Глава 4

124 г. от З.Э. Младший брат Бейлы, Визерис, — громкий малыш. Ему всего два года, но он уже говорит и ходит по пятам за Эйгоном. А Эйгон ходит по пятам за Бейлой, так что за ней теперь хвостиком ходят оба её младших брата. Лунная Плясунья больше не помещается у неё на плечах, она размером с небольшую собаку, но весит не меньше крупной. Грозовое Облако всё ещё достаточно мал, чтобы Эйгон мог носить его с собой повсюду. У Визериса нет дракона, его яйцо не вылупилось. Он единственный, кроме Рейны, чьё яйцо остыло. Отец и Рейнира говорят, что это не имеет значения, что он, как и Рейна, когда-нибудь сможет заявить права на другого дракона. Их отцу было пятнадцать, когда он впервые поднялся в небо на Караксесе, и он всегда говорит об этом так, словно это была судьба. Должно быть, Лунная Плясунья тоже была судьбой Бейлы.

***

134 г. от З.Э. Алин прислал им письмо, в котором сообщал о своём возвращении, и просил, чтобы вся семья встретила его в доках. Несмотря ни на что, Бейла заинтригована этой просьбой. Возможно, лорд Дрифтмарка отважился отправиться в Древнюю Валирию и чудом выжил, возможно, он привёз экзотические подарки. Бейла и Эйгон стоят бок о бок в окружении королевской гвардии и Золотых плащей. Рейна гладит свой живот по дорогой ткани тёплого синего плаща, она беременна, а с моря дует сильный ветер. Когда Алин выходит на берег, он не один, Бейла слышит шепотки людей, и её глаза наполняются слезами. Мальчик, ненамного младше Эйгона, улыбается и машет им, у него улыбка их отца и глаза Рейниры. Визерис. — Mandias, Lekia, — кричит он им. Рейна и Эйгон бросаются к нему и обнимают. Бейла медленно приближается к ним. Это Визерис, это правда он. Её младший брат, который всегда донимал её, который всегда был таким громким. Она так скучала по нему. Бейла обнимает его, он всё ещё достаточно невысокий, чтобы она могла положить подбородок ему на макушку. Визерес всё ещё пахнет так же, как в последний раз, когда они виделись. Он тонет в её объятиях, кто знает, сколько времени прошло с тех пор, как он чувствовал себя в безопасности. Но теперь он дома.

***

Визерис женат на лисенийке, которая на семь лет старше его, это не имело бы значения, если бы ему было хотя бы четырнадцать, но это не так. Бейле не нравится Ларра Рогаре, в её глазах есть что-то, что не внушает ей доверия. Она красива, даже похожа на валирийку, и, возможно, она была одной из красивейших женщин в Лисе, но в Вестеросе она меркнет по сравнению с Бейлой и Рейной. Она, должно быть, знает это, потому что смотрит на них хмуро, даже когда Рейна улыбается и говорит ей комплименты. Алин суетится вокруг Рейны, беспокоясь за малыша. Вскоре после их свадьбы Рейна забеременела, но почти сразу потеряла ребёнка. Бейла весь день после этого не выпускала сестру из объятий, пытаясь успокоить её. Сейчас Рейне лучше, повитухи заверили их, что ребёнок здоров, как и мать, но беспокойство по-прежнему не покидало их. Ларра говорит, что тоже надеется вскоре забеременеть, на что Визерис только смеётся. — А что насчёт вас, миледи? Неужели у вас нет лорда-мужа? — спрашивает лисенийка. Они празднуют возвращение принца Визериса пиром в Красном замке, хотя Бейла предпочла бы для этого Драконий камень. Они говорят обо всём, что только приходит им в голову, Визерис узнаёт о Канибале и о том, как она заполучила Тёмную Сестру, Рейна рассказывает ему об Утро и о том, что драконица уже достаточно большая, чтобы её можно было оседлать, а Эйгон рассказывает ему о своих полётах на бывшем Диком Драконе. Он смеётся, Эйгон не смеялся целую вечность. — Я забыл сказать тебе, что мы с Бейлой помолвлены, — радостно объявляет Эйгон. В этот момент Бейла подаёт знак Алину и Рейне, последняя поднимается со своего места и скрывается из виду. Бейла тоже встаёт, разглаживая руками подол платья. — Его милость король Эйгон и я пожертвуем остатки этого пира народу Королевской Гавани, — объявляет она гостям. — И в честь этого торжества я хочу преподнести королю свадебный дар. Рейна возвращается в зал, и теперь на её плече сидит синий дракончик. Он ведёт себя совершенно спокойно, и дворяне ахают и апплодируют, когда Рейна протягивает его Эйгону, который довольно быстро оправляется от потрясения и сам тянется к дракончику. Дракончик трётся о руку её брата, и тот смеётся. — За короля Эйгона! За королеву Бейлу! — кричит толпа. Кажется, больше никто не замечает пристального взгляда Ларры Рогаре, устремлённого на маленького дракона. Но Бейла замечает.

***

На свадьбу она надевает не белое, а красно-синее свадебное платье, детали которого напоминают чешую дракона. Как и Рейна в своё время, Бейла летит в септу на Каннибале, он слишком большой, но она справляется. Их с Эйгоном свадьба сильно отличается от валирийской церемонии. — Я объявляю: Эйгон из дома Таргариенов и Бейла из дома Таргариенов — одна плоть, одно сердце и одна душа. Будь проклят тот, кто попытается разлучить их, — их поцелуй короток, отчего Эйгон краснеет. Неделю спустя они повторно женятся в Драконьем камне. Её брат почти сравнялся с ней по росту, его волосы коротко острижены, и на его лице сияет лёгкая улыбка, когда он режет ей губу драконьим стеклом. Рейна и Алин громко апплодирует, когда они целуются, Визерис присвистывает, и лишь Ларра бросает на них сердитые взгляды. Кажется, после свадьбы лисенийка ещё больше невзлюбила Бейлу.

***

Её коронуют короной королевы Эйммы, матери Рейниры. Они не хотели тратить золото на что-то роскошное, когда предыдущие королевы Таргариенов носили простые венцы. — Её милость Бейла из дома Таргариенов, королева-консорт андалов, ройнаров и Первых людей, — объявляет септон. Простые люди приветствуют радостно выкрикивают её имя. И она ощущает торжествующий рёв Каннибала в своём сердце.

***

135 г. от З.Э. Люди шепчутся и сплетничают. Бейла ещё не беременна и не скоро забеременнеет. Их брак ещё не заключён, её брат пока слишком молод. Многие считают, что она не справляется со своим долгом, но Бейла молода, и в доме Таргариенов уже родились двое маленьких мальчиков. Сын Рейны и Алина, Люцерис, скоро отпразднует свои первые именины. Он — здоровый ребёнок, почти не плачет и всё время улыбается. Малыш Ларры Рогаре — полная его противоположность, он постоянно плачет, что бы ни делали няньки, он никогда не замолкает. Визерис назвал сына Эйгоном.

***

— Почему мой сын, ваш племянник, не получил драконье яйцо? — Требует Ларра Рогаре. Бейле не нравится Ларра, она ей не доверяет. Мальчик не получит яйца, и Эйгон знает об этом. — Королева занимается всем, что связано с драконами, — говорит её брат. — Люцерису она тоже не дала драконьего яйца. Эйгон гладит Лунного Огня по голове, молодой дракон мурчит, игнорируя леди Ларру. — Это не одно и то же, Люцерис — Веларион, — говорит Визерис, становясь на сторону жены. — Эйгон — твой наследник до тех пор, пока вы с Бейлой не произведёте на свет собственное дитя. Бейла прикусывает язык, чтобы не прикрикнуть на своего младшего брата. Она знает, что наследник необходим, правда. Он у них будет, но не сейчас.

***

Бейла прижимается к левому крылу Каннибала и ждёт. Утро уже достаточно большая, Рейна оправилась после родов, и ей не терпится совершить свой первый самостоятельный полёт. Когда приходит Рейна, на её лице дрожит неуверенная улыбка, Бейла не может винить её за волнение, это, конечно, может показаться опасным для тех, кто не летал раньше. Но для Рейны это не так. Когда Рейна поднимается в небо, Бейла слышит её смех и восторженные крики. Она следует за сестрой верхом на Каннибале, просто чтобы убедиться, что с Рейной всё в порядке. Хотя глупо думать, что что-то может пойти не так, ведь Рейна тоже дракон.