Вождь дождя

Вася, будь человеком! И без того душный кабинет наполнялся дымом сигареты, которую докуривал капитан Никита Уваров. На его щеках заметно отросла щетина, которая доставляла дискомфорт своим зудом. Но избавляться от нее капитан не спешил, и не потому, что она ему нравилась, а в силу своих ночных похождений с легкодоступными дамами по кабакам и опозданиями на работу. Уваров бросил быстрый взгляд на часы, когда раздалась неприятная грубая трель телефона на соседнем столе, поругивая в мыслях того, кто вздумал тревожить его через час после заступления на службу. Откинувшись на спинке стула и слегка перегнувшись, дотянулся до трубки и снял её. В трубке, словно издалека слышался радостный голос. - Никита Андреевич?! Это Петя. Уваров, не отрываясь от изучения дела из толстой папки, не понял и переспросил. - Какой еще Петя? - Петя. Нгубиев. Капитан откинулся на стуле, растянулся в улыбке и протянул: «А-а-а-а, Петя! Здорово!». После обмена любезностями издалека вновь послышалось: - Дело есть, Никита Андреич. - Что за дело? Уваров уже было подумал, что вновь кто-то пропал из русских, или вновь Петя что-то натворил. - Можете мне дать контакты Васи Рогова? Ну, приезжал он еще с Игорёхой. - Ну. Могу. А зачем он тебе? В трубке капитан услышал смешок Нгубиева. - Понимаешь, тут такое дело. В соседнем племени, с тем, что где мы были, тоже хотят вызвать дождь. Ну, не получается у них. Они уже двух шаманов сожгли. Поистребляют всех, грёбаные каннибалы. - Так там же этот, как его, Вадим, должен был поливать их поля. Что? Его тоже сожгли? – Уваров решил пошутить. - Володя. Его зовут Володя, - поправил его Петя. – Нет. Как и обещал, поливает, но не часто. - Ну, а чего тогда? Понимают же, что это вертолет. - Да соседнее племя не верит. Им кто-то рассказал, что этот Вася вызвал дождь. И вот надо чтобы он приехал сюда и поколдовал. Да для вида всего лишь. - Так если ничего не получится, они же сожрут его, - Никита выпрямился и поерзал на стуле. - Да не сожрут. Надо просто чтобы он как тогда поколдовал, а мы придумаем что-нибудь. - Так может ну их этих пигмеев, Петя? Чего Рогова дёргать в Африку. Забудут через время. - Не всё так просто, Никита Андреич. Они к себе тётку мою забрали, которая тебе радикулит лечила. Вот ее могут сожрать. Ну, Никита Андреевич, пожалуйста, помогите, - едва не взмолился звонивший. - Ладно, ладно, не стони. Я передам ему. Позвони мне завтра. *** - Вась, ну пожалуйста. Помоги ты Петьке. - Не могу. У меня жена и тесть. - Вась. Васёк. Уваров стоял над душой низкорослого опера, который сгрёб папки с делами со стола и подошел к стеллажу. - Нет я сказал! Рогов уже которую попытку объяснял Никите, что в жизни больше не ступит ногой на землю пигмеев. - Вася, ты даже не Петю спасаешь, а его тётку родную. А она ведь меня вылечила, и вас обслуживала, пока вы там были. Трудно что ли помочь? Ты же добрый, Вася. Никита без умолка пытался задобрить словами старшего лейтенанта. - Я злой! Злой я, Никита, - огрызался на капитана Рогов, расставляя папки с делами на полке. - Вася, - в разговор вступил Плахов. – Никита прав. Спасать надо тетку, Петю и племя. Вот от кого он не ожидал таких слов, так это от Игоря. Вася повернулся к нему лицом, тот ехидно улыбался. - Игорь, ты-то не начинай. Нет, я сказал! – едва не крикнул на Уварова Вася и с досады закинул папку на полку. Жора, занимавший место в дальнем углу комнаты, рассмеялся своим грубоватым голосом. Уваров состроил жалобную мину и выпятил нижнюю губу: - Вась, будь человеком. - Вася. Будь человеком, - подхватил Плахов. - Василий. Да будь, в конце-концов, ты человеком, - послышался голос Жоры. - Елы-палы, мужики! Рогов встал посреди комнаты и подпёр кулаками бока. - Вася, - хором подхватили опера, - ну будь ты человеком, а? Когда Василий, махнув на них рукой, вышел в коридор, за дверью послышался дружный смех. Раздосадованный насмешками своих коллег, Рогов направился в уборную. - Чего это он? Уваров никогда не видел таким Васю. - А ты бы согласился после того как тебя едва не сожгли на костре? – Плахов принял серьезный вид, вспомнив их командировку в южную Африку. Он бы сам точно туда не отправился снова. Куда лучше сидеть в промозглом Питере в кабинете главка, а потом возвращаться домой в объятия любимой женщины. - Я? Нет, конечно. Я ж не дурак, - ответил Никита. - Ну, так и он не дурак, Никит, - вступился за Рогова Игорь. - Ребят, - вновь изобразил на своем лице выражение иронии, - ну это же Вася. - Сам разбирайся с ним. Но, по-хорошему, я бы не стал этого делать, - вновь заступился за коллегу Игорь, пока Любимов что-то увлеченно разбирал материалы дела. - Значит так, - сразу же начал Василий, едва вошёл в кабинет. – С тебя шуба для жены, велосипед для сына, для тестя самогонный аппарат. Хороший аппарат, - погрозил пальцем перед носом Уварова. У Никиты округлились глаза. - А ты не о***нел, Вася. Плахов с Любимовым оторвались от своих дел и стали наблюдать за коллегами. Становилось интереснее. - Это еще мало, Никита. - Себе, - произнёс Игорь. Рогов повернул голову в его сторону. - Что себе? - Для себя попросить забыл. - А-а, точно, - заулыбался Рогов. Уваров взглянул на Игоря с негодованием в глазах, в которых так и застыло «кто тебя за язык тянул». Впрочем, Плахов получил от этого лишь удовольствие. - Для меня ящик коньяка. Лично от тебя. И не палёного. Понял? Уваров слегка кивнул. Но Рогову хотелось услышать слова. Вася схватился за руку Уварова. - Понял? – еще раз спросил он. - Понял. - Игорь, разбей, - не отрывая взгляда от глаз Никиты, Вася жестом головы попросил Плахова. - О-о-о, это мы с радостью. Повеселевший Игорь встал из-за стола, подошёл к ним. - Жене шубу, ребенку велосипед, тестю аппарат, мне коньяк. Ящик, - протараторил Василий. Игорь разбил. Вася схватил со стула сумку-бананку с пистолетом, надел на плечо. - Вась, ты куда? - оживился Любимов. - Собираться, - ответил Рогов и вышел из кабинета. - Вот я попал, - тихо проговорил Никита. Плахов хлопнул его по плечу, довольно улыбнулся и прошёл к своему месту. *** Самолет прибыл в Сан Сити ранним утром. В шесть утра было не так уж и жарко, учитывая климатические особенности. Но Василию это было на руку, так как после душного самолета хотелось быстрее добраться до Нгубиева, умыться, сделать дело и быстрее свалить из Африки в свой Питер. Правда он еще не знал, как ему придется все проворачивать. Со слов Никиты, Петя уже всё подготовил, осталось лишь проявить чудеса артистизма и хореографии. Но и тут ждала засада. Если чудеса смекалки и актерских способностей он еще мог показать новому племени, то с последним стояла сложная задача. Хотя в прошлый раз скаканье вокруг огня с импровизированным бубном прокатило, то в новом племени еще неизвестно что с ним сделают. До виллы Нгубиева оперативник спал всю дорогу, а по приезду, после долгих объятий Пети и душа, завалился на бок до того, пока не прилетели Володя и Даша. Еще спросонья услышал звук вертолетных лопастей, а увидев парочку, от которой в прошлый приезд голова шла кругом, захотел телепортироваться обратно домой. Он не успел по-тихому ретироваться с балкона – его заметила Даша и помахала рукой: «Василий! Здравствуйте!». Её бесконечные улыбка и хорошее настроение выводили его из себя. Ну, невозможно быть настолько позитивным человеком. Вася в ответ коротко кивнул новым гостям Нгубиева и скрылся с балкона. -Значит так, друзья, - говорил хозяин виллы. – От нас требуется приехать, поколдовать, что-нибудь пропеть. Туда-сюда, - покрутил своими ладонями Петя, - и всё. А потом уже мы уже решим, что к чему. - Да, - задорно ответила девушка. – Очень интересно. И я с вами с удовольствием посещу это племя. - Да уж, - вполголоса произнес Рогов. - Кхм, - отозвался Нгубиев. - Что такое? – Вася почуял неладное. - Э-эм, как бы сказать. Это племя светловолосых считает ведьмами и сжигает на костре. - Как? Даша округлила глаза, её муж строго зыркнул на неё, сказал, как отрезал, что она не полетит с ними. - А если дождь не пойдет, нас как в прошлый раз тоже? – поинтересовался Вася. - Ну-у-у… - Петя. - Могут. Могут сжечь, могут зарубить… и съесть. - Так какого **ена ты сюда меня вызвал?! Рогов вскочил с плетеного стула и, жестикулируя, стал ругать вождя. - Всё! Я собираюсь и улетаю обратно. Не хватало, чтобы меня здесь сожрали. Сами вызывайте свой дождь. - Ну, Василий Иванович, - протянул Нгубиев. – Ну, у меня же там тетка. Будь человеком, Вась. - Сами спасайте. Хватило мне прошлого раза. - Василий Иванович, миленький, - вступилась за вождя Даша. – Пожалуйста. Ох, как Вася не любил этот взгляд девушки. Могла любого уговорить таким взглядом. - Вась, - вмешался Володя, - ты ж человек? Вот и будь человеком. - Ну, пожалуйста, - вновь повторила она. - Чёрт с вами! Но! Если меня сожрут, пеняйте на себя. Приду и всех расстреляю. - Ура! – Даша кинулась на шею оперу. – Спасибо, Василий Иванович, - от счастья чмокнула в щеку. На место в племя Куэндзи* они прибыли к вечеру. Выйдя из машины, их тут же окружили молодые мужчины с копьями. Как-то стало не по себе после слов о том, что могут его съесть. Отступил на шаг назад, уперся спиной во что-то мягкое и теплое. Обернулся. Позади него стояла темнокожая женщина с оголенным пузом и прикрытыми национальным нагрудником грудями; на голове красовалось что-то вроде короны из костей, клыков и желтого металла. На руках звенели браслеты. Она оказалась вождем племени. - Вождь-женщина. М-даа. Конечно, проще сожрать белокурую девушку. Женщина, мать вашу. Вася почувствовал, что кто-то грубо ткнул в него острием копья, отчего он ойкнул, ухватившись за мягкое место. Послышались смешки в его адрес. - Доставай бубен, Василий Иванович, - глядя с улыбкой на племя, шикнул на него Петя. - Чего? - Бубен доставай из машины, говорю. Тот полез в машину за предметом, а Петя на своем языке начал говорить, что нужно дождаться утра. А пока пусть им предоставят удобное место для ночлега и принесут поесть, иначе шаман не сможет задобрить богов. Спать было неудобно на жестком и колючем. Пить странное зелье, как он выразился, Вася отказался, вспомнив, чем их опоили в прошлый раз. А зная, что они промышляют каннибализмом, вовсе отказался есть принесенное мясо. Но голод не тётка, желудок урчал и он наелся фруктов. Утром их растормошили. Все трое они вышли, потирая глаза спросонья. Их подвели к священному тотему, который установили посреди деревни; троих мужчин окружили её жители и стали выжидать. Несколько молодых мужчин, так называемые охранники стояли с каменными лицами и, не моргая, смотрели перед собой. Вскоре все услышали некий возглас и толпа начала расступаться. По коридору, выстроенному из жителей деревни, гордо прошла высокая женщина с нагрудником из яркого бисера поверх яркой хлопчатобумажной ткани, обернутой вокруг тела. На лице белыми полосами и точками были выведены узоры, соответствующие статусу, на губах, крыльях носа и ушах красовались украшения, сотворенные из костей и железа; на голове был ярко-оранжевый головной убор, так же расшитый ярким бисером. Руки и шея так же были в украшениях. Не обращая ни на кого внимания, она подошла к гостям и остановилась напротив Рогова. Свысока взглянула на низкорослого мужчину, смерила его презренным взглядом и, глядя ему в глаза, заговорила. Когда она замолчала, Вася, вторя её действия и не отводя от нее своего взгляда, уголком рта спросил у Нгубиева: - Петя, что она сказала? - Спрашивает, действительно ли ты можешь вызвать дождь. Говорит, если это не так и ты обманываешь её, то лучше сознайся сразу и тогда участь твоя будет легкой. - Это как? – вновь уголком рта спросил мужчина. - Тебя убьют и съедят. - А тяжелая участь это как? - Тебя привяжут к столбу, обмажут кровью и будут ждать, когда хищные птицы начнут выклевывать тебе глаза. - Да чтоб тебя, Петя! – злобно процедил сквозь зубы Рогов. – Никаких шансов. И зачем я только согласился. - Вася, ну будь чело… Договорить Петя не успел, вождь племени что-то громко произнесла и в их сторону направили копья. Нгубиев поднял вверх руки, давая понять, что они умолкают. - Всё, Василий, - тихо произнес Петя, - готовься. - К чему? – в этот раз Рогов не выдержал и повернулся к вождю соседнего племени. По лицу Нгубиева скользнула едва заметная добрая насмешка: - Дождь вызывать, что еще-то. Вася получил легкий тычок копьем в плечо за то, что он повернулся без разрешения к Пете. Громко ойкнул. - Да что ж ты делаешь, страшилище африканское? – выругался Рогов и потер свое плечо. Васе даже не дали опомниться, как всучили ему бубен, который мужчины притащили из дома Нгубиева. Стражники вождя вновь копьями сделали жест в сторону Владимира и Нгубиева, чтобы те отошли дальше. Жители деревни тоже стали отступать. Женщина-вождь резко подняв руку в воздух громко сказала начинать. Вася огляделся, грязно выругался в сердцах и начал трясти слегка бубном и пританцовывать с одной ноги на другую. Постучал пару раз в бубен. - Петя, - шикнул в его сторону новоиспеченный вождь. – Что дальше то? - Вася, не в первый раз же, - отозвался тот в ответ. Вновь чертыхнувшись, Вася начал активнее совершать действия: махать руками, ритмично стучать в бубен, пританцовывать с ноги на ногу и мотать головой. - Говори что-нибудь! – донеслось до него голосом Нгубиева. Недолго думая, Рогов сначала начал неразборчиво что-то напевать по нос, что-то и разряда хитов восьмидесятых, на что Петя и Володя лишь заулыбались. Затем вождь дождя смекнул, что надо что-то говорить, и недолго думая начал импровизировать: - Синг-ма бега-ху Ула-ви-савера-у-у. Киарачи у вуун-да, Сара-ми и-саэ-энд ба.* Через несколько минут Вася выдохся прыгать вокруг тотема и стал задыхаться. Жара и поднимающаяся пыль от песка под ногами, которую он сам создавал, не давали полноценно дышать ему. Он зажмурился, остановился и расчихался. Жители деревни в недоумении стали переглядываться, а вождь племени обратилась к Нгубиеву и спросила, почему он остановился. Пете было совершенно не на руку говорить о том, что он устал и поэтому выпалил, что он разговаривает с богами и узнает, когда можно ожидать дождь. - Что ты там ей говоришь, с**а? – не выдержал Рогов, зная, что сейчас Петя может наворотить такого, что потом придется, действительно, придется просить помощи у всех известных и неизвестных ему богов. - Говорю, что ты с богами разговариваешь. - Какого чёрта?! - Прости, Василий Иваныч. Никак больше. Иначе, ты знаешь, что с нами со всем будет, - ответил он, взглянув на Володю, которому сделалось не по себе от слов Пети. - Да т*** ж м***, - отдышавшись, процедил Вася. Сел напротив тотема, воздел руки с бубном к нему и прокричал: - За что мне это?! Я убью тебя, Петя! Ааааааааа! - Да сколько угодно раз, - проговорил виновник и взглянул на небо, - лишь бы дождь пошел. Владимир вновь передернул плечами, слегка одернул ворот белой футболки и сглотнул. Выпустив пар, Василий вновь поднялся на ноги и продолжил скакать еще рьянее, выпуская остатки ярости из себя, снова и снова произнося импровизированные заклинания. Для него, казалось, это длилось целую вечность, хоть и прошло всего минут двадцать. Наконец совершенно обессилев, Рогов рухнул на горячий песок и стал шумно дышать, тихо повторяя, что четвертует Уварова, Нгубиева и ругая себя за то, что согласился на это безумие. Он уже был готов, чтобы его закололи и съели, лишь бы всё это уже прекратилось. Вася так шумно дышал, распластанный в форме звезды на песке, что не слышал, о чем говорили Петя и вождь. - Василий Иваныч, поднимайтесь! – услышал он голос темнокожего друга. – Хватит. Я сказал, что это короткий обряд. Что ты сильный вождь стихии воды и дождь в самом скором времени начнётся. - Да пошёл ты, - все так же еле дыша от жары, проговорил Вася. Через некоторое время площадка опустела, а троих мужчин отвели в хижины. Володю и Петю вместе в одну, а Васю в отдельную. Вася лежал на соломе и смотрел в конусообразный потолок, где сквозь прутья местами проступал свет. От усталости он даже забыл о том, что его жутко мучила жажда. Дотянулся до воды в сосуде, залпом осушил половину, которая выливалась еще и с краев, вытер рукой рот, полил немного воду на голову, взъерошил волосы и уселся на соломе. «Твою ж… Попал ты Вася, - негодовал внутри Рогов. – Острых ощущений захотел. Сожрут меня и не похвалят. А дома тесть обещал мне самогоночку под малосольные огурчики тещи. Э-эх, сейчас бы их сюда. Сожрут ведь меня. А дома жена и тесть. Что они скажут сыну-то? Батя погиб на задании в Африке? Угодил в племя каннибалов, но держался стойко, он герой? Тьфу! Ерунда какая-то. Сейчас бы на самом деле дождя. Господи, если слышишь меня, пусть пойдет дождь. Я пить брошу навсегда». Вася всё говорил и говорил сам собой, не замечая выкриков и говора за стенами хижины. Незаметно день близился к вечеру, и казалось всё предрешено, когда он услышал у самой хижины гоготание пегмеев. Они силой вывели его все к тому же тотему, перед ним вновь предстала вождь и что-то ему говорила всё так же глядя сверху вниз. - Чего ей надо снова, Петя? – не выдержал Рогов. - Спрашивает, как скоро пойдёт дождь. - Скажи ей что-нибудь сам. Придумай что-нибудь, Петя. Ты же умеешь. - Не знаю я, что еще сказать ей. Все уже сказал, что можно. Нгубиев потупил взгляд и стал теребить свой браслет из клыков на запястье. Вася выругался и добавил, приготовившись к худшему: «Я тебя на том свете найду и убью. Найду, убью и сожру! Сам». Трое мужчин-гостей не успели опомниться, как в их сторону стали надвигаться стражники и жители деревни, вооружившись копьями, ножами и камнями. - Хана, пацаны, - сглотнув, тихо произнес Владимир, отступая вместе с Васей и Петей назад, хоть за ними так же была толпа недовольных пигмеев. - Парни, простите меня, - сказал напоследок Нгубиев. - Засунь свои извинения знаешь куда? - Знаю… В Петю полетел первый камень, больно ударив по голове, что на некоторое время перед глазами стало двоиться. Остальные камни так же летели со всех сторон, далее в ход пошла тяжелая артиллерия, кто-то бросился на Васю с ножом. Вождя дождя инстинктивно перебросил его через плечо, перед этим выбив нож из рук нападавшего. Вокруг все ахнули и стали наступать еще яростнее. Казалось, гибель их неизбежна и мужчины отбивались, как могли, но случилось что-то фантастическое. Некогда ярко голубое небо стало быстро затягиваться тучами. Вдалеке сверкнула молния, затем ещё одна, ещё и ещё. Начали капать мелкие капли дождя. Все на миг остановились, ощущая на себе холодные капли, подняли головы наверх. Вождь, вознеся руки к небу, что-то радостно и величественно вскрикнула, развела руками в стороны, что-то вновь радостно воскликнула и двинулась в расступившуюся толпу к мужчинам. Подошла к Васе и без стеснения обняла его, буквально припечатав его к своей груди. Мужчина, опешив от такого, не сразу сообразил, что произошло на самом деле. Тем временем дождь усиливался и уже через несколько секунд он лил как из ведра. Когда вождь, наконец, отпустила его, Рогов рухнул на колени и, вознеся руки к небу, заорал что было силы: «Спасибо, Господи! Спасибо!». Дождь лил не переставая, а Вася все так же сидел на песке, который уже превратился в непонятное месиво, и рыдал. Плакал он от счастья, повторяя, уже тихо, благодарность Богу и не замечал, что вокруг творится вакханалия радости пигмеев, его друзей, которые прыгали и обнимались, словно дети, так же радуясь дождю.