки в переполненных городах. Что всегда говорил дедушка? Люди ломаются быстрее, чем стекло. От этой мысли у нее по спине пробежал холодок. Она встряхнулась и взяла несколько коробок с медикаментами, пытаясь сосредоточиться на текущей задаче. В кармане завибрировал телефон, и девушка вытащила его, чтобы прослушать голосовое сообщение от Кристен. «Будь осторожна», — сказала она напряженным от беспокойства голосом. Берди не могла не улыбнуться, глядя на беспокойство подруги. Она быстро напечатала и озвучила ответ: «Единственное, что я пока считаю безумным, — это цена на консервированный суп». Закончив с покупками, Берди подкатила тележку к кассе, чувствуя, как на нее давит тяжесть продуктов. Кассирша приподняла бровь, когда начала сканировать товары, и небольшая гора продуктов выросла в несколько раз. — В поход собрались? — пошутила кассир, сканируя упаковку бутилированной воды. — Что-то в этом роде, — ответила Берди, пытаясь сохранить непринужденное настроение и выдавив из себя смешок, когда протягивала свою кредитную карту. — Я подумала, что не помешает немного запастись. Кассир медленно кивнул, устало глядя в окно. — Наверное, это неплохая идея. В наши дни в мире творится черт знает что. Берди кивнула, чувствуя, как на ее плечи ложится груз принятого решения. — Да, — тихо сказала она. Собрав сумки, поблагодарила кассиршу и покатила тележку к выходу. К тому времени, как она вышла на улицу, небо потемнело, и вечер сменился тихими сумерками. Ночной воздух был прохладным, что резко контрастировало с удушающей жарой дня, и она могла разглядеть несколько звезд, выглядывающих из-за облаков. Она села в машину, и тишина вокруг почти нервировала девушку — ни людей, ни сирен, только слабый шелест листьев на ветру. Казалось, что мир затаил дыхание в ожидании чего-то. Берди решила заглянуть еще в несколько магазинов в городе, просто чтобы не привлекать к себе внимания. Ее маленький седан был доверху забит едой, водой, лекарствами и вещами для прогулок на свежем воздухе — всем, что она могла придумать. Что-то глубоко внутри подсказывало ей, что подготовка к жизни на свежем воздухе может вскоре стать важной. «Завтра я постараюсь купить побольше одежды, — подумала она, — потому что, скорее всего, я не скоро вернусь в свою квартиру». Когда она подъехала к дому дедушки, тишину нарушил визг шин — по улице неслась машина, водитель которой кричал на кого-то, идущего по обочине. Фигура быстро отошла в сторону, и машина умчалась, оставив человека стоять на месте, словно окаменевшего. Сердце Берди екнуло, и она быстро заехала на парковку, торопясь разгрузить машину. Это была еще одна причина быть начеку. Вернувшись в квартиру, Берди молча распаковывала вещи, методично раскладывая продукты по шкафам, заполняя ванную туалетными принадлежностями и выстраивая бутылки с водой вдоль стены. Гэнди подошел понюхать сумки, любопытно глядя на них большими глазами, и Берди опустилась на колени, чтобы почесать его за ухом. — Не думай, что я забыла о тебе, приятель. Я купила тебе много вкусного кошачьего корма и игрушек. Мы будем готовы ко всему, что бы ни случилось, — прошептала она, пытаясь успокоить себя так же, как и его. Берди взглянула на дедушку, который все еще крепко спал в кресле, а затем выдохнула, чувствуя, как все вокруг давит на нее. Шум холодильника и тихое мурлыканье Гэнди были единственным утешением, пока снаружи становилось все темнее, а тишина казалась еще громче, теперь, когда она знала, насколько хрупкой она была на самом деле.